ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Гусев, конечно, знал, что является мастером своего дела, однако не видел в этом ничего особенного. Он был выходцем из захолустной деревушки в Казахстане, где все мужчины были отменными стрелками. В российской глубинке немало людей, обладающих поистине уникальными способностями, однако об их существовании подчас никто не подозревает. Татары славятся своей меткостью и, как правило, владеют огнестрельным оружием столь же виртуозно, как их предки во времена Тамерлана владели луком и стрелами.
Нельзя сказать, что Гусев намного превосходил своих односельчан в искусстве стрелять, однако в Москве его воспринимали как настоящего самородка.
В периоды обострения разногласий с Америкой сильные мира сего посещали его особенно часто. И он слышал из их уст такие слова:
— Если дела станут совсем плохи, придется использовать Гусева.
Стрельба была лишь частью его подготовки, и он посвящал ей не более двух часов в день. Остальные десять часов отводились изучению английского языка и американского образа жизни. Это требовало героических усилий от молодого татарина, который до недавнего времени изъяснялся лишь на наречии своих предков, кочевавших по российским степям в XIII — XV веках.
Вначале его словарный запас был мизерным, однако после двадцати пяти лет усердных ежедневных занятий под руководством лучших педагогов Бальбек Гусев мог сойти по телефону за чистокровного американца, выходца из любой части страны.
К сожалению, при росте в четыре фута и восемь дюймов, с раскосыми глазами и широкоскулым лицом, напоминающим монгольскую юрту, Бальбеку было трудно выдать себя за фермера из Алабамы или бостонского полицейского.
Научившись у американцев снисходительному отношению к недостаткам, руководители Бальбека прибегали к испытанному средству — казуистике.
— Да, мы признаем, что в этом вопросе существуют определенные сложности, — говорил ответственный за подготовку Гусева.
— Для Америки у него слишком необычная внешность, — возражали ему.
— Америка — многонациональная страна. Там можно встретить кого угодно.
— Но если Гусеву придется выстрелить в президента, как он скроется с места преступления? Человек ростом в четыре фута и восемь дюймов с кожей, как у яка, не может остаться незамеченным. Его схватят. Он будет стрелять, но в конце концов его все равно поймают и поймут, что его след ведет в Россию. Хорошо, что мы в любой момент можем организовать убийство американского президента, но зачем платить за это такую цену? В противном случае мы могли бы хоть сейчас объявить войну Америке.
— Значит, нужно приберечь его для критической ситуации, когда у нас не останется другого выхода.
И Бальбек Гусев продолжал заниматься, готовясь к критической ситуации, которая могла и не наступить.
Но в один прекрасный день ему показали фотографию какого-то человека с большими печальными глазами.
— Это Василий Рабинович. Ты должен его убрать.
— Но это же не американский президент, — возразил Гусев.
— Он еще более опасен.
— Я полагал, что мне поручат убить президента, я ждал этого целых двадцать пять лет, по два часа в день практикуясь в стрельбе и по десять часов долбя английский язык. И вот теперь, когда долгие годы ожидания и подготовки остались позади, я получаю задание убрать какого-то Рабиновича. Он что — диссидент?
— Ты должен выполнить приказ. Не думай, что выучив английский язык и усвоив заграничные манеры, ты стал американцем. Ты по-прежнему советский человек.
— Когда начинаешь думать самостоятельно, это скоро превращается в привычку, — отчеканил Бальбек Гусев, который на практических занятиях, посвященных американской избирательной системе, в качестве тренировки принимал участие в выборах американского президента и благодаря этому заразился некоторым вольнодумством.
— Татарин по имени Бальбек Гусев не может позволить себе роскошь мыслить самостоятельно. Будешь стрелять в Василия Рабиновича с расстояния в полторы тысячи ярдов. На таком расстоянии ты не увидишь его глаз.
Анна Чутесова была вне себя от ярости. Она чуть не швырнула в лицо послу лежащие на его столе бумаги. Кто принял это решение? Какой кретин мог принять такое решение?
— Мы же договорились, — неистовствовала она, — что вы выйдете на достойных доверия американцев, расскажете им все, что нам известно, и после этого мы вместе обсудим, как избавиться от опасности по имени Василий Рабинович. Как вы могли единолично принять решение о его физическом устранении?! Ведь эта операция была поручена мне!
— Нельзя допустить, чтобы этот человек достался американцам. Его необходимо уничтожить.
— Зачем он нужен американцам? Какая польза была от него нам помимо лечения членов Политбюро от головной боли и импотенции?
Щеки у Анны пылали. Она знала, каким образом этот болван получил место посла. Он был единственным высокопоставленным сотрудником министерства иностранных дел, способным удержать в памяти несколько имен, и одним из немногих, кто просыпался по утрам, не испытывая необходимости опохмелиться после вчерашней выпивки.
Такие люди были в министерстве на вес золота и получали престижные назначения. Посол Номович просидел в Вашингтоне уже четверть века и был старейшиной дипломатического корпуса.
— Товарищ Чутесова, мне известно, каким авторитетом вы пользуетесь здесь, в Америке. Но решение об убийстве Рабиновича, пока его не заграбастали американцы, было принято на самом верху.
— Неужели они не понимают, что Рабиновича невозможно заграбастать? В том-то все и дело. Это он может заграбастать кого угодно. Ни одно правительство не способно его приструнить. Зато он способен приструнить любое правительство. Как можно вредить человеку, если ты считаешь его своим близким? Как? Каким образом?
— В нашем распоряжении имеется совершенно удивительный стрелок. Я своими глазами видел, на что он способен. Сейчас он на пути в Форт Пикенс, где, по нашим данным, находится Рабинович. Нами разработан блестящий план, который позволит нашему агенту незамеченным проникнуть на территорию военной базы. Скажу вам без ложной скромности — нам есть чем гордиться.
— Ну что ж, гордитесь, пока все это не выйдет вам боком. В лучшем случае ваш план не сработает. Это в лучшем случае.
— Я не собираюсь спрашивать вас, почему вы так думаете, — проговорил Номович, глядя на пылающую гневом красавицу. Он слышал, что она ненавидит мужчин. Правда, эти слухи исходили от одного завзятого ловеласа, который был уверен, что если женщина отвечает отказом на просьбу переспать с ним в первый же час их знакомства, значит, она мужененавистница. Однако Номович понимал, почему ни один мужчина не мог пройти мимо это прелестной женщины.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69