ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Но Иван, интеллигент, пишет авангардные стихи и потому люто ненавидит и валит в одну кучу и «Наследника из Калькутты» и «Папуаса из Гондураса», которые, по его определению, являются «масонскими штучками». К масонству Иван особенно нетерпим и считает это страшное гипотетическое явление источником всех общественных и своих личных невзгод.
Валеру Маруса он в целом не считал и потому был к нему снисходителен, разрешал целыми днями греться у себя в котельной.
Я почему про этого Ивана так подробно говорю: дело в том, что Валера рассказал ему нехитрый рецепт изготовления браги из томатной пасты и в воскресенье, когда мороз как раз ослаб, Иван заехал к Валере пробовать, что за брага получается.
У Валеры совсем поспела пятилитровая банка, они сели и сразу стали пробовать. Иван некоторое время чувствовал себя неловко, уж больно убогая оказалась обстановка, он даже не ожидал.
Валера, наоборот, был приятно взволнован и оживлен, потому что, надо-же молодец какой, такую брагу хорошую сделал.
– Ну, что, Иван, хорошая бражка?
– Да, ничего, только страшная какая, красная.
– Ну и что, что красная?
– А вон осадок какой красный.
– Ну, не хочеш так, можно и через марлю процедить, а я прямо с осадком пью. А забирает зато здорово, как-то по-особенному.
– Я что-то не чувствую.
– Погоди, скоро почувствуешь. Я ее ещё маленькой укрепил. – Ну, не дурак ли ты, Валера? Я к нему специально еду брагу пробовать, а он туда водку влил. Водку-то лучше бы отдельно выпили!
– Нет, Иван, так гораздо лучше, и ты так делай. Я вино, брагу больше водки люблю. Водку выпил – хлоп и все. А тут сидишь, пьешь.
– Чего ты говорил – у тебя электричества нету?
– Как сегодня потеплело, электричество больше не отключают. Жалко, сегодня как раз «Папуаса из Гондураса» показывают – воскресенье.
– Да ну его в жопу, я вообще его больше смотреть не буду. Такое говно фильм! Мне один только момент понравился.
– Это про что?
– Про мушкетеров смотрел серию? Ну, историю этого алмаза дурацкого?
– Нет, Иван, не видел я, в гости ходил. Ты расскажи. Я только про высокое возрождение видел, а следующую не смотрел. Что там было?
– Ну и правильно, что не видел – такая блевота, хоть плач. Ну, про Д'Артаньана и Блеза Паскаля. Ты хоть слышал про Паскаля?
– Слышал чего-то.
– Эх, Валера, тросник ты маслящий. Ну, там, короче, Д'Артаньан ради карьеры у Паскаля невесту увел, потом его шпагой проткнул и веселую песню запел. Тьфу-ты «что за рыцарь без удачи». Но один момент хороший, ничего не скажешь. Там кардинал спрашивает у этого мужика: Он один?
Тот ему: Нет, Ваше Преосвещенство.
– Двое?
– Нет, Ваше Преосвещенство.
– Трое?
– Нет, Ваше Преосвещенство.
– Четверо?
– Нет, Ваше Преосвещенство.
– Пятеро?
– Нет, Ваше Преосвещенство.
– Шестеро?
– Нет, Ваше Преосвещенство.
– Сколько-же?
– Семь, Ваше Преосвещенство.
Я могу объяснить, почему Ивану понравился этот диалог: он очень напоминает его авангардные стихотворения. Вот парочка для образца:
ВСЕ ПРОЙДЕТ!

«О, как мало осталось!»
Девять
Восьемь
Семь
Шесть
Пять
Четыре
Три
Два
Рубль.

ВОЗРОЖДЕНИЕ ЦЕНОЙ УТРАТЫ

Воодин
Водва
Вотри
Вочетыре
Вопять
Вошесть
Восемь
Девять
Десять.

Вот такие стихи пишет Иван. Только я чего боюсь – если уж что-то называть масонским явлением, то не такие ли стихотворения в первую очередь?
– Хочешь, телевизор включим? – предложил Валера.
– Да ну его в жопу!
– А чувствуешь, забирает бражка?
– Подумать только, – сказал Иван, вдруг задумавшись, – мы так давно смотрим телевидение, что уж отвыкли от нормальных, не порченных им людей…
– Да, а тебя разве не забрало?
– Это тебя на старые дрожжи забирает.
– Слушай, я как раз анекдот вспомнил.
– Только ради бога не похабный!
– Да нет, я как раз не похабный вспомнил. Это, значит, мужык один – пошел на улицу. Вышел, значит, идет, смотрит на руку. (Пауза) Нет! Вспомнил. Мужик, значит, утром встает и выходит на улицу… Идет, идет… (Пауза) Ну, ушла на работу, значит, совсем. А мужик утром встает, (Валера говорит таинственно, с отчаянной жестикуляцией) смотрит в одну комнату – нет жены, смотрит в другую – нет жены… (Пауза) Смотрит на кухню – нет жены, смотрит в ванную – нет жены… (Пауза)
– Смотрит в туалет – нет жены, – дополнил рассказ Иван.
– Ну пошел, идет и раз: на руку посмотрел. Нет… (Пауза) Да! Вспомнил. Ну, мужик в холодильник, достает колбасу, сыр там, хлеб и булку! (Торжественно) Поллитра! Водку, значит, выпил! И пошел на улицу. Идет и на руку смотрит… (Пауза) Навстречу ему парень идет и закурить спрашивает… Нет! Во! Вспомнил! Мужик часы то дома забыл! А навстречу парень идет! А часов-то нет! Парень спрашивает закурить и сам на часы смотрит и спрашивает: Сколько времени? А мужик на руку посмотрел (часов то нет!) А парень то все понял и убежал. А мужик за ним, значит… (Пауза) Да! И часы-то отобрал и домой пошел. А уже ночь, значит, темно.
Пошел домой – жена спрашивает: Где часы? А мужик говорит: Вот они. А жена тогда и говорит: Эх ты, вот часы-то на столе лежат!
– Ты свои масонские анекдотики брось! – хмуро ответил Иван.
– Нет, я просто забыл немного! Я ещё один вспомнил.
– Нет, уж хватит. Включай свой телевизор лучше.
Валера включил свой телевизор.
– Какую программу?
– Откуда я знаю какую программу? Включай, посмотрим.
Дорогие товарищи! Сегодня в нашей программе вечер одноактных пьес из античной жизни по мотивам произведений Жана Расина, Освальда Штенглера и других.
Титр:
ИППОЛИТ
(по мотивам произведений Ж.Расина)
На сцене сидит убеленный сединой старец, листает какие-то пергаменты. Вбегает юноша с совершенно перекошенной мордой и скрежечет зубами.
СТАРЕЦ (грустно и вальяжно): Ты кто, о отрок?
ЮНОША (с пеной у рта): Я дикий Ипполит!
Иван и валера задумчиво глядят на экран.
– Не понял! – наконец говорит Иван.
Валера поскреб затылок и вздохнул.
– Это типа юмора, что ли? – спросил Иван.
– Из античной жизни, – равнодушно пояснил Валера, не нашедший драму чем либо необычной. На экране телевизора новый титр:
ЗАКАТ ЕВРОПЫ
(по мотивам произведений О.Штенглера)
На сцене две колонны, два фикуса, две двери. Из одной двери, в ванную, опрометью, босой и вообще только кое-где изящно задрапированный выбегает Архимед.
АРХИМЕД (свежо, молодо, как типичный представитель начала цивилизации, очень вдохновенно): Эврика!
Из другой комнаты выходит Андрей Филлипов, грязный, постаревший, хоть и моложе Архимеда лет на двадцать, сгорбившись, в обтруханных штанах, с сеткой пустых бутылок – видно шел сдавать, да заплутал.
АНДРЕЙ ФИЛЛИПОВ (с мудрой горечью представителя заката цивилизации): Хуеврика!
Все происходит мгновенно, вся драма занимает пять секунд, то есть лучше писать так:
АРХИМЕД:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19