ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— Ты сказала, что знакома с Мэтом Бардулем?
— Он сидел за нашим столом во время обеда, один из тех, кто собирается идти с нашим караваном. Еще он ехал с нами из Шайена верхом рядом с дилижансом, в котором сидела я. Вроде бы неплохой парень.
Жакин представила его таким, каким видела в последний раз в ресторане отеля «IXL». Какой он высокий! И как легки и грациозны его движения!
Она вспомнила тот день, когда увидела его на ранчо Пол-Крик, и как странно изменился взгляд его зеленых глаз, взгляд, который мог быть таким проницательным, ироничным и удивленным, как будто он всегда видел что-то такое, что рождало на его губах легкую улыбку. Как вспыхнули его глаза, опалив ее и заставив испытать страстное волнение. И еще она вспомнила, как он смотрел на Клайва — во взгляде не было ни тепла, ни нежности, только холодный свет изумрудного оттенка, мертвенный и смертельно опасный.
— Думаю, что он тоже убийца, — сказала Жакин, отыскивая взглядом Бардуля в уличной сумятице. — Но мы должны предупредить его, Барни! Он ведь, некоторым образом, один из наших.
— Тогда пойдем. Поищем его!
Барни снова взял ее за руку и повел сквозь толпу. Жакин смотрела на брата и не узнавала его, настолько он переменился. Как он отличается сейчас от того красивого светского молодого человека, который, вернувшись из Вашингтона, ухаживал за девушками в далекой Виргинии с такой легкостью и утонченностью манер, которую можно приобрести лишь в Вашингтоне. Он весь источает какую-то новую силу. Его походка изменилась, в голосе появилась особая уверенность.
Вдруг Барни остановился и с каким-то благоговением произнес:
— Смотри, это Спиннер Джонс.
Жакин подумала: можно было и не говорить, она бы и так его узнала. Джонс, чуть повыше ее ростом, с длинной выступающей челюстью и неподвижным мертвенным взглядом, медленно двигался посередине улицы. На его бедрах торчали два кольта. Его надменность подавляла просто физически, и улица перед ним мгновенно пустела.
Ее дядя, Черный Джек Койл, который появился на Западе еще до войны между штатами note 1, рассказывал о многих убийцах и ганфайтерах, ставших легендами. Многие из них были еще живы, люди, завоевавшие славу в этом жестоком мире шестизарядным кольтом.
Дикий Билл Хикок, Клэй Аллисон, Уайт Эрп, Вэс Хардин, Мэннинг Клементе, Бен Томпсон, Люк Шорт, Козленок Билли — все эти имена она знала, так же как знала еще до них рассказы о Билле Лонгли. Имени Спиннера Джонса она не слышала, но, увидев его, почувствовала какой-то страх.
На нем была серая шляпа, серая рубашка и темный грязный жилет. Из левого нагрудного кармана совершенно нелепо выглядывал белый платок. Походка его была медленной и уверенной, взгляд скользил из стороны в сторону, зондируя, оценивая, предупреждая.
— Где может быть Мэт? — прошептала Жакин.
— Не знаю, но надеюсь, что он удрал.
— Удрал? — удивилась Жакин. — Барни, он не станет удирать!
— Ну и дурак, если не удрал, — резко произнес Барни. — Джонс отвратительный тип. — Нахмурившись, Барни удивленно произнес: — Интересно, а с чего это он охотится на Бардуля?
Ее глаза заметили человека, которого идущий по улице убийца видеть пока не мог. Мерфи Бизон!
Она вспомнила, что видела его в компании с Мэтом в магазине и потом на улице еще с одним парнем, помоложе.
Мерфи вышел из магазина и оперся о стену, небрежно зажав под мышкой винчестер. Дверь снова распахнулась, тот самый молодой парень, который был с ними тогда, Бен Харди, медленно перешел улицу, сел на ящик у коновязи и зажег сигарету.
— Барни, стой! — Жакин крепко ухватила Барни за руку. — Сейчас что-то произойдет!
Они сделали еще несколько шагов в том же направлении, что и Спиннер Джонс. Наконец Барни, почувствовав ее руку, остановился. В это время из проулка между домами совсем рядом с ними появился Мэт Бардуль.
Джонс находился примерно в тридцати ярдах, оглядывая Улицу справа налево. Но вот он снова посмотрел направо и замер прямо на середине улицы.
Он увидел Мэта Бардуля!
Спиннер стоял, слегка расставив ноги, в стойке наготове, с опорой на каблуках; все его чувства и нервы были настроены на то, что вот-вот должно произойти.
Мэт Бардуль не произнес ни слова и не остановился. Он понимал, что остановка окажется сигналом и Джонс потянется за кольтом, а всего лишь в нескольких футах за ним прямо на линии огня стояла Жакин Койл!
Спокойно опустив руки, он перешел через дощатый тротуар — его шаги отчетливо прозвучали в безмолвии улицы — и ступил в мягкую пыль дороги.
Барни, сердце которого от волнения вырывалось из груди, рванулся вперед и прикрыл собой сестру.
Мэт сделал еще шаг и заговорил:
— До меня дошли слухи, что ты ищешь меня, Спиннер!
В узкой улице, окаймленной фальшивыми фасадами домов, его голос прозвучал как колокол. Улица напряженно замерла, неожиданно захлестнутая какой-то странной волной неподвижности. В напряженной тишине можно было расслышать скрип сапогов человека, стоявшего перед отелем «IXL», а биение собственного сердца казалось барабанным боем.
— Мне сказали, ты охотишься за мной, и я решил, что нам нужно встретиться. — Мэт продолжал идти навстречу Джонсу той же легкой, непринужденной походкой. — Я никого не заставляю себя ждать, Джонс, тем более человека, который открыл на меня охотничий сезон.
Джонс ничего не ответил, только чуть пригнулся. Жакин, нервы которой были натянуты как струны, широко раскрыв глаза, следила за Бардулем. Когда же он остановится? Не собирается же он стать прямо под ствол кольтов этого страшного человека?
На безмолвной улице не слышалось ни одного звука. Все зачарованно следили, как высокий человек в черной шляпе и куртке из оленьей кожи шаг за шагом приближался к Спиннеру Джонсу.
— Говорят, Спиннер, что ты нехороший парень. Говорят, ты убил нескольких человек. Можно не сомневаться — стариков. Я слышал, Спиннер, что ты очень нехороший парень, но мне интересно, как ты поступишь, если встретишь человека, который тебя не боится? Это ведь не то, что было раньше, Спиннер? А? Хотелось бы мне также знать, кто тебя нанял. Наверняка кто-то это сделал. Мы же с тобой даже ни разу не разговаривали, Спиннер. Я ведь даже не видел тебя, пока несколько минут назад мне тебя не показали.
Шаг… еще шаг… и еще один шаг. Руки Спиннера, распростертые и напряженные, обвисли как плети. Глаза горели страшным мерцающим огнем, зубы обнажились. Потом его руки начали дрожать — от внутреннего напряжения. Он слушал медленно падающие слова, произносимые ровным голосом, и ждал, ждал одного движения… чтобы убить!
Жакин, с замирающим от волнения сердцем, в полуобмороке, продолжала смотреть на Бардуля и вдруг заметила, что он держит что-то в руке. Он протянул руку вперед очень медленно, так медленно, что никакой ошибки относительно его намерений быть не могло, и стало видно, что в его пальцах зажат отполированный до блеска латунный патрон, которым он небрежно поигрывал.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58