ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Крюкова Тамара
Хрустальный ключ
Тамара Крюкова
Хрустальный ключ
ЧАСТЬ 1. ДОЛИНА МИРАЖЕЙ
ГЛАВА 1. ВЕДЬМИНО БОЛОТО
- Бабуль, а правда, что на Bедьмином болоте по ночам ведьмы танцуют?
На краю деревни возле опушки леса стоял маленький домик. На веранде уютно горела лампа с оранжевым абажуром. На диване, покрытым лоскутным одеялом, сидела бабушка и вязала свитер для шестилетней Даши. Даша примостилась рядышком и, затаив дыхание, ждала ответа. Вместо бабушки ответил Петька, Дашин брат. В свои двенадцать лет он давно не верил ни в ведьм, ни в прочую нечисть, и не упускал случая подтрунить над сестрой.
- Там не только ведьмы танцуют, там еще и леший бродит, и русалка на ветвях сидит. А в самую черную-пречерную полночь черный-пречерный человек кричит... "Отдай мою руку", - гаркнул Петька и, состроив страшную рожу, схватил Дашу за локоть. От неожиданности Даша подскочила на диване, но быстро взяла себя в руки и, передернув плечами, с достоинством сказала:
- Вечно ты со своими глупостями. Интересно же узнать, как они танцуют.
- Ведьм уж давным-давно нет. Одно название осталось, - сказала бабушка, не поднимая глаз от вязания.
- А давным-давно были? Бабуль, ну расскажи, пожалуйста, - попросила Даша.
Тихий летний вечер повис над землей. За окном темной стеной стоял лес. На веранде было светло и уютно. Возле лампы весело толкалась мошкара, бабушкины спицы тихонько позвякивали. Даша, поджав ноги, уселась поудобнее. Петька, занятый склеиванием модели яхты, тоже прислушался. Хотя сказок он давно не читал и говорил, что они его не интересуют, бабушку послушать любил. Бабушка перевернула вязание, поправила клубок и начала рассказ.
"Раньше, говаривают, тут не болото было, а озерцо, хоть и небольшое, да глубокое и чистое. Звали его Хрустальный ключ, потому как питал его подземный источник. Вода в озере была холодная, чистая, да не простая, а целебная. Стали к озеру люди ходить, а потом и деревенька отстроилась. Прижились люди. Однажды невесть откуда пришла в деревеньку молодка, да такая красивая, да статная, что кто ее ни видел, все диву давались. Глаза у ней были необыкновенные, темные словно омуты, в которых тайна была скрыта страшная. Иной раз так молодица глянет, словно молнией полохнет. Посмотрит, как приворожит. Кто в глаза ее заглянет, обо всем на свете забудет, за ней пойдет и все, что она не прикажет делать станет. Поселилась она в заброшенной развалюхе на краю деревни. Все парни деревенские к ней сватались, а она одно - отказ. А вскоре у мужика, чье хозяйство в деревне самым исправным было, жена померла. И не болела вроде, а сгорела в неделю. Овдовел мужик. Сам еще молодой да крепкий, и с тремя ребятишками остался. Пришла к нему молодка и говорит:
- Как же ты один с тремя малыми управишься? Тебе хозяйка нужна.
- Где ж мне хозяйку хорошую найти? Уж не ты ли ею будешь? - спросил мужик.
- А хоть и я, - ответила молодка.
Подивились в деревне. Всем парням отказала, а за вдового сама пошла, троих детей себе в обузу взяла. Только приказала молодка мужу подкову, что над порогом на счастье прибита была, убрать. Боюсь, говорит, на нее заглядеться, да споткнуться ненароком. Подивился мужик: никто на подкову доселе не заглядывался, эка невидаль, но у каждого свои причуды. Подкову оторвал да выбросил, и лишь тогда молодка порог дома его переступила.
Стали они жить-поживать. Мужик на красавицу жену не налюбуется,
да тут случилась беда. Пропал у него старшенький сынишка. Всей деревней искали, весь лес исходили, да так ни с чем и вернулись. Порешили, что его цыгане украли, потому как в лесу безродного старика нашли. Никто старого не знал, ничего о нем не ведал, - видно пришлый. Знать те, что с ним были, мальчонку-то и увели, а старик так тут и помер. Подивился народ, что старика, не схоронив, бросили, да что возьмешь с тех, кто детей ворует?
Погоревал мужик, да молодка его, как могла, утешила. Год прошел, пропадает у мужика средненький. Всем миром искали. Парнишки и следа нет. Да опять в лесу незнакомца нашли, старца, которого и в глаза никто никогда не видывал. По всему видно, из одной шайки с первым. Сильно мужик убивался, да ничего не поделаешь. Осталась в семье только одна девчоночка. Уж как ее мужик стерег, от себя ни на шаг не отпускал. Только не прошло и года, не уследил, и младшенькая пропала. Всю деревню на ноги поставили. Девочка как в воду канула. Зато теперь точно удостоверились: одна шайка промышляет, детей крадет, потому как неподалеку от деревни на берегу озера нашли старуху ссохшуюся. Никто из деревни старуху не знал, но что дело нечисто сразу поняли, потому как в руках старуха тряпичную куклу сжимала, с которой девочка никогда не расставалась. Совсем загоревал мужик, да только и сам после того недолго пожил. Вскорости его в лесу деревом задавило.
Осталась молодка одна. Красивая как и раньше. Время ей словно годков не прибавляет. И вдругорядь вышла она замуж за вдовца. У того двое детей было. Увела детей та же шайка, а потом мужика медведь задрал.
Так и повелось, кто вдовый оставался, за того молодка и шла, а вскорости и сама вдовой становилась. Побаиваться ее люди стали, сторониться. И пошли слухи, будто связана она с шайкой стариков, что детей воруют, а бывалые люди, больше того, говорили, что она ведьма. Да и как не говорить? Сколь времени не проходило, а она все свежа, да красива. Уж те, кто молодыми были, все состарились, а ей все нипочем. Мужики хоть на красоту ее необыкновенную и дивились, да старались подальше держаться, но не было от ее чар ни заговора, ни спасения.
Стал народ брать детей своих в охапку, да подаваться в иные края на житье. Начала деревня пустеть. Только старики, что на том месте прижились, и остались. Затосковала молодуха, даже вроде постарела немного, не так чтоб очень заметно, но морщинки кое-где появились, хотя красоты ее не испортили. Стала она все чаще в лесу пропадать. Не единожды возле сторожки лесника ее видели.
В ту пору умерла лесникова жена, и решил лесник на молодухе жениться. Как ни отговаривали его старики, что в деревне жить остались, как ни втолковывали, что на ведьме женится, а все ж он не отступился. Женился лесник на молодке, стала она мачехой его единственной дочурке. Первонаперво приказала она оторвать подкову железную, что над порогом прибита была. Не стал лесник перечить. Подкова - пустяк, главное - хорошая хозяйка в дом. Недели не прошло, подходит к нему дочка тайком, да слезно просит:
- Не уходи, тятя, в лес надолго, не оставляй меня с мачехой. Она мои годы забрать хочет.
- Что ты придумала? Как она годы твои забрать может? Каждому свои годы отпущены, - сказал лесник.
Однако запали ему душу слова ребенка. Притворился он будто на охоту с ночевкой собирается. Молодуха этому вроде даже обрадовалась. "С чего бы это?" - подумал лесник. Хоть и не верил он в ведьм, а на всякий случай взял подкову, что от порога оторвал, привязал ее на веревку, да на шею себе надел. Худа от этого не будет, а ведь не даром говорят, что ведьмы железа боятся. Отошел он в лес подальше, сделал крюк, вернулся к дому, спрятался и ждет, что будет.
В полночь мачеха падчерицу подняла и к озеру повела. Девочка идет, а сама будто во сне. Привела ее мачеха к озеру, поставила на пенек, зелье какое-то попить дала, и давай вокруг пня кружить да приговаривать:
Годы, бегите,
Годы, спешите,
Молодость, годы, ее отнимите.
Там отнимите,
Тут не прибавьте,
Годы, меня молодой вы оставьте.
Вот пролетают года как мгновения,
Молодость - миг,
Зрелость - виденье.
Все, словно быстрые кони, промчалось.
Жизнь пролетела, осталась лишь старость.
Годы, уйдите
И прочь улетите,
Годы, меня молодой сохраните.
При этом девочка, что на пеньке стояла словно одурманенная, начала расти не по дням и по часам, а по минутам. Вот уже она не ребенок, а подросток, вот уж взрослая девушка. А у ведьмы-молодухи если и были какие морщинки, все разгладились. Чем старше становилась девочка, тем бодрее и краше молодуха, словно силы и молодость от дочки лесниковой к ней переходили.
Подкова на груди у лесника раскалилась, обожгла его, и слетели с мужика колдовские чары. Так вот какой ценой она молодость свою покупает! Значит старики, которых в лесу находили, да в краже детей винили, сами теми детьми и были. За одну ночь они всю свою жизнь до старости проживали, да так и умирали, не успев пожить, а ведьма молодела всем на удивление. Снял лесник подкову, выскочил из засады, да и набросил веревку с подковой прямо ведьме на шею. Завизжала она, завертелась волчком, стала веревку с шеи рвать, а подкова знай жжет бесовку. Столкнул лесник ведьму прямо в озеро. Почернело озеро, вскипела в нем вода, вспенилась, а лесник не стал дожидаться, что дальше будет, подхватил свою дочь на руки, и бегом в сторожку.
Три дня и три ночи спала девушка, а как проснулась, ничего не помнит. Ни того, что еще три дня назад маленькой девочкой была, ни мачехи-ведьмы. Так и осталась она взрослой девушкой. Пожили они недолго в сторожке, а потом лесник собрал весь свой нехитрый скарб, да и подался с дочкой в другие края.
А озеро с тех пор словно подменили. Будто иссяк чистый родник, что его питал. Черной стала вода в озере, дно зловонной тиной покрылось. Заросло озеро ряской да осокой. Поселились в нем жабы, да пиявки, и превратилось оно в болото, которое и по сей день зовут Ведьминым".
ГЛАВА 2. ЖЕЛАНИЕ
На деревню опускалась ночь. В домах один за другим гасли огни. Все засыпало, только сверчки заступили на свою ночную вахту и завели долгую песню.
Петька и Даша упросили бабушку разрешить им спать на чердаке. Тут ребятам нравилось все: и приставная лестница, которая вела на чердак и то, что здесь не было электричества, и спать нужно было укладываться при свете фонарика.
Потолок на чердаке был покатый, деревянный, и не потолок вовсе, а крыша, только с изнанки. С перекладин свешивались гирлянды чеснока, лука и пучки целебных трав. Бабушка не признавала лекарств. У нее была своя природная аптечка. Она знала, какой траве какое время для сбора, и от какой хвори она помогает. Мебели на чердаке не было, если не считать пары сломанных стульев, старой прялки, да видавшего виды, старинного сундука. Сундук потемнел от времени, а кованые железом углы потускнели. Внутри сундук пах нафталином и стариной, крышка была оклеена пожелтевшими открытками, на которых встречались странные буквы. Даша таких никогда не видела. В сундуке бабушка хранила старую одежду: плюшевые пальто на ватине, широкие юбки с оборками, расшитые рюшами кофты. Однажды бабушка решила их проветрить. Это был один из самых интересных дней. Петька доставал вещи из сундука и спускал их вниз, Даша примеряла то одно, то другое, а бабушка развешивала вещи на веревке. Петька подшучивал:
- Театр приехал. Тут у тебя, бабуль, полная костюмерная.
Кровати на чердаке не было. Зато на полу возле оконца была брошена огромная охапка душистого сена. Вечером было приятно плюхнуться на сено и заснуть, вдыхая терпкий, свежий запах лета и деревни.
Набегавшись за день, ребята улеглись на свою необычную постель, и Петька погасил фонарик. Пряный запах трав смешивался с ароматом сена. Вечер был теплый, и окно на чердаке было широко распахнуто. Где-то на другом конце улицы забрехала собака, чтобы показать, что она исправно несет свою службу. Ей начала вторить другая, третья...
Засыпая, Петька подумал, что вечера в деревне какие-то особенные, с неповторимыми деревенскими звуками. Даже собаки, казалось, лаяли как-то по-своему.
Даша не спала. Она слушала перекличку собак, но, наконец, и они угомонились, закончив ночную перебранку. Мир окутала ночь. Даша натянула одеяло под самый нос и лежала, уставившись на окно. Время от времени глаза у нее слипались, но она тут же стряхивала с себя сон, вздыхала и только плотнее куталась в одеяло. Петька уже спал, как вдруг услышал у себя над ухом жаркий шепот:
- Петь, ты спишь?
- Чего тебе? - сквозь сон спросил Петька.
- Петь, давай окно закроем.
- Ты что, в такую жару?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34

загрузка...