ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

И все только потому, что потерял контроль над собой и не удержал ее. Он обвинял себя в тупости, потому что сразу не понял, что произошло. Его руки непроизвольно сжались в кулаки, рот болезненно искривился. Увидев это, Кэтрин не выдержала:
— О Боже, Джейсон, здесь нет моей вины! Я всего лишь женщина, и руки у меня были связаны! — Она бросилась на кровать.
При виде ее страданий он забыл о себе. Злость куда-то подевалась, больше всего ему хотелось утешить ее, взять на руки, сказать, что он любит ее — только бы затихла ее боль.
Он едва протянул руку, как Кэтрин забилась в истерике.
— Не трогай меня! Никогда не дотрагивайся до меня! Ненавижу тебя! Ты понимаешь — л ненавижу тебя!
В этот момент Джейсон поверил ей. Для обоих это была бесконечная ночь. Кэтрин лежала с сухими глазами и желала, чтобы холод, исходивший от Джейсона, заморозил ее, и она бы ничего больше не чувствовала.
Утром с грустью наблюдала, как муж собирал вещи.
— Мы уезжаем в Терр дю Кер? — безразлично спросила она.
— Нет причин оставаться здесь, — ответил он каменным голосом, и Кэтрин показалось, что в этот момент умерло ее сердце.
Джейсон быстро упаковал все, оседлал лошадей, и они покинули долину, молча оплакивая свое недолгое счастье. Разговаривать им было не о чем. Джейсон всю дорогу думал о Пьющем Кровь.
Но Пьющему Кровь он был не нужен, поскольку его план и так осуществлялся. Он без труда нашел испанца и предложил ему свои услуги — проводить к золоту, которое тот разыскивал. Давалос отнесся к нему с подозрением и какое-то время колебался, пока Пьющий Кровь не пояснил:
— Ты никогда не добьешься этого от Джейсона. Нолан мертв, только я один знаю дорогу туда. Давалос сузил свои черные глаза.
— Почему ты хочешь показать ее мне? Пьющий Кровь невозмутимо приподнял бровь:
— Ты потратишь много времени и сил, досаждая Джейсону. Ему не нужно золото, но если ты поделишься со мной, я покажу тебе дорогу.
Давалос про себя посмеялся глупости Пьющего Кровь.
Его солдаты никогда не задумывались над действиями своего лейтенанта, они просто выполняли его приказы. Он сказал, а они поверили, что Джейсон совершил какое-то преступление против Испании и что, захватив его жену, они поймают и самого Джейсона. Они следовали туда, куда посылал их Давалос, однако когда он приказал им ступить на территорию команчей, многие испугались, особенно после того, как проводником их стал индеец. Пьющий Кровь указывал путь, не вступая в лишние разговоры, но однажды вечером подошел к Давалосу и сказал, что хочет поговорить с ним наедине. Отойдя в сторону, индеец спросил:
— Ты поделишься с ними?
Ответ был отрицательным.
— Конечно нет. Что они будут с этим делать?
— Как ты собираешься скрыть это от них?
— А уже близко? Медленный кивок в ответ.
— Очень близко? Еще один кивок. Давалос загорелся:
— Покажи мне!
— А другие?
Давалос прикусил губу.
— Мы уедем, когда они уснут, и ты покажешь мне. Успеем вернуться прежде, чем у них возникнут подозрения.
Пьющий Кровь только кивнул. Дождавшись, когда все уснут, они покинули лагерь. Два часа ехали молча, потом Давалос пожаловался:
— Ты же говорил, что это близко.
— Это так, — последовал спокойный ответ. Прошел еще час, начинало светать.
— Сколько еще ехать? Мы не успеем вернуться вовремя.
Пьющий Кровь медленно обвел взглядом каньон. Через час над головой будет светить солнце. Они углубились в Земли команчей; безусловно, испанские солдаты повернут обратно, поскольку невозможно найти их в каньоне. Он внезапно остановил лошадь и ударил Давалоса прикладом ружья. Удар застал Давалоса врасплох, и он, как мешок, свалился на землю.
Пьющий Кровь, по лицу которого блуждала сейчас страшная улыбка, донага раздел Давалоса, положил его лицом вверх на песок, обмотал запястья и щиколотки ремнями из сыромятной кожи. После этого врыл в землю каньона четыре кола, которые привез с собой, врыл глубоко и привязал к ним ремни. Затем сел и начал наблюдать, как поднимается над каньоном солнце.
Давалос пришел в себя, и его охватил ужас, когда он понял, что смотрит в лицо смерти. Пьющий Кровь опустился на землю рядом с ним и почти любовно медленно отрезал Давалосу веки, не обращая внимания на жуткие крики испанца. Его глаза, теперь незащищенные, смотрели на немилосердно палящее солнце. Пьющий Кровь уселся в тени скалы и стал ждать смерти Давалоса. Он был глух к его мольбам, он терпеливо ждал конца.
Смерть, которую он выбрал для испанца, была жестокой, но и Давалос был не из мягких людей. Индеец знал, сколько горя принес он людям, и считая свое решение справедливым. На рассвете третьего дня, когда Давалос был чуть жив, Пьющий Кровь еще раз подошел к нему и мягко сказал:
— Нехорошо, когда человек умирает, не зная почему, Я убиваю тебя не потому, что ты убил Нолана, которого Джейсон любил как брата, но потому что ты осмелился стрелять в Джейсона, моего брата. — Если бы Давалос мог еще видеть, его охватил бы ужас, когда индеец приготовил длинный, острый, как бритва, нож. Его рука секунду лежала на гениталиях Давалоса, потом индеец просто сказал:
— За жену моего брата. — Мелькнуло лезвие, и крик агонии эхом отозвался в каньоне. Даже не оглянувшись назад, Пьющий Кровь оставил умирающего в красной луже, которая медленно расплывалась под ним, и направил свою лошадь из каньона.
Он приехал на плантацию задолго до назначенного срока — два месяца. Однажды вечером индеец остановился у большого дома и встретился на ступенях с Джейсоном. Они долго смотрели друг на друга тяжелым взглядом, наконец Пьющий Кровь сказал спокойно:
— Все сделано.
— Ты хочешь сам сказать это Кэтрин? — спросил чисто выбритый и хорошо одетый джентльмен.
— Нет. Передай ей только, что он пострадал за то, что сделал.
Джейсон задумчиво посмотрел вслед индейцу и медленно вошел в дом. Перед этим трое мужчин наслаждались послеобеденным бокалом вина. Поговорив с Пьющим Кровь, Джейсон не вернулся в общество Адама и Гая, а прошел в большую гостиную, где Кэтрин в очаровательном платье из зеленого шелка беседовала со своей матерью.
Ему нравилось смотреть на них со стороны — Кэтрин с каждым днем становилась все красивее, и Рэйчел расцвела, голубые ее глаза светились покоем и умиротворением. Улыбнувшись, он сказал обеим женщинам;
— Ничего страшного. Просто перед тем, как Кэтрин отправится спать, я хотел бы сказать ей несколько слов.
— Если это важно, можешь сказать мне сейчас.
Он покачал головой.
— Нет, позже. — И ушел.
После его ухода Кэтрин было уже не до разговора с матерью, ее мысли постоянно возвращались к Джейсону. Что он хотел сказать? Сославшись на головную боль, она рано поднялась в свою комнату.
В спальне Жанна помогла ей раздеться, и Кэтрин накинула белый кружевной халат поверх ночной сорочки.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50