ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 





Роберт Ирвин Говард: «Генерал Стальной Кулак»

Роберт Ирвин Говард
Генерал Стальной Кулак


Стивен Костиган – 18


OCR Денис
«Роберт Говард. Лик смерча»: Северо-Запад; Минск; 1998

ISBN 5-7906-0063-8Оригинал: Robert Howard,
“General Ironfist”

Перевод: С. Соколин
Роберт ГовардГенерал Стальной Кулак * * * Когда я вышел на ринг боксерского клуба "Дворец удовольствий", настроение у меня было неважное. Пришлось срочно приехать в Гонконг из Тайнаня, даже Майка я оставил на "Морячке", которая должна была прийти в порт не раньше чем через две недели.Но Сопи Джексон – тот парень, которого я разыскивал, – исчез бесследно. Его не видели уже несколько недель, и никто не знал, что с ним стряслось. Тем временем деньги у меня закончились, и я согласился на поединок со здоровенным боксером-китайцем по прозвищу Желтый Тайфун.Он был любимцем спортивной публики, и "Дворец" в тот вечер был до отказа забит зрителями – белыми и китайцами, – причем некоторые принадлежали к высшим слоям общества. Пока я ждал в своем углу удара гонга, мое внимание привлек один китаец. Европейская одежда сидела на нем безукоризненно, и казалось, что он проявляет живейший интерес к происходящему. Но в общем-то публика меня не интересовала, я хотел лишь одного – закончить бой как можно скорее.Желтый Тайфун весил триста фунтов и был на голову выше меня, но большая часть его веса размещалась вокруг пояса, а руки и плечи не выдавали в нем обладателя мощного удара. И потом, неважно каких размеров китаец – просто он не боец.В тот вечер у меня не было настроения демонстрировать эффектный бокс. Я попросту подошел к противнику вплотную, дал ему поработать руками, пока не заметил брешь в защите, и затем ударил правой. Он грохнулся с такой силой, что помост закачался. На этом поединок закончился.Не обращая внимания на крики разочарованной публики, я прошел в раздевалку, накинул на себя шмотки и, достав из кармана брюк письмо, в сотый раз прочитал адрес.Оно было адресовано мистеру Сопи Джексону, бар "Америкэн", Тайвань, и отправлено адвокатской конторой из Сан-Франциско. Покинув борт "Морячки", Сопи встал за стойку в баре "Америкэн-, а когда наше судно снова зашло в Тайнань, оказалось, что он уже месяц как ушел оттуда, и владелец заведения показал мне пришедшее на имя Джексона письмо. Хозяин сказал, что Сопи отправился в Гонконг, но адреса его не знал, поэтому я и отправился на поиски. Мне казалось, что в письме содержится что-то очень важное. А вдруг кто-то оставил Сопи состояние?!Оказалось, что в Гонконге, как и во всем Китае, происходят беспорядки. В горах собрались тысячи бандитов, называвших себя революционерами. Кругом говорили только о Юн Че, генерале Ван Шане и генерале Фэне, который, по слухам, был белым. Пошли слухи, что Юн и Фэн объединились против Вана и теперь ожидали серьезного столкновения. Иностранцы срочно покидали страну. Белому моряку, не имевшему в Гонконге ни друзей, ни знакомых, ничего не стоило потеряться из виду. Я еще подумал, что эти желтые дьяволы могли убить Сопи как раз, когда он мог разбогатеть.Я засунул письмо в карман и вышел на освещенную фонарями улицу, размышляя, где бы еще поискать Сопи. И тут рядом со мной возник незнакомец – тот самый щеголеватый китаец в европейском костюме, что во время матча сидел в первом ряду.– Ведь вы – моряк Костиган, правда? – спросил он на безупречном английском.– Да, – ответил я, немного подумав.– Я видел, как вы сегодня дрались с Желтым Тайфуном, – сказал он. – Удар, который вы ему нанесли, мог бы свалить быка. Вы всегда так бьете?– А почему бы и нет? – ответил я.Он внимательно оглядел меня и кивнул, словно согласился с самим собой по неизвестно какому поводу.– Давайте зайдем сюда и чего-нибудь выпьем, – предложил он, и я последовал за ним в забегаловку.Там сидели одни китайцы. Они взглянули на меня, точно снулые рыбы, и вновь принялись за чай и рисовое вино в крохотных чашках, похожих на яичную скорлупу.Мандарин, или как он там у них называется, провел меня в комнату, дверь которой была задрапирована бархатными портьерами, а стены – шелковыми обоями с драконами. Мы сели за эбеновый столик, и слуга-китаец принес фарфоровый кувшин и чашки.Мандарин стал разливать напиток. Когда он наполнял мою чашку, за дверью поднялся чертовский шум. Я обернулся, но из-за портьер ничего не было видно. Потом шум внезапно стих. Эти китайцы вечно ссорятся из-за всяких пустяков.Тут мандарин предложил тост:– Давайте выпьем за вашу замечательную победу!– А, – сказал я, – пустяки. Мне и нужно-то было всего разок ударить.Я выпил и удивился:– Этот напиток какой-то странный на вкус. Что это такое?– Каолян, – ответил китаец. – Выпейте еще.Он снова налил и, подавая мне чашку, чуть не перевернул ее, задев рукавом.Я выпил, и он спросил:– Что случилось с вашими ушами?– Вам следовало бы знать, раз уж вы такой любитель бокса, – ответил я.– Сегодня я впервые в жизни увидел боксерский поединок, – признался он.– Никогда б не подумал, судя по тому, как заинтересованно вы наблюдали за поединком, – удивился я. – А такие уши на профессиональном языке боксеров называют лопухами или цветной капустой. У меня как раз такие и есть, и еще нос кривой, оттого что я тормозил им удары кулаков, спрятанных в перчатки. Все старые бойцы носят такие украшения, если они, конечно, не "танцоры".– Вы часто выступаете на ринге? – заинтересовался мандарин.– Чаще, чем могу припомнить, – ответил я и заметил, что его черные глаза загорелись какой-то тайной радостью.Я сделал еще глоток этого китайского пойла и ощутил приступ красноречия и фиглярства.– От Саванны до Сингапура, – запел я, – от чистых улочек Бристоля до причалов Мельбурна – повсюду пыль рингов пропитана моей кровью и кровью моих врагов. Я главный задира с "Морячки" – самого боевого из судов, бороздящих океан. Стоит мне ступить ногой на причал, как даже самые сильные парни спасаются бегством! Я...Тут я заметил, что мой язык начал заплетаться, а голова пошла кругом. Мандарин не делал ни малейшей попытки поддержать разговор. Он просто сидел и внимательно смотрел на меня блестящими глазами, а мне казалось, что я погружаюсь в какой-то туман.– Какого черта! – тупо рявкнул я.Затем я начал орать, попытался подняться из-за стола, но комната вокруг меня поплыла куда-то.– Ах ты желтопузая крыса! Ты подсыпал наркоту в мою выпивку! Ты...Левой рукой я схватил его за рубашку и через стол потащил на себя, занося правую для удара. Но прежде чем я успел ударить китаезу, в моем черепе что-то взорвалось, и я отключился. * * * Наверное, я долго пробыл в отключке. Пару раз у меня возникало ощущение, будто меня подбрасывают и толкают. Казалось, что я лежу в своей койке на "Морячке", а на море разыгрался шторм. А потом, что еду куда-то на автомобиле по разбитой и тряской дороге. У меня было такое чувство, что мне необходимо подняться и снести кому-то башку. Но, честно говоря, я просто лежал и ни черта не помнил.Но когда я наконец очухался, то первым делом сообразил, что связан по рукам и ногам. Потом я заметил, что лежу на походной кровати, а надо мной навис здоровенный китаец с винтовкой. Я повернул голову и увидел, что на груде шелковых подушек сидит еще один человек, показавшийся мне знакомым.Сперва я не узнал его, потому что теперь он был одет в расшитые на китайский манер шелковые одежды, но потом, разглядев, понял, что это мандарин. Несмотря на мешавшие путы, я принял сидячее положение и обратился к нему с плохо сдерживаемой яростью в голосе:– Зачем ты подсыпал отраву в мою выпивку? Где я? Что ты со мной сделал, дерьмо китайское?– Вы находитесь в лагере генерала Юн Че, – спокойно ответил он. – Я привез вас сюда на своем автомобиле, пока вы были без сознания.– А кто ты сам такой, черт тебя подери? – рявкнул я.– Генерал Юн Че, ваш покорный слуга, – сказал он и насмешливо поклонился.– Черта с два ты генерал! – усмехнулся я, показав, что тоже знаком с хорошими манерами Старого Света. – У тебя хватило смелости самому приехать в Гонконг?– Эти болваны федералисты – глупы, – бесстрастно объяснил он. – И я частенько работаю шпионом у самого себя.– А меня ты для чего спер? – заорал я и так дернул свои веревки, что на висках вздулись вены. – Я не смогу заплатить тебе чертов выкуп.– Вы когда-нибудь слышали о генерале Фэне? – спросил он.– И что с того, если слышал? – У меня не было никакого желания разгадывать загадки.– Его лагерь неподалеку, – ответил китаец. – А сам он такой же белый дьявол, как и вы. Слышали его прозвище – генерал Стальной Кулак?– Ну? – отозвался я.– Это человек огромной силы и необузданных страстей, – начал свой рассказ генерал Юн. – Он приобрел сторонников и последователей скорей благодаря своим бойцовским качествам, нежели интеллекту. Тот, кого он ударит своим кулаком, без чувств падает на землю. Поэтому его и прозвали генерал Стальной Кулак.Сейчас мы с ним объединили войска, так как наш общий враг, генерал Ван Шан, где-то поблизости. Войско генерала Вана больше нашего. Кроме того, у него есть самолет, который он сам пилотирует. Мы точно не знаем, где сейчас Ван Шан, но и ему неизвестно наше местоположение. К тому же мы принимаем серьезные меры предосторожности против шпионов. Ни один человек не может прийти в наш лагерь или покинуть его без специального разрешения.Хотя мы и союзники с генералом Стальным Кулаком, но друг друга недолюбливаем. Вдобавок он постоянно пытается подорвать мой престиж перед солдатами. Мне приходится отвечать тем же. Но я не хочу раздувать вражду между нашими армиями, главное – уронить авторитет самого генерала.Генерал Фэн хвалится, что может одолеть любого человека в Китае голыми кулаками. Он частенько бросал вызов мне, предлагая якобы из спортивного интереса выставить против него моих самых сильных офицеров. Он прекрасно знает, что никто из моих людей против него выстоять не сможет. Его заносчивость роняет мой престиж. Вот я и отправился в Гонконг, чтобы найти боксера, способного с ним сразиться. Сначала я подумывал о Желтом Тайфуне, но после того, как вы уложили его одним ударом, я понял, что вы – тот, кто мне нужен. В Гонконге у меня много друзей. Да и подсыпать вам наркотик не составило труда. В первый раз ваше внимание отвлек шум подстроенной ссоры. Но одной дозы не хватило, и я ухитрился второй раз подсыпать зелье в вашу чашку из собственного рукава. Клянусь священным драконом, прежде чем потерять сознание, вы проглотили такую дозу наркотика, что слону хватило бы.Но вот вы здесь. Я представлю вас Фэну перед собранием офицеров и потребую, чтобы он оправдал свое бахвальство. Он не сможет отказаться от вызова, не уронив свою честь. Ну а если вы его побьете, он потеряет лицо, а мой престиж соответственно возрастет, поскольку вы представляете меня.– И что я буду с этого иметь?– Если победите, я отправлю вас обратно в Гонконг с тысячей американских долларов.– А если проиграю? – полюбопытствовал я.– Хм. – Он улыбнулся. – Человек, которому палач срубит мечом голову, не нуждается в деньгах.Я покрылся холодным потом и какое-то время делал вид, что размышляю.– Вы согласны? – спросил он через минуту.– Как будто у меня есть выбор! – воскликнул я. – Снимите с меня эти веревки и дайте чего-нибудь пожрать. На пустой желудок я ни с кем драться не собираюсь.Генерал хлопнул в ладоши. Солдат разрезал веревки штыком, а слуга принес большое блюдо тушеной баранины, хлеб и рисовое вино. Я принялся заеду.– В знак благодарности, – сказал генерал Юн, – позвольте преподнести вам эту безделушку. – С этими словами он достал из кармана превосходнейшие часы. – Если подарок вам понравился, – продолжил он, заметив мое восхищение, – то пусть он прибавит вам сил в схватке с генералом Железным Кулаком.– Не беспокойтесь, – заверил я, разглядывая золотые часы с выгравированными драконами. – Я ему так врежу – неделю будет кувыркаться.– Замечательно! – заулыбался генерал Юн. – Если вам удастся во время поединка нанести ему смертельное увечье, это может значительно упростить дело. Однако пойдемте! Генерал Фэн попадется в собственную сеть! * * * Я вышел на свет божий и увидел множество палаток, снующих между ними оборванных солдат, а немного поодаль еще один лагерь, полный таких же желтопузых.
1 2 3

загрузка...