ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


- Ну и ну, скажите на милость! Больной! У вас редкостное здоровье! Этот праздник мадам Бертран запомнит надолго! Вот что вылечит ее от экземы, поправит косоглазие, удалит усы с бородой, заставит сделать новый зубной протез! Браво! Вот это достижение! Красавец мужчина - просто блеск! Даже местные, калеки и прокаженные, не хотели ее...
И он кряхтит от смеха.
- Я доктор Кальбас, главный врач этого сарая, превращенного в госпиталь. Тридцать лет в Дуркина-Лазо, словом, бессмертный. Что касается мамаши Бертран, то она помнит еще захват и колонизацию страны. Она приехала вместе с войсками, осталась на всю жизнь, а теперь и умрет здесь. Если вообще умрет, в чем я начинаю сильно сомневаться. Ее должны были повысить в должности, но она заразила весь миротворческий контингент сифилисом. Затем ее стали мучить угрызения совести, и она принялась их лечить, всю армию. Вылечила! Хорошо, я не спрашиваю вас, как вы себя чувствуете, - сам вижу! Мы видели! К вам приехал профессор Бесикль, из фешенебельного округа Парижа. Он вас осмотрит...
- Очень рад, - шамкает другой голос, тоненький и слабенький по сравнению с луженой глоткой главврача.
Меня поднимают. Сажают.
Мне что-то водружают на голову. Потом что-то приставляют к глазам. Я догадываюсь, ощущая легкое тепло, что парижский профессор разглядывает меня с помощью лампы на лбу. Когда он говорит, изо рта летит слюна, что заставляет меня содрогаться от омерзения.
- Спокойнее! - прикрикивает он.
От него несет чем-то мерзким. Скоро я стану еще более чувствительным к запахам, поскольку обоняние будет служить мне радаром. От профессора пахнет старым ковром. Я угадываю: на нем серый костюм, жесткий воротничок, блеклый галстук, розетка почетного легионера, висящая, как увядший цветок.
Варварскими инструментами он исследует мои глаза.
- Вы различаете свет?
- Нет.
- Хорошо.
Кажется, он очень доволен, что обнаружил у меня полную слепоту. Роман о своих незрячих переживаниях я напишу, как только выучу азбуку для слепых.
Оба лекаря обмениваются короткими замечаниями. Бесикль снисходительным тоном объясняет главврачу, что, да как, да почему с моими глазами. Не знаю, присутствовали ли вы когда-нибудь при подобной беседе двух врачей. Я считаю, что это забавный спектакль. Можно сказать, что они ищут способы эпатировать друг друга, хотят найти совершенно новые, неизвестные до сего времени термины, свежеснесенные, которые его собеседник еще не знает.
О, это совсем другой язык! Язык Зондских островов звучит в наших ушах значительно красивее, чем речь этих Гиппократов. А какая серьезность - это нужно видеть! Вернее, слышать! Увы! В нынешней ситуации я не могу видеть, но зато слышу, и этого достаточно. Если приложить усилия и попытаться расшифровать их высокопарную брехню, а затем перевести на нормальный человеческий язык, то получится, что у меня якобы склеротическая недостаточность сосудов радужной оболочки глаза, приводящая мой диапозитивный хрусталик к полной непроходимости, откуда стопроцентное затемнение внешней оболочки, отягощенное омертвением капсулы Тенона и кератической ахроматопсией глазного яблока по эксофтальмическому типу деструктивной патологии.
И в этом я очень сильно сомневаюсь.
Как и вы, наверное, тоже!
Мне надоедает их кривлянье, и я решаю спросить:
- Итак, ваше мнение, господин профессор?
Его ответ сражает меня прямо в сердце.
- Ууффф! - произносит он.
Все больные скажут вам, насколько вдохновляют подобные заявления их врачей. Они моментально подскакивают от радости и бросаются в будущее бодрым шагом альпийских стрелков на параде, проходящих мимо почетных трибун.
Еще одно междометие, которое очень нравится пациентам, когда оно выражает мнение медика, это "ну-у", особенно если после него следует "так", произнесенное как бы со вздохом. Поистине, врач - профессия деликатная. Ведь больному, кроме диагноза и метода лечения, нужно еще дать надежду. Хорошее емкое слово найти трудно. Фактически все практикующие врачи довольствуются словом "так!".
Это их боевой слон. Три буквы, составленные вместе, дают эффект редкого красноречия в зависимости от интонации. Заканчивая осмотр, врач распрямляется и произносит смачное "так!", что заливает солнечным светом самую сумрачную душу. Или, например, сухое задумчивое "так". Это нужно понимать так: "Ухудшения быть не должно, но полная уверенность будет только после вскрытия". Есть еще безысходное "так" в смысле "Это был хороший пациент, но он пренебрегал социальным страхованием, поэтому скопытится через пару месяцев". Следует еще выделить раздраженное "так". Клич абсолютной уверенности. Очень по-мушкетерски. "Ко мне, инфаркт, на два слова!" Или: "Между нами говоря, у вас роскошная лейкемия". И есть еще одно, произносимое мягким голосом "так-так", напоминающее вам военные фильмы и стрельбу из пулемета. Так-так... Очень мило, тихо-тихо... Пара трупов... Сожалеющая улыбка.
Чуть ли не руки в стороны. Так-так. Твои дни того: так-так... Если ты любишь органную музыку, будет музыка... Оно пахнет хризантемами, это "так-так". Будто земля по крышке гроба: так-так. И ты понимаешь, что часы твоей жизни уже оттакали, в смысле оттикали. Здесь мы встречаемся с профессиональной жалостью. Гуманной стороной души лекаря, знающего, что ты отдашь концы и свидетельство о смерти на твое имя можно заполнять. И они наблюдают, с какой болью ты это переваришь. Но он поможет тебе, он сделает укол морфия. И ты протягиваешь ноги с удовольствием. Так-так, господин покойничек! Будет праздничек! Неважно, как твое имя, - ты пациент! Был - и нет пациента! Ух, они замечательные ребята, наши врачи! Клянусь, они умеют обрадовать, подбодрить.
Зарегистрировав это "ууффф!" профессора Бесикля, я все-таки решаю спросить:
- Ну, хорошо... А кроме этого?
- Вы ослепли, дорогой мои!
- Это как раз я понял, когда увидел, что больше не вижу, - криво усмехаюсь я. - Есть надежда на операцию?
- В вашем случае нет. У вас поражена грабо-невротическая система из-за отслоения сетчатки. Операция разрушит всякую надежду на выздоровление.
Мужчины - вы же знаете, каковы они: малейшая зацепка, и они хватаются за хвост самой призрачной химеры.
- Ага, значит, шанс на выздоровление все-таки есть?! - вскрикиваю я голосом тонущего, которому никак не удается утонуть.
- Хватит глупостей! Этот парень спятил, док! - гудит гнусный Берюрье. - Будто кто-то сомневается в этом деле. Твоя слепота, парень, это временное краткое явление, долго не продлится! Втолкуйте ему, док!
- Это что еще такое? - спрашивает вполголоса Бесикль.
- Его замена, - отвечает главврач.
Эта короткая презентация прошибает меня, как ток высокого напряжения. "Его замена"!
Выходит, я человек конченый, вычеркнутый из активного поголовья.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56