ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Ваш дедушка много мне тут написал, - сказал Корнилов, выходя на лестничную площадку. Он похлопал рукой по карману и улыбнулся.
- Помог? - удивился Казаков. - Очень хорошо. А мы с мамой днем на службе...
Он стоял в дверях, в нерешительности глядел на подполковника, словно ожидал, что тот его о чем-то еще спросит. Но Корнилов прощально махнул рукой. Уже взявшись за ручку двери в подъезде, он услышал, как лязгнул запор на дверях квартиры Казаковых.
По пути в управление Корнилов рассеянно глядел по сторонам.
Машина свернула со Съездовской линии на Университетскую набережную. День стоял солнечный, ветреный: На пришвартованном напротив Меншиковского дворца буксирчике бился на ветру прокопченный речфлотовский вымпел, весело клубился дымок над трубой. На Неве блесткая рябь струилась против течения.
Корнилов любовался солнечным деньком, с удовольствием затягиваясь сигаретой. Мысли шли в голову случайные. С Павловского парка он перескочил на предстоящую поездку в Москву, потом вдруг вспомнил, что не получил отчета по последним кражам в Куйбышевском районе... "А вот эти дамские туфельки, что дворничиха на лестнице нашла... Может быть, они имеют отношение к краже? Воровка - женщина? Ну и комик же я. Кто это на кражу пойдет с туфлями под мышкой? Неужели эта кража повиснет?.. Нет, не комик... Воры могли работать вдвоем, под супружескую пару. А что? Он с плащом на руке, она с сумкой, в сумке туфли. Вполне респектабельная пара. Иван Иваныч здесь живет? Нет? Ах, извините. И топают дальше... Иван Иваныч здесь живет? А здесь никто не отвечает, пустая квартира. Надо проверить, не ошибался ли кто квартирами в том микрорайоне... Туфельки-то чиненые. Краденые надела, а свои бросила... Пошлю ребят пройтись по мастерским".
3
Ровно в двенадцать Корнилов уже сидел в кабинете. Варвара, секретарь отдела, своей обычной скороговоркой перечисляла всех, кто приходил или звонил в его отсутствие.
- Из "Вечернего Ленинграда" звонили. Замредактора. Ждут статью ко Дню милиции. Говорят, вы их подводите. Ведь обещали. Шефу будут жаловаться... Два раза из Выборга Зайцев спрашивал. Наверное, что-нибудь срочное. Соединить?
- Ни с кем не соединяй, - сказал Корнилов. - До двух часов.
- И с "Вечеркой"? - удивилась секретарша. Игорь Васильевич замотал головой. - Пожалуется ведь... - На лице у нее отразилось такое искреннее сожаление, что Корнилов улыбнулся. Варвара отличалась редкой способностью все драматизировать. В отделе к этому давно привыкли и любили дружески подтрунивать над ней.
- Этот альбом - срочно в НТО. - Секретарша с интересом посмотрела на фотографию, которую показал ей Игорь Васильевич. - Пусть переснимут. А портрет этого гаврика... - он поставил на лбу молодого мужчины легкую галочку, - пусть увеличат отдельно, размножат и разошлют для широкого розыска. В транспортную милицию не забудь. Пусть ознакомят участковых инспекторов. Соседям тоже послать. И в Москву... И срочно, срочно, Варя! Белянчиков на месте?
- Уже два раза заходил. Спрашивал вас.
- Предупреди, что Понадобится через полчаса. И Бугаева с Орликовым предупреди.
Варвара кивнула и хотела выйти, но Корнилов остановил ее:
- Пошли их в буфет. Пусть чайку попьют с бутербродами. - Он усмехнулся: - Сидеть им сегодня без обеда. Ко мне никого не пускай.
Закурив, он минут десять сидел, положив перед собой листки чистой бумаги. План действий сложился у него еще в то время, когда он ехал с Васильевского острова в управление. И теперь он еще раз мысленно прикидывал последовательность действий, стараясь предусмотреть все детали. Корнилов понимал, что главное сейчас - быстрота. Где-то по городу ходит вооруженный преступник. С кем столкнет его случай или злая воля, кто еще может стать его новой жертвой? Любая промашка, скоропалительный непродуманный шаг, и розыск мог уйти в сторону...
Варвара принесла стакан чаю и бутерброды. Корнилов кивнул ей благодарно. Спросил:
- Фотографии не готовы?
Она сделала круглые глаза:
- Игорь Васильевич, вы ж пятнадцать минут назад их дали!
В двенадцать сорок, когда в его кабинете собрались Бугаев, Белянчиков, Вася Алабин и совсем молодой сотрудник Слава Орликов, недавно закончивший Высшую школу МВД СССР, перед Корниловым уже лежали детальный план операции и пачка фотографий, переснятых из альбома.
Корнилов обвел глазами сотрудников. Как всегда, сосредоточенный, хмурый Белянчиков смотрит в упор немигающими глазами. Нетерпеливый Семен Бугаев быстро-быстро рисует в блокноте и одновременно шепчет на ухо Васе Алабину. Наверное, что-то очень смешное шепчет, потому что Алабин весь надулся, с трудом сдерживая смех. "Алабин, наверное, уже рассказал об альбоме, - подумал Игорь Васильевич. - А может, и нет. Ведь он только что приехал. Не успел, наверное..." Орликов сидел напряженный, застывший, старательно скрывая волнение и любопытство. Корнилов видел, что молоденький лейтенант волнуется - все время облизывает нижнюю губу и сам этого не замечает. "Приятный парень, старательный, - подумал Игорь Васильевич. - Может, и приживется у нас..."
- Получены новые данные по ограблению в Тучковом переулке. - Корнилов коротко рассказал о мальчишке, принесшем альбом в Василеостровский райотдел. Заметил, как Белянчиков скептически поджал губы, скосился на Алабина. - Показания школьника подтвердил еще один свидетель. Так что ты, Юрий Евгеньевич, оставь свой скепсис. И школьникам надо верить. Мы третий день топчемся на месте. И не смогли, кроме мальчика, разыскать ни одного свидетеля. А свидетель только и ждал, когда к нему обратятся!
Игорь Васильевич сказал это зло и заметил, как налились краской щеки Бугаева. Это он с работниками Василеостровского райотдела опрашивал жителей Тучкова переулка.
- Свидетель опять какой-то хлипкий, - усомнился Белянчиков. - Старый да малый... Еще неизвестно, не уведут ли они нас в сторону от дела.
- Все может быть. Но того, кто проворонил этого старика, я все-таки накажу... - Корнилов встал из-за стола и положил перед сотрудниками раскрытый альбом и пачку увеличенных фотографий подозреваемого парня.
- Да, картинки с выставки, - прокомментировал Белянчиков. - А на парня поглядишь - умняга-скромняга. Жаль, что у него на руке наколки нет. Как было бы здорово - увеличили еще раз в пять и прочитали: "Вася, 1945. Не забуду мать родную..."
- А что, фотография - это мало? - обиделся Алабин. Ему, как человеку, первым беседовавшему с мальчишкой, хотелось, чтобы к находке отнеслись с большим вниманием. - Не какой-нибудь фоторобот, а подлинное фото! Надо только срочно разослать...
- Разошлем, разошлем, - усмехнулся Белянчиков. - Ты не волнуйся. Если тут ошибки нет, то кое-что из твоего альбома можно выжать.
- Не будем терять время. - Корнилов снова сел в кресло и пододвинул к себе листки с записями.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19