ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

И неужели Дункан и Роксанна с помощью какой-то магии смогли помочь умирающему старику завладеть телом молодого человека? Нет-нет, это безумно. И даже, если бы это было истиной, то есть, Дункан, зная, что умирает, стал бы подыскивать новое тело – для чего ему понадобился именно Майлз? Да, он молод, здоров и красив. Но все же…
И тут она вспомнила: руки. Рахманиновские руки. Что это значит – «коллекционировать руки»? «Подобных рук не более сотни пар на нынешнее поколение». Руки. Ну конечно: великому пианисту нужны великолепные руки. Вот почему он выбрал Майлза и подверг его вместе с семьей внимательнейшему изучению, чтобы сойти за него при трансплантации. Вот почему Майлз вдруг решил стать пианистом: потому что он – не Майлз, а Дункан Эли в новом теле, подогнанном под себя для новой карьеры. Нет, скорее для старой карьеры в новом теле…
Она начала хихикать. Мысль о том, что можно пойти и купить себе новое тело казалось страшно забавной. «Мама, мне надоело это тело. Пойдем-ка в магазин и подберем другое». «Милый, у меня болит зуб. Пойду куплю себе новую челюсть – в новом теле». Пола истерично захохотала, катаясь по постели. Зачем заниматься пересадкой сердца? Подбери себе подходящее тело, это гораздо проще. Трансплантация души, именно так. Ты никогда не умрешь. Износил свою плоть – бери себе чужую. И можешь жить вечно. Может, Дункану Эли уже десять тысяч лет!
Оставалась лишь одна проблема: что случилось с душой в захваченном тобой теле? Что сделалось с Майлзом? Ее Майлзом, тем, которого она любила? Он что, умер?
Стук молотков наверху стих. Услышав вопль, плотник Флауэр опрометью бросился вниз по лестнице и распахнул дверь.
– Миссис Кларксон, что с вами? На нее глядел старик в рабочем комбинезоне. Она села в постели, вытирая с лица слезы.
– Ничего…все в порядке.
– Я услышал ваши крики. Может, вам плохо?
– Спасибо, мистер Флауэр. Просто мне приснился кошмар, вот и все.
– О! Ну тогда он был по-настоящему страшным.
– Пожалуй, да. По-настоящему.
Плотник ушел наверх.
«Кошмар, – подумала она. – По-настоящему страшный, даже безумный. Хотя, кто из нас безумен – кошмар или я сама?»
* * *
Когда вечером Майлз вернулся домой от Роксанны, Пола решила для спасения собственного рассудка, выбросить из головы все безумные дневные фантазии. Реальность заключалась в том, что ее муж, будучи когда-то посредственным пианистом, вдруг стал великим пианистом. Считайте это упорной работой или вдохновением – в общем, чем угодно, кроме черной магии. То, что он собирается выступить в Карнеги-холле – факт. И если дебют провалится, он вернется к писательскому труду, это тоже факт. А если придет успех, он продолжит музыкальную карьеру. Все совершенно ясно, а любые размышления о «трансплантации душ» – просто чепуха.
Она должна сдерживать свое воображение. Но хватит ли у нее на это сил?
* * *
Через три дня кухня была готова. Стоимость работы превысила оценку Шульмана на девятьсот долларов, но Майлз не жаловался.
– Она этого стоит, – заметил он жене, осматривая вместе с ней новую кухню. – Признайся, что не ожидала увидеть такое на месте крысиной норы?
Джордж поработал прекрасно: новую электрическую плиту покрывал блестящий медный колпак, с вмонтированным внутрь вентиляционным выводом. Рядом тянулись многочисленные пластиковые стойки с просторными нижними и навесными шкафчиками. В углу размещался голубой холодильник и блестящая двойная мойка из нержавейки, а рядом, под окном с новым кондиционером мусоропровод. Пол украшал линолеум «под испанскую плитку», а с голубого потолка свисала старинная люстра из витого железа с двумя стеклянными шарами, внутри которых помещались лампы.
Пола бросила по кухне, нежно касаясь пальцами всевозможных приспособлений и голубых пластиковых подставок. Это – реальность, думала она. Эта кухня. Холодильник, пластик, мойка. Это реальность, которая мне нравится.
Она повернулась к мужу и улыбнулась.
– Милый, я приготовлю тебе самый лучший ужин!
Он что, в самом деле мой «милый»? Может, он – некий мутант, трансплантант или нечто в этом роде… Нет, нет, НЕТ! Реальность. Холодильник. Духовка. Фирмы «Дженерал электрик». Наслаждайтесь электрическими удобствами. Мы берем от жизни все, пользуясь всеми электрическими удобствами. Это – реальность.
Майлз – это Майлз. Дженерал электрик – это Дженерал электрик. Жизнь с электрическими удобствами. А – это А. Б – это Б.Q.E.D.
Она открыла новый холодильник, извлекла жирные куриные грудки и занялась приготовлением ужина.
«Я должна убедиться, – думала она, – Без этого ко мне не придет настоящий душевный покой. Но как это сделать?»
Она решила спросить у него. Прямо в лоб. Действительно ли он – Майлз, а не воплощение Дункана Эли. Он не поймет, о чем речь. И, конечно удивится. Дункан Эли окажется достаточно умным, чтобы притвориться удивленным, хотя она в этом сомневалась. Ведь она застанет его врасплох.
Кажется, план неплохой.
Да, так она и сделает.
* * *
Ужин был шедевром. Какое счастье – вновь оказаться в собственной кухне, тем более – в такой сияющей и с иголочки новенькой. Занимаясь готовкой, она едва не забыла о своих переживаниях. Даже откопала подшивку журналов «Гурман», заброшенную в «картофельно-бифштексные дни», и отыскала рецепт лимонных блинчиков, так понравившихся Майлзу на Бермудах. Готовить их было довольно сложно, но восторг, с которым приняли блинчики Майлз и Эбби, вполне оправдал хлопоты. Эбби, к своему удовольствию, получила еще и порцию голландского ванильного мороженого.
– Ну, что я говорил, – осведомился Майлз, приканчивая восьмой блинчик. – Разве новая кухня не стоит всех забот и затрат?
– До последнего цента, – согласилась Пола.
– На мой взгляд, Джордж Шульман поработал прекрасно. Нашу кухню следует сфотографировать для журнала «Дом и сад». В раздел, где читатели делятся опытом по части того, во что можно переделать кладовку для метел.
– Мама, можно пойти покормить Робина? – спросила Эбби.
– Да, милая.
– Чудесно. И ужин – просто замечательный. Когда она вышла, Майлз наклонился и взял Полу за руку.
– Ты все еще боишься Робина? – нежно спросил он. Она промолчала.
– Нет. – «Какая ложь» – добавила она про себя.
– И ты по-прежнему боишься меня?
– Тебя?
– Мне так показалось, у Роксанны. После того, как я для тебя играл.
Хорошо, решила она. Пора высказать задуманное.
– Пожалуй, немножко.
– Почему?
– Не знаю… твои слова о карьере пианиста поразили меня и…ты играл так великолепно. Я не могла поверить, что ты настолько хорош. До сих пор не верю.
Он придвинул стул поближе и обнял ее одной рукой.
– Все становится доступным, если берешься за это всерьез.
– Понимаю. Сила «позитивного мышления» и прочая чепуха.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48