ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Я переоделась в этот костюм по дороге, чтобы никто в отеле не мог меня узнать. Кстати, полезная вещь, учитывая, что ты вечно где-нибудь шатаешься.
– Я не шаталась, как ты изволила выразиться, а просто покупала шляпку.
– Но мы ведь договорились, что ты не будешь выходить из номера.
Линн достала из коробки шляпку, подошла к зеркалу и закрепила ее на голове с помощью длинной булавки, затем покрутилась перед зеркалом, чтобы определить, подходит ли шляпка к белому поплиновому платью с зеленой вышивкой по корсажу.
– Что я должна делать в «Шедоуз Нуар»?
– Ничего. Просто живи там, будь с ними любезна, но держи ухо востро.
– А ты чем собираешься заняться?
– Хочу поинтересоваться отношением Браггетта с упомянутыми в его бумагах людьми.
Последующие полчаса Белль пересказывала сестре содержание дневника Евгении.
– Круг подозреваемых расширяется, и пока не выявим настоящего убийцу, мы не сможем сбросить со счетов ни одного из них.
Слова сестры напомнили Линн о Питере Маркони.
– Да, чуть не забыла, прежде чем я вошла в магазин, ко мне подошел какой-то мужчина.
– ТЫ разговаривала с незнакомцем?! – спросила Белль, не веря своим ушам.
– Да, – Линн постаралась не придавать значения тону Белль. – Он сказал, что его зовут Питер Маркони и он одалживал деньги у мистера Браггетта под залог дома своей матери. Но когда вернул долг, Браггетт не отдал закладную, и теперь он боится, что со смертью Браггетта его мать может лишиться дома. Ты можешь вернуть эти бумаги? У него был очень взволнованный вид.
– Маркони? – глаза Белль подозрительно сузились. – А почему он считает, что бумаги у тебя, раз принадлежали Браггетту.
– О, он видел, как ты вломилась в офис Браггетта, – хихикнула Линн. – Сказал, что приходил туда с такой же целью, но ты его опередила.
Белль вдруг стало не по себе при мысли, что кто-то стоял в темноте и наблюдал, как она обыскивала офис Браггетта.
– Как он выглядит?
Линн нахмурилась, вспоминая Питера Маркони.
– Темноволосый и смуглый. Сказал, что является представителем итальянцев.
– ДеБрассе.
– Де-кто?
Белль сняла шляпку Евгении и бросила ее на кровать.
– Линн, клянусь, ты устроишь так, что нас обеих посадят в тюрьму, если, конечно, прежде не пристрелят. Как ты вообще могла разговаривать с этим человеком? Я подозреваю, ты подтвердила, что искала документы?
– Ну, да…
– Черт бы тебя побрал. Теперь он ЗНАЕТ, что именно Я побывала в офисе Браггетта.
– Он и так знал, и еще сказал, что его мать лишится своего дома, если не вернет эти документы.
– В шкатулке Браггетта нет никаких закладных на имя ДеБрассе и…
– Он представился как Маркони.
– Поверь, – фыркнула Белль, – это ДеБрассе, и он под подозрением, хотя и не слишком серьезным. Он был политическим оппонентом Браггетта и произнес на эту тему много речей, особенно когда дело касалось итальянцев и того, как с ними обращаются.
– Не понимаю, – возразила Линн, – какое отношение Браггетт имел к итальянцам? И зачем мистер ДеБрассе солгал насчет своего имени?
Белль плюхнулась на диван.
– Всю свою политическую карьеру мистер Браггетт, похоже, постоянно игнорировал иммигрантов. А когда не игнорировал, то находил всевозможные способы обманывать. ДеБрассе пытался публично разоблачить его и заставить обращаться с итальянцами справедливо.
– Но каким образом?
– Похоже, Браггетт пользовался огромным влиянием среди местных бизнесменов и указывал им, кого нанимать на работу, а кого увольнять. Я подозреваю, что итальянцы не получали работу, если не давали Браггетту взяток.
– Ужасно!
– Это также мотив для убийства.
Линн обернулась и взяла сумочку.
– Этот мистер Маркони, то есть ДеБрассе, – слишком положительный для убийцы.
– Даже убийцы могут быть положительными, когда хотят.
Линн приехала в «Шедоуз Нуар» и вошла в дом, когда накрывали к обеду.
– Белль, – окликнула из столовой Евгения. – Мы уже начали беспокоиться. Пожалуйста, присоединяйтесь.
– Давайте, Белль, – протянул Трекстон, лениво откидываясь на спинку стула и сверля Линн подозрительным взглядом. – Расскажите нам, что заставило вас уехать так рано?
– Трекстон, – предупредительно произнесла Евгения. – Белль – наша гостья, а не пленница.
Тот пожал плечами и озорно улыбнулся матери.
– Просто хотел убедиться, что гостье у нас нравится.
Линн улыбнулась.
– Это так мило с вашей стороны, Трекстон. Благодарю вас, – девушка почувствовала легкое разочарование из-за отсутствия Трейса.
– Итак, куда же вы сбежали так рано? – продолжал настаивать Трекстон. Он внимательно наблюдал за девушкой и сразу же почувствовал перемену. Теперь Белль изображает леди.
Линн опустилась на стул, отодвинутый для нее Трекстоном, и налила себе холодного чая.
– Немного покаталась. Так, ничего особенного. Внимание присутствующих привлек стук в дверь, и все сразу замолчали. Занна торопливо вышла из столовой, чтобы открыть входную дверь. Спустя несколько секунд экономка доложила:
– Миссис, к вам мистер Мурден.
Эдвард Мурден вошел в столовую, не дожидаясь приглашения, и направился прямо к Евгении.
Взгляд Линн перебегал с Евгении на Эдварда, она старалась вспомнить все, что рассказывала Белль об этом человеке. Из бумаг Браггетта, дневника Евгении и рассказов Магелины Тутант они узнали довольно много и пришли к выводу – у Эдварда были веские основания желать смерти Томасу Браггетту. Линн отхлебнула охлажденного чая. Однако, вопреки логике, говорящей, что Мурден может быть убийцей, трудно было плохо подумать об этом человеке, имея представление о реальном облике Томаса Браггетта и видя, с какой любовью смотрит на Мурдена Евгения.
Миссис Браггетт встала, позволила Эдварду поцеловать себя в щеку и весело рассмеялась.
– Эдвард, позволь представить тебя нашей гостье. Белль, познакомьтесь с моим старинным и очень дорогим мне другом Эдвардом Мурденом. Эдвард, мисс Белль Сент-Круа.
Эдвард грациозно склонил голову, поднес руку Линн к губам и поцеловал.
– Мадемуазель Сент-Круа, это честь для меня, – сказал он приятным, низким голосом.
Мурден был высокого роста, хорошо сложен, каштановые волосы аккуратно зачесаны назад, лицо аристократически красиво и изящно. Линн отметила, что для человека, чье состояние пущено на ветер, а точнее, в карман Томаса Браггетта, он был очень хорошо одет. Коричневый костюм сшит из отличного сукна, рубашка из качественного шелка, а бриллиантовая булавка на бледно-голубом галстуке и золотое кольцо с бриллиантом на пальце выглядели дорогими.
– Ах, mon amour, – он обернулся к Евгении. – Я не собирался заезжать, но так получилось, что направляюсь в «Бараторию» и проезжал мимо. Приглашаю тебя завтра вечером в оперу.
– С удовольствием, – с улыбкой нежно отозвалась Евгения.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85