ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

В обоих концах зала высились застекленные шкафы, их полки были уставлены различными предметами из хрусталя и фарфора, которым, очевидно, не было цены. Массивное столовое серебро тускло поблескивало под лучами неяркого света, падавшего с лепного потолка.
Посреди зала стоял изысканно накрытый стол. Капитан Немо предложил Монтейлеру сесть. Золотоголовая девочка без стеснения забралась на стул, стоявший возле стола, и весело заболтала ногами.
Монтейлер первым нарушил молчание:
– Капитан, должен признаться, что вы обставили свое обиталище в роскошном стиле былых времен. Но позвольте спросить, почему за столом с вами один я? Почему вы не пригласили даму, которая была со мной?
Капитан Немо неторопливо пригубил вино, поданное слугой, и, убедившись в его отменном качестве, сделал знак наполнить бокалы. Затем он обратился к Монтейлеру:
– Я руководствуюсь правилами приличия, – сказал он. – Мы с вами можем считать себя равны ми – если иметь в виду общественное положение. Вы, как и я, командир корабля и осуществляете командование в условиях, которые в высшей степени напоминают условия на борту «Наутилуса». Боюсь, что ваша спутница, несмотря на все свое очарование, не занимает такого же положения.
– Но она... – начал Монтейлер, однако капитан Немо перебил его:
– Она женщина, – холодно сказал он. – У нее есть своя каюта. Я нисколько не сомневаюсь, что ей будут предоставлены все необходимые удобства.
Судя по всему, спорить с ним было бесполезно. Монтейлер нехотя последовал примеру хозяина и занялся едой. Яства, как и все на этом удивительном корабле, отличались изысканностью, но у него не было аппетита.
Кофе и ликеры подали в библиотеке. Это был просторный зал, обставленный уютными кожаными креслами. На полках вдоль стен в образцовом порядке теснилось множество книг. Монтейлер, осторожно держа в руке хрустальную рюмку, сквозь янтарную жидкость смотрел на огонь в камине.
«Совсем как два старомодных воспитанных джентльмена, – думал он. – Черт побери, будь у меня хоть капля разума, я свернул бы ему шею!»
Капитан Немо рассматривал гостя холодным отсутствующим взглядом. Он сидел в глубоком кресле, держа в одной руке рюмку с коньяком, а в другой – необычно ароматную сигару.
– Если вы строите планы побега, – сказал он спокойно, – то, боюсь, я буду вынужден огорчить вас, посоветовав отказаться от них. «Наутилус» идет курсом зюйд-ост к Средиземному морю на глубине сто метров. Никто не может покинуть корабль без моего разрешения. Как вы понимаете, подводная лодка весьма надежная тюрьма, если вы упорно продолжаете считать «Наутилус» тюрьмой. Для меня вы, разумеется, почетный гость.
– Когда же вы намерены выпустить нас отсюда?
– Когда для этого представится случай. – Капитан Немо слегка пожал плечами. – Быть может, никогда. Я надеюсь, что вы найдете путешествие под водой достаточно увлекательным, чтобы не пожалеть о той случайности, которая забросила вас сюда.
– Мы находимся здесь с заданием чрезвычайной важности, – сказал Монтейлер. – Там, на суше, остались люди, члены моего экипажа, которые нуждаются в помощи. Если бы вы только знали...
– Я знаю все о вашем задании, – перебил капитан Немо. – Все здесь знают всё о вашем задании. Что же касается ваших пропавших товарищей, то они наверняка скоро обнаружат, что могут отлично обойтись и без вас.
Он слегка улыбнулся и повторил:
– Могут отлично обойтись...
– Итак, вы намерены задержать нас здесь? – спросил Монтейлер.
– Да, именно это я намерен сделать. Капитан Немо бросил быстрый взгляд на девочку, которая сидела на краю стола и, смеясь, играла мячом.
– Нам надо очень многое обсудить, мне хочется столько показать вам, у меня...
Монтейлер почувствовал, как в нем закипает неудержимый гнев, рожденный собственным бессилием. Такие приступы нападали на него и раньше. Он рывком встал с кресла и бросил рюмку в огонь; она рассыпалась на мелкие осколки, которые засверкали в отблесках пляшущего пламени.
– Меня это совершенно не интересует, – сказал он.
С этими словами он повернулся и пошел к двери. Она бесшумно отворилась. Перед ним молча стояли люди в форме.
Капитан Немо не шевельнулся.
– Мы поговорим об этом позже, капитан Монтейлер, – сказал он. – Тогда вы, несомненно, будете более благоразумны.
Монтейлер хлопнул дверью. Он испытывал удовлетворение, слушая, как громкое эхо раскатилось по коридору, когда молчаливые люди уводили его из библиотеки.
10
Как оказалось, капитан Немо проявил достаточную заботливость о своих гостях, поместив их в соседних каютах. Каюта Монтейлера была обставлена с роскошью, которой отличалось все убранство подводного корабля: стены обшиты панелями из красного дерева, в углу стоял массивный письменный стол, рядом – широкая кровать из ценных древесных пород. На одной из стен установлены приборы, отмечающие давление воды, скорость и глубину. Пол застилал пушистый ковер. Рядом с каютой находилась небольшая удобная ванная комната (предназначенная только для Монтейлера). Кэт предоставили более скромное помещение: голые металлические стены, маленький круглый стол, матросская складная койка, которая ночью занимала почти всю каюту, а днем убиралась в стену. Но, хотя о персональной ванной Кэт не могла и думать, на столике стояла ваза со свежими цветами – очевидно, уступка хозяина женскому вкусу...
– Что же делать? – спрашивала Кэт. – Неужели мы так и будем сидеть здесь, позволив этому умалишенному, называющему себя капитаном, дурачить нас, как ему придет в голову?
Она сидела на мягкой кровати Монтейлера, поджав под себя ноги. Лицо у нее осунулось и побледнело, голос выдавал раздражение, тонкие, едва заметные складки возле губ свидетельствовали о внутреннем напряжении.
«Нервничает. Впрочем, это естественно, – подумал Монтейлер, – мне не в чем ее упрекнуть».
Он устроился на краю письменного стола. Хрустальная люстра над ним слегка позвякивала подвесками в такт качке. Он посмотрел на радужные стекляшки и пожал плечами.
– Ты предлагаешь бежать? Она подняла голову.
– А что может нам помешать?
– Что? Да то, что у нас с тобой только лазер ные пистолеты, и если мы воспользуемся ими, то неминуемо продырявим корпус корабля. И капитан Немо прекрасно это понимает.
Кэт задумчиво жевала прядку волос.
– Я не совсем в этом уверена, – сказала она. – У меня такое чувство...
Она не закончила фразы. Потом продолжала:
– Нет, не могу сказать этого с уверенностью. Знаю одно: есть, обязательно должен быть какой-то очень простой способ выпутаться из этой истории. Если бы только я могла вспомнить... Послушай, Мон, а его нельзя подкупить?
– Исключено. У него здесь есть все, чего он только может пожелать, и даже сверх того. Нам не чего предложить ему.
– Судя по тому, как он тебя обхаживает, можно подумать, что ему от тебя что-то нужно. Очевидно, без меня он выразил бы это более определенно.
– Здесь на борту одни мужчины, – Монтейлер широко улыбнулся. – Для женщин здесь просто нет места. Вероятно, он не знал бы, что надо делать, если бы ему в руки вдруг попала представительница прекрасного пола. За завтраком он хотел поговорить с человеком, которого он считает равным себе по положению, только и всего. По-моему, он истосковался по обществу.
Неожиданно электрический свет в люстре замигал и постепенно погас. Над кроватью вспыхнул язычок газового пламени, освещая каюту неверным желтоватым светом. Газовый рожок представлял собой бронзового ангела с факелом в руках.
Монтейлер потянулся, чувствуя, как им овладевает сонливость.
– Очевидно, пора спать. Он взглянул на Кэт.
– Как ты на это смотришь?
– Можно и спать. А можно заняться делом. Она достала пистолет и принялась задумчиво играть оружием.
– Интересно, что будет, если установить его на максимальную мощность и максимальную дистанцию и разрядить прямо в потолок?
– У меня неплохое воображение, – мрачно произнес Монтейлер. – Я могу представить себе результат.
Кэт передвинула регуляторы на пистолете и повертела его в руках.
– Как раз в этом я сомневаюсь. – Кэт задумчиво посмотрела на него, – Мне кажется, я начинаю догадываться, куда мы попали. Сначала этот спектакль из сказки «Алиса в Стране Чудес», теперь вот это…
Она замолчала, продолжая играть пистолетом. А потом неожиданно спросила:
– Тебе когда-нибудь приходилось слышать выражение: Deus ex machina?
– Нет.
– Это такой литературный прием. Когда писатель оказывается настолько неловким, что ставит своих героев в безвыходное положение, он нередко прибегает к Deus ex machina – какому-нибудь чудесному спасению. Это может быть что угодно, лишь бы разрядилась обстановка.
– Какое же отношение это имеет к нам? – недоумевающе спросил Монтейлер.
– Неужели ты не понимаешь, Мон? Мы попали в мир книг, мир, созданный фантазией писателей. Нас окружают вымышленные сказочные персонажи литературных произведений. Я думаю...
Она крепче сжала пистолет в руке. Монтейлер не успел даже сделать протестующий жест, как раздался выстрел. Потолок каюты раскололся, и в помещение хлынули потоки воды. Пол резко качнулся и стал уходить из-под ног. Монтейлера отшвырнуло к кровати. Он ударился обо что-то головой, кровать превратилась в бездонный кратер, который стал заглатывать, всасывать его в беспредельную непроницаемую тьму.
11
Монтейлеру казалось, что какая-то сила качает и несет его в мировом пространстве, подчинив мощному ритму. Мерцающие искорки вспыхивали и пролетали мимо. Когда в своем качании он снова достиг максимума и уже совсем готов был пуститься в обратный путь, где-то ударил и загудел громадный гонг. Постепенно амплитуда полета становилась все короче и короче. Его начало бросать из стороны в сторону с нарастающей быстротой. Гонг грохотал все чаще и яростнее. Он ждал каждого удара с невыразимым ужасом. Потом ему показалось, что его тащат по хрустящему, белому, раскаленному солнцем песку. Это причиняло ему невыносимые муки. Кожу опалял огонь. Гонг гудел как похоронный колокол. Сверкающие точки мчались мимо нескончаемым потоком, словно вся звездная система проваливалась в пустоту. Монтейлер вскрикнул, с трудом перевел дыхание и открыл глаза.
Два человека, стоя на коленях, хлопотали над ним. То, что качало его в мощном ритме и несло куда-то, оказалось качкой судна на волнах океана, а вместо ужасного гонга он увидел висевшую на стене сковороду, которая бренчала и дребезжала при каждом наклоне судна. Хрустящий песок превратился в жесткие ладони какого-то человека, растиравшего его обнаженную грудь.
Монтейлер застонал от боли, приподнял голову и посмотрел на свое красное, воспаленное тело, покрытое капельками крови, выступившими сквозь расцарапанную кожу.
– Хватит, Ионсон, – сказал второй. – Не видишь что ли, совсем содрал с джентльмена кожу!
Тот, кого назвали Ионсоном, – человек могучего скандинавского типа – перестал растирать Монтейлера и неуклюже поднялся на ноги. Монтейлер с трудом сел, а затем, опираясь на Ионсона, встал рядом с ним. Все тело горело и саднило, мир перед глазами упрямо кружился, и, чтобы не упасть, он вынужден был прислониться к переборке. Отдышавшись, Монтейлер едва слышно спросил:
– Где я нахожусь? Что это за судно и куда оно идет?
Человек, обратившийся ранее к Ионсону, стоял в противоположном углу каюты, тоже прислонясь к переборке.
– Мы около Фараллонских островов, – сказал он, – на юго-западе от них. Это шхуна «Призрак». Идем к берегам Японии бить котиков.
Монтейлер покачал головой – такое объяснение ничего ему не говорило.
– А кто капитан шхуны? Мне нужно повидаться с ним.
На лице Ионсона неожиданно отразилось крайнее смущение и замешательство.
– Капитан – Волк Ларсен, так его все называют. Я никогда не слыхал его настоящего имени. Но говорите с ним поосторожнее. Он сегодня бешеный. Его помощник...
Но Монтейлер его не слышал. Он все еще прижимался к стене, закрыв глаза и тяжело дыша. Обморок оставил в голове гудящую пустоту, к горлу подступала тошнота, от непрерывной качки ему становилось все хуже. Силы его были на исходе. Человек из иного мира, так не похожего на тот, что , окружал его теперь, Монтейлер не понимал, что с ним происходит, мысли его путались, он не представлял себе, как эти люди.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18