ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Ты жалуешься, что твое дерево ни на что не пригодно. А между тем, в тени его ветвей можно найти убежище и отдохнуть, можно обойти его, восхищаясь его прочностью и красотой. Оно будет неколебимо возвышаться надо всем, пока на него не набросятся с топором.
Дерево не приносит тебе пользы только потому, что ты не хочешь использовать его по назначению, а стремишься превратить во что-то иное.
Другими словами, все в природе имеет свое место и назначение. Это в равной степени относится и к людям, хотя многие из них, похоже, не понимают этого, занимаясь всю жизнь неподходящей работой, живя в неподходящем доме, увязнув в неподходящей семейной жизни. Если же познаешь собственную Внутреннюю Природу и будешь уважать ее, то найдешь свое место в жизни — вместо того чтобы занимать чужое. То, чем питается один человек, для другого может оказаться ядом; то, что интересно одному и возвышает его, может послужить опасной ловушкой для другого. Рассмотрим для примера эпизод из жизни Чжуан-цзы:

Однажды, когда Чжуан-цзы сидел на берегу реки Пу, к нему подошли два человека, посланные принцем царства Чу, и предложили ему пост при дворе. Чжуан-цзы продолжал смотреть на текущую мимо воду, как будто не слышал их. Наконец он сказал:
— Правда ли, что у принца есть священная черепаха, которой больше двух тысяч лет и которую принц держит в ларце завернутой в шелк и парчу?
— Да, это правда, — ответили придворные.
— Как вы думаете, — спросил Чжуан-цзы, — если бы черепахе позволили выбирать самой, что она предпочла бы: жить свободно в речной грязи или лежать в шелковом саркофаге во дворце?
— Конечно, она предпочла бы жить в речной грязи, — ответили посланцы принца.
— Вот и я предпочитаю грязь, — сказал Чжуан-цзы. — Всего хорошего.
— Я тоже люблю грязь, — сказал Винни-Пух.
— Очень хорошо, но в данном случае...
— Что может быть лучше грязи в жаркий летний день? — продолжал Пух.
— Но дело в том, что...
— В ней так прохладно...
— В данном случае, Пух, нас интересует совсем не это.
— Не это? — переспросил он оскорбленным тоном.
— Есть гораздо более важные вещи...
— Откуда ты знаешь? — перебил он. — Ты когда-нибудь пробовал поваляться в грязи в жаркий летний день?
— Нет, разумеется, — сказал я. — Но...
— В жаркий летний день ничего не может быть лучше, — дундел Пух мечтательно, откинувшись на спинку стула и зажмурив глаза. — Где-нибудь у реки, весь облепленный грязью...
— Послушай наконец, Пух...
— Грязь — очень хорошая вещь, — подтвердил Пятачок, подойдя к письменному столу и задрав к нам нос. — Она придает коже очень красивый оттенок.
— Не могу сказать, чтобы мне нравилась грязь, — вступила в спор Сова, взгромоздившись на абажур настольной лампы. — Она прилепает к перьям. Что за удовольствие?
— Вот видите? — сказал я. — О вкусах не спорят. Именно это и является предметом нашей дискуссии.
— А я думал, что вы говорите о грязи, — сказал. Пятачок.
— И мне тоже так казалось, — сказал Пух.
— Ну ладно, — сказала Сова, — мне нужно возвращаться к работе над энциклопедией.
Теперь давайте обратимся ко второму куплету: «Ползет Сороконожка — я б ползать так не смог». Мудрый человек осознает границы своих возможностей и ведет себя соответственно. Нет ничего постыдного в том, что вы не ползаете, как сороконожка, в особенности если вы медведь. Если же вы будете упрямо стараться сделать то, на что ваш организм вовсе не рассчитан, последствия могут оказаться самыми плачевными. Сороконожки не сосут зимой свои сорок ножек, свернувшись калачиком в берлоге, а медведи не карабкаются по стебелькам цветов и былинкам. Люди же, считая себя куда как умнее всяких сороконожек и медведей, поступают порой самым опрометчивым образом и навлекают кучу неприятностей и на самих себя, и на окружающих.
Это совсем не значит, что мы не должны меняться, совершенствовать свои способности. Это лишь означает, что нужно четко осознавать, с чем имеешь дело. Если, скажем, вы признаете, что у вас слабо развита мускулатура, то поступите очень разумно, начав ее упражнять. Но если вы вместо этого попытаетесь вытащить чью-то машину из кювета, вряд ли это приведет к чему-нибудь хорошему.
И будь вы даже самым сильным человеком на свете, вы не столкнете с места груженый товарный вагон. Разница между умным и глупым в том, что первый осознает свою ограниченность, а второй — нет.
Трудно найти более яркий пример незнания своих возможностей, чем Тигра... — Что-что? — Ах, простите, Тигра говорит, что теперь он их знает. Давайте вспомним, как он осознал их, по крайней мере в одном случае. Гуляя как-то поутру по Лесу с Крошкой Ру, Тигра рассказывал ему о самых разных вещах, которые умеют делать Тигры.

— А летать они умеют? — спросил Ру.
— Тигры-то? — сказал Тигра. — Летать? Тоже спросил! Они знаешь как летают!
— О! — сказал Ру. — А они могут летать не хуже Совы?
— Еще бы! — сказал Тигра. — Только они не хотят.
Беседуя таким образом, они дошли до Шести Сосен.

— А я умею плавать, — сообщил Ру, — я один раз упал в Реку и плавал. А Тигры умеют плавать?
— Конечно, умеют. Тигры все умеют.
— А по деревьям они умеют лазить лучше, чем Пух? — спросил Ру, остановившись перед самой высокой из Шести Сосен и задрав голову.
— По деревьям они лазят лучше всех на свете, — сказал Тигра, — гораздо лучше всяких Пухов.
Сказано — сделано. Вы бы и глазом не успели моргнуть, как они уже были на верхушке сосны. И... застряли там.
Как раз в это время мимо проходили Пух с Пятачком. Пух, конечно, сразу понял, что случилось с Тигрой и Ру... Ну, может быть, и не совсем сразу...

— Это Ягуляр, — сказал он.
— А что Ягуляры делают? — спросил Пятачок, в глубине души надеясь, что сейчас они этого делать не будут.
— Они прячутся на ветвях деревьев и оттуда бросаются на вас, когда вы стоите под деревом, — сказал Пух. — Кристофер Робин мне все-все про них рассказывал.
— Тогда мы лучше не будем подходить к этому дереву, Пух, а то он еще бросится оттуда и ушибется.
— Они не ушибаются, — сказал Пух, — они здорово умеют бросаться.
Однако Пятачка это почему-то не утешило. Он все-таки чувствовал, что не стоит подходить к дереву, с которого, того гляди, кто-то бросится, хотя бы и очень умело, и он уже собирался побежать домой по какому-то очень срочному делу, когда Ягуляр подал голос.
— Помогите, помогите! — закричал он.
— Ягуляры — они всегда так, — сказал Пух, довольный, что может блеснуть своими познаниями. — Они кричат: «Помогите, помогите!», а когда вы посмотрите вверх — бросаются на вас.
Но в конце концов подоспели Кристофер Робин с Иа-Иа, и была организована Служба Спасения. Сначала вниз прыгнул Крошка Ру и был благополучно спасен, затем так же (или почти так же) успешно прыгнул Тигра и был так же (или почти так же) благополучно спасен:
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23