ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Аполлинер Гийом
Стихи 1911-1918 годов из посмертных сборников
Гийом Аполлинер
Стихи 1911-1918 гг. из посмертных сборников
МОНПАРНАС
О двери отеля с двумя деревцами
Зелеными в кадках
С двумя деревцами что никогда не цветут
Плоды мои где вы Где корни пустил я
О двери отеля перед которыми ангел маячит
Раздавая проспекты
Никогда о добродетели так горячо не радели
Прошу вас сдайте мне навсегда
Комнату сдающуюся на одну неделю
Бородатый ангел вы на самом деле
Просто лирический поэт
Желающий все узнать о Париже
И знаете вы о его мостовых
Что есть на них линии по которым ходить почти
преступленье
И мечтаете вы
Отправиться в Гарш и там провести воскресенье
Немного душно и ваши длинные волосы мягки
как вата
О маленький милый поэт чересчур белокурый
и чуть-чуть глуповатый
И глаза ваши словно два шара воздушных
плывущих куда-то
Два шара что в небе прозрачном летят
Наугад
Перевод М. Кудинова
ВОСПОМИНАНИЕ О ТАМОЖЕННИКЕ
Два вестника из рая
Птенец и херувим
Склоняются над ним
Хвалу провозглашая
Вращение земли
И тонет прожитое
Как паруса вдали
А боли под водою
Ты душа простая
Не причтен ли к ним
Сам птенец из рая
Божий херувим
Всегда рука в руке вдвоем они грустили
Цветы качаются как встарь на их могиле
Она красива не спорю
Только нельзя мне ее любить
Я должен остаться здесь
Где мертвым сплетают такие чудесные венчики
в жемчугах
Непременно тебе покажу
Девушка из Йеля
Покоряя мир
Через две недели
Отплывет в Каир
Трублю надрывно
Маяк шальной
Корабль мой дивный
Накрыт волной
Твои ноги в крови
Я увидел сплошные открытые раны
Когда мы заказали хинной
В баре "Маркизские Острова" на улице Гэтэ
Ясным зеленым утром
Взгляд сверлит над рябью
Горизонт пустой
Где зевают рыбьи
Стайки над водой
Трублю надрывно
Маяк шальной
Корабль мой дивный
Накрыт волной
Я помню ту любовь что голос твой разбила
Качались негры в такт Не наливай мне милый
Девушка из Йеля
Покоряя мир
Через две недели
Отплывет в Каир
Парижем ты бредишь оглохнувший от гама
У ветерка вуаль сиреневая Мама
Трублю надрывно
Маяк шальной
Корабль мой дивный
Накрыт волной
Не было ей в штате
Равных говорят
Но в парижском платье
Лучше ей сто крат
Трублю надрывно
Маяк шальной
Корабль мой дивный
Накрыт волной
Остались на скамье у площади Дофина
Два милых имени Клеманс и Жозефина
И две розовых ветви сплелись над его душой
Чудесное трио
Он улыбается кляче прудящей на Павэ-де-Гард
Управляет хором детей
Мадемуазель Мадлен
Ах! Мадемуазель Мадлен
Ах!
Или мне в округе
Не найти иной
Ласковой подруги
Без дружка одной
Трублю надрывно
Маяк шальной
Корабль мой дивный
Накрыт волной
Перевод Б. Дубина
69 666... 6 9...
6 и 9 взаимно-обратные цифры
В странную пару судьба их сплела
69
Две вещих змеи
Два червячка дождевых
Два загадочных наглых числа
63 и 3
9 3 3 и 3
Тройственность
Тройственность всюду
Но тут же и двойственность
Тоже подобная чуду
Ибо 6 это дважды 3
И опять-таки тройственность снова
Ибо 9 ведь это же трижды 3
69 загадка двойная тройная
Но здесь коренится какая-то мрачная тайна иная
В которую боязно мне заглянуть
Быть может за этим порогом как раз
начинается вечность
И оттуда курносая скалится
Скалится корчит отвратные рожи
И до дрожи меня пробирает тоска
И надо мной
Саван свой простирает она кружевной
В этот вечер
Перевод М. Ваксмахера
ПОСЛЕДНЯЯ ГЛАВА
Весь народ устремился на площадь в тот день
Пришли и негры и белые и желтолицые люди
Пришли рабочие с фабрик там трубы уже
не дымилась была забастовка
Пришли штукатуры в пропитанной известью
грязной одежде
Пришли мясники у которых ладони были
измазаны кровью
И хлебопеки чьи бледные лица обсыпаны были
мукой
Пришли приказчики бросив прилавки хозяев своих
Пришли суровые женщины дети которых сидели
у них на руках а другие цеплялись за юбки
своих матерей
Пришли и такие что были несчастны но дерзки
накрашены густо напудрены и завиты
Пришли калеки хромые безрукие глухонемые слепые
Пришли священники даже и несколько странных
изящно одетых мужчин
И город за пределами площади мертвым казался
и даже не вздрагивал он
Перевод М. Кудимова
KAPKACCOH
Проходит она
И сердца по пути собирает
Отдайте сердце
Любое сердце
Доброе злое
Несчастное сердце
О сколько сердец
Но увы никогда
Губ ее
Не коснетесь вы
Она
Кладет вас в корзинку
Увы
Там тоже недолго
Там тоже немного
До мая быть может
Останетесь вы
Перевод М. Кудинова
x x x
Тристану Дерему - воскресший
Милый друг я пишу вам в армейской столовой
Воет ветер а небо иссиня-лилово
И враждебно Ни строчки от вас целый год
Вы на смерть шлете ваших героев и вот
Я беря с них пример ездовой при расчете
Орудийном Здесь лучше служить чем в пехоте
Девяносто сто двадцать и семьдесят пять
Моих пушек калибр Кони дивная стать
Друг мой ваши стихи мне прислали сегодня
Как они хороши Ничего благородней
Я не знаю Я каждую строчку люблю
Их прочел весь расчет и мои пуалю
Прослезились Мы едем на фронт Что там дома
Напишите и не забывайте
Гийома
Перевод Э. Линецкой
В СЕКТОР НАШ ПЯТЬДЕСЯТ ДЕВЯТЫЙ
В сектор наш пятьдесят девятый
Книг пришел целый ворох
Ну а я книголюб завзятый
Все мне по сердцу сыщики воры
Но не нужно любовных романов
Я читать их не стану
Дайте стычки удары и раны
То что видим и здесь постоянно
О романы что так популярны
И к тому ж бесконечны
Тут пастушка и принц и коварный
Их разлучник и странные встречи
Бой с индейцами гангстер в засаде
И в момент преступленья
Смелый сыщик подкравшийся сзади
В дрожь бросает от этого чтенья
Эжен Сю и Гюго по соседству
Габорьо том Феваля
Список авторов памятный с детства
Их читать и тогда мне давали
Бедный штатский с душой книголюба
Почитающий пылко
Англосаксов (а пишут ведь грубо!)
Все же с книгами вышли посылку
Перевод М. Кудинова
ИЗ ПОСЛАНИЙ К ЛУ
VI
Дым над столовой сливается в воздухе
с наползающей темнотой
Нестройный гул голосов кровавые пятна вина
Я трубку посасываю мне хорошо с фронтовыми
друзьями
Они вместе со мной пойдут на поля сражений
Они будут спать под открытым небом под дождем
и под звездами
Они вместе со мной будут мотаться в седле
и возить в своих вьюках победу
Они будут вместе со мной выполнять приказы
начальства
Они будут как я чутко вслушиваться
в возвышенный голос фанфар
Они будут рядом со мной умирать или может
быть буду я умирать с ними рядом
Они будут вместе со мной изнывать от холода
и от жары
Потому что люди они те кто пьет сейчас вместе
со мной
Люди они и живут повинуясь людским законам
И смотрят на женщин если женщины встретятся
им на пути
С вожделением смотрят на женщин а я одержим
более пылкой любовью
Она целиком поглотила чувства и мысли мои
Она и семью и надежду и родину мне заменила
Мне солдату влюбленному солдату Франции милой
Перевод М. Ваксмахера
XII. ЕСЛИ Я ТАМ ПОГИБНУ...
Если я там погибну в бою у переднего края
Целый день ты проплачешь Лулу о моя дорогая
Быстро память моя улетучится дай только срок
И снаряд разорвавшийся там у переднего края
Тот красивый снаряд превратится в непрочный
цветок
В скором времени память моя растворится
в пространстве
Моей кровью она окровавит миры и моря
И долины и горы и звезды в предвечном убранстве
И окрашена кровью в распахнутом настежь
пространстве
Возмужает окрепшая полная силы заря
Всей потерянной памятью снова живущий вовеки
Я прильну к твоей нежной груди и смежу твои веки
Распущу твои волосы и зацелую уста
Ты со мной не состаришься ты обновишься навеки
Ты останешься вечно такой молода и чиста
Это кровь моя брызжет и заново мир украшает
Это солнце свершает свой круг запылав от нее
Крепче пахнут цветы и волна за волной поспешает
И любовь моя заново заново мир украшает
И счастливый любовник вторгается в тело твое
Если я и погибну Лулу обречен на забвенье
Вспоминай меня все же задумайся хоть
на мгновенье
О любви нашей юной о пламени наших ночей
Моя кровь превратилась в прозрачный и звонкий
ручей
Не горюй ни о чем хорошей не жалей о забвенье
О единственная в сумасшедшем бреду вдохновенья
30 января 1915
Ним
Перевод П. Антокольского
XXIV
(фрагмент)
Ним. 11 марта 1915
Не знаю любишь ты меня как прежде или нет
Протяжный стон трубы наполнил сумрак зыбкий
Смотрю на фотографию твою и мне в ответ
Ты улыбаешься немеркнущей улыбкой
Теперь я о тебе не знаю ничего
Жива ты или нет Какой мечтой объята
Тобой обещана была любовь солдату
Хранишь ли ты ее И помнишь ли его
О Лу моя печаль О Лу мое страданье
Как смутный рог вдали мне голос твой звучит
И звезды глаз твоих теряются в тумане
И все труднее мне их отыскать в ночи
Целую прядь волос твоей любви залог
Сокровище что мной так бережно хранится
Все дальше голос твой Все тише тише рог
И перевернута еще одна страница
Прощай о Лу прощай
Слезами взор мне застит
Тебя я не увижу
никогда
Между тобой и мной
раскинулось ненастье
И все же о былом хоть вспомни иногда
Часов
Удар
Три раза
Прорыдал
Перевод М. Кудинова
XXXII
(фрагмент)
Мурмелон-ле-Гран, 6 апр. 1915 г.
Воспоминания как эти пустыри
Где только вороны рассыпаны петитом
Могилою земля и сколько ни мудри
Аэроплан любви снижается подбитым
x x x
Но я не жалуюсь Я радуюсь судьбе
Наперекор всему наперекор тебе
И я верну еще верну беглянку Лу
Вцеплюсь как верный пес но с волчьею повадкой
Я лишь упорней стал Альпийскому орлу
Не впиться в голубя такой смертельной хваткой
x x x
Но рад что выехал и не вернусь назад
Хоть за четыре дня устал я от дороги
Я не в унынии я рад поверь я рад
И счастливо смеюсь рифмуя эти строки
x x x
По ржавой слякоти сползающей в кювет
Бредут окопники и взгляд их жжет и ранит
Нам нет возврата в сад и лавров больше нет
Влюбленного убьют любимая обманет
x x x
И погребет тоска бессмысленные дни
Под несмолкаемый сосновый гул плакучий
Дождусь ли глаз твоих единственной родни
И все ли кончено раз я тебе наскучил
x x x
Как много нас легло в пятнадцатом году
Живей живей живей В аду как на форпосте
Играй Бросок костей и судьбы на виду
Две артиллерии угрюмо мечут кости
x x x
Прощай любовь моя прощай моя беда
Ты вырвалась на волю
Недолгая любовь омыла синевою
И смерклось навсегда
Взгляд моря как и твой был теплым и зеленым
Стелили миндали
Нам под ноги цветы И снова зацвели
А я под Мурмелоном
Названье местности где пьяный от тоски
Я глохну в артобстреле
О Лу ты зла еще и смотрят как смотрели
Свинцовые зрачки?
x x x
Сержанты со смехом сражаются в шашки
Смазливая шельма склонила кровавую челку
крестясь на святую воду
Мой сосед мастерит из австрийской снарядной
трубки алюминиевое колечко
Две пехотных фуражки загорают на двух могилах
Ты носишь на шее мою цепочку а я на руке твою
В офицерской столовой стреляет шампанское
А за холмами немцы
Стонет раненый как Ариадна
Наши радости
Горькие их имена Ницца Рим и Париж Грасс
Соспель и Ментон и Монако и Ним
Заснеженный поезд довез до метельного Томска
вести с полей Шампани
Прощай моя Лу прощай
Прощай небеса седеют
Перевод А.
1 2

загрузка...