ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Что вы надеетесь от меня услышать? Что он – единственный ведущий телепередачи из Музея Уитни? По-моему, такие заведения, как ваши, – это полный идиотизм, так и знайте.
СТЕРЕТЬ
ОТКЛЮЧИТЬ КОМПЬЮТЕР
ОТМЕНА КОМАНДЫ
С удовольствием напишу вам несколько слов о своем крестнике Лоутоне. Поскольку сейчас ему всего два с половиной года, то могу лишь сообщить, что это вполне нормальный, жизнерадостный, смышленый и ухоженный малыш. Вшей у него нет точно. По-моему, вполне подходящая кандидатура для вашей школы. Его родители
СТЕРЕТЬ
Родители Лоутона, как вы уже, вероятно, знаете из их заявления, имеют совокупный доход более четырехсот тысяч долларов в год, причем существуют весьма реальные перспективы дальнейшего роста. И это еще не считая различных прибавок, помимо, так сказать, «основных дисциплин» (ха-ха). Но из недавнего разговора с ними я понял, что «побочных» в этом году набежит тысяч сто– сто пятьдесят. И еще: будучи примерными членами епископальной Англиканской церкви, они выплачивают церковную десятину и, как я совершенно случайно выяснил, предпочитают жертвовать свои деньги на нужды образования.
СОХРАНИТЬ
ПЕЧАТЬ
Подслушаем голос королевской крови
Как настойчиво уверяют достоверные источники, в 1989 году специальные агенты МИ-5 – особого отдела службы государственной безопасности – производили записи телефонных разговоров принца Чарлза и Камиллы Паркер-Боулз. И еще намекают на то, что якобы существуют пленки, не имеющие прямого отношения к проблемам госбезопасности.
"Пипл ", 1 февраля 1993 г.
Чарлз: Глэдис?
Камилла: Фред! Дорогой, я целый день не отхожу от телефона.
Чарлз: Никак не мог вырваться. Они заставили меня… Боже, если меня еще раз погонят «инспектировать» очередной чертов молочный завод, пусть катятся к черту, пусть Уилл забирает этот чертов трон.
Камилла: Ах, дорогой, это несправедливо, – заставлять тебя так перетруждаться.
Чарлз: Черт! Теперь я месяц не притронусь к этому чертовому молоку, это уж точно.
Камилла: Хочешь знать, в чем я сейчас?
Чарлз: «Инспекционные поездки»! И что я, спрашивается, должен был искать? Бациллы, завезенные из стран третьего мира? Споры сибирской язвы? Проверять, чистые ли ногти у этих чертовых молочников?
Камилла: В новых сапогах для верховой езды, на них пока ни одной складочки. Лежу любуюсь.
Чарлз: Это, конечно, гораздо приятней, чем мои развлечения. Завтра они гонят меня на эту чертову птицефабрику, вставать в черт знает какую рань – в семь пятнадцать, черт бы их всех подрал!
Камилла: А я все вспоминаю нашу последнюю встречу и то, как…
Чарлз: Что – как? Ты знаешь, как пахнет на этой чертовой куриной фабрике? О, боже, не представляю, как они могут там вообще находиться, в смысле – работники. Я потом наверняка месяц не притронусь к этой чертовой курятине, это уж точно.
Камилла: Дорогой, мне так больно слышать, что ты в таком состоянии…. Почему бы тебе сейчас же не сесть в «рэндж-ровер»? Не пройдет и часу, как я дам тебе… чаю.
Чарлз: Чаю с бабой? (Смеется.) Прости. Я хотел сказать, с ромовой. Не искушай. Они снова будут трубить о том, что я преступил эти чертовы нормы морали, развопятся, это как пить дать. Тоже мне «Армия спасения». Так что прошу тебя, не подвергай искушению мою мораль. (Фальшиво напевает мелодию псалма «Мы собрались у Реки», неумело подражая саксофону.)
Камилла: Мне сейчас так одиноко, со мной только мои сапожки.
Чарлз: Так ты дома одна? А где же твой Страж с серебряной пикой?
Камилла: Где-нибудь тут околачивается. Все-таки это замечательно – иметь большой дом, по крайней мере можно друг на друга не натыкаться. Но я имела в виду другое: мне без тебя так тоскливо, так пусто. Когда тебя нет, меня преследует ощущение пустоты…
Чарлз: Погоди! Сейчас я тебе расскажу, где настоящая пустота. Внутри ее черепа. Вчера вечером попытался растолковать ей, почему вся эта чертова современная архитектура – дрянь, архидрянь, черт знает что такое. Но с таким же успехом можно было объяснять основы фермерского хозяйства этим чертовым придуркам на острове Пасхи. «Тук-тук, есть кто дома?»
Камилла: Ах, дорогой, представляю, как ты расстроился.
Чарлз: А потом она заявила, что собирается покончить с собой.
Камилла: Как? Опять? Ножиком для чистки лимона?
Чарлз: Нет, половником. Для супа. И на этот раз она настроена решительно.
Камилла: Нет, я никогда не понимала, в чем прелесть таких фантазий.
Чарлз: Замечательно, ну и хватит об этом.
Камилла: Кстати о половнике… угадай что стоит у меня на столике? «Мармайт» – большая банка.
Чарлз: Ммм. (Слышно, как он причмокивает и облизывает губы).
Камилла: Прекрати, ты же знаешь, как это на меня действует.
Чарлз: Сколько сейчас времени? Я, пожалуй, пошлю эту свою придворную
«Армию спасения» куда подальше… (Щелчок, слышно, как набирают номер.) Где ты?
Камилла: Ау-у. Я ту-ут, у телефона.
Мужской голос: О, простите, миленькие мои.
Камилла: Эндрю, я же сказала, что я у этого чертова телефона.
Эндрю Паркер-Боулз: Ясно, можешь не оправдываться. Это Чарлз?
Высокий, чуть гундосый голос: Нне-ет. Это… «Уилтшир телеком».
Эндрю: Кто-кто?
Тот же гундосый голос: Телефоннная компаннния. Нам сообщили, что нне-лады на линннии. Поломммка.
Эндрю: Неужели? Как странно.
Камилла: Эндрю, ты повесишь наконец трубку? (Звук швыряемой трубки.)
Чарлз: О, боже, чуть не влипли.
Камилла: Дорогой, тебя спасло само небо, разбудив вдохновение.
Чарлз: Да я, собственно… ты думаешь?
Камилла: Ты был великолепен. Он даже ничего не заподозрил.
Чарлз: Отличный малый. Мама права по сути – он вечно в миноре.
Камилла: Алло-алло? Считает его сутенером?
Чарлз: В миноре он, переживает. Нам действительно пора купить этот чертов мобильник с этим… как ты говорила? … С вибратором, то есть с вибро-чер-товым звонком. Так на чем мы остановились?
Камилла: На том, что ты мечтаешь намазать меня «Мармайтом» – всю-всю! – и (щелчок в трубке) – Эндрю! Я еще не закончила разговор! Алло-алло! Не пойму, что это было.
Чарлз: Чертовы загородные телефонные линии.
Мода как краеугольный камень истории
1 000 000 лет до н.э. В крохотной набедренной повязке на экране появляется Рэкел Уэлч, вызывая всеобщий подъем. Так возник Homo erectus.
3500-3001 до н.э. На Среднем Востоке ткут полотно.
1000-901 до н.э. В Израиле появляется долгополый халат-кафтан.
800-701 до н.э. Ассирийцам надоело ходить в своих слишком узких рубахах, они напали на израильтян и отобрали у них кафтаны. Ассирийские женщины стали одеваться так же, как ассирийские мужчины.
700-601 до н.э.: Ассирийские мужи, устав от насмешек вавилонян над тем, что они носят то же платье, что и жены, разрушили Вавилон и, дабы окончательно утвердить свое превосходство, изменили русло Евфрата и затопили город.
600-501 до н.э.: Изобретены пра-праджин-сы (501) – в местечке, где теперь расположен Сан-Франциско.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59