ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— А острова не вулканические?
— Только Юный остров. Остальные расположены в тропической зоне и вполне пригодны для обитания. Видишь ли… лицо, содержащееся под стражей, не должно покидать своей тюрьмы и устраивать беспорядки. А Чокин обязательно заварит кашу, если оставить его на материке. Нет, самым гуманным решением будет отправить его туда, где он никому больше не сможет причинить вреда.
— И кто тогда будет руководить Битрой?
— Его дети слишком молоды, это так, но у него есть дядя, который не намного старше Чокина. Я слышал, что Чокин и Вергерин играли на право наследования холда.
— Мой отец тоже об этом упоминал, когда впервые заговорили о низложении. Сказал, что должен был настоять на том, чтобы наследником стал Вергерин, невзирая на пожелания старого лорда Нератского. Ведь вы знаете, что сестра Франко — жена Чокина.
— Я и забыл. Вот забавно! — добавил Поулин. — Франко — совершенно иной человек, но — да, его мать была первой женой Брентона.
Они принялись обсуждать животрепещущую проблему наследования, когда вдруг распахнулись двери и вошла, согнувшись почти пополам, Тэа.
— Мама, что с тобой! — Галлиан бросился к ней. — Что случилось? Ты вся красная…
Она захлопнула дверь, отмахнулась от сына и упала в кресло, содрогаясь от хохота.
— Что тебя так развеселило?
— Ох, милый, твой папаша… — Она стерла с лица слезы — а с ними и красную краску. Она посмотрела на платок и стала яростно тереть щеки, все время смеясь. — Все получилось. Он уезжает в теплые края. Когда я ушла, он писал письмо к Ричуду. Сказала, что уже поднял вымпел срочного сообщения, но ведь письмо может отвезти и ваш всадник, Поулин, не так ли? Когда приедет за вами в Форт?
— Да, конечно… или даже лучше будет, если заберу письмо я сам. Отвезу его к Ричуду и попрошу тайно сотрудничать с нами, чтобы Джемсон не узнал, что творится за пределами острова, — облегченно усмехнулся Поулин.
— Чему ты смеешься, мама? И почему ты накрасила лицо? — спросил Галлиан.
— Ну. — Она взмахнула платочком, улыбаясь во весь рот. — Тего для себя де сделает, то сделает для своей прихвордувшей жеды, — снова прогнусавила она. — Итак, во-первых, я позвала твою сестру и велела привести Канелла — очень срочно. Я убедила его помочь мне, и именно он и предложил мне натереть лицо румянами. Мы пришли в комнату твоего отца, я стала охать и жаловаться на то, что, мол, за ночь все мои болячки обострились… И все время хлюпала носом… К счастью, у меня небольшой насморк, так что притворяться было нетрудно… Потом Канелл взял дело в свои руки — нет, этот человек умеет убеждать! Он был так встревожен моим участившимся пульсом и покрасневшим лицом, так волновался о состоянии моих легких и сердца! Между нами, Джемсон согласился увезти меня в Исту и сидеть там при мне, пока я окончательно не оправлюсь. Вот! — Она снова расцвела в улыбке, глядя то на одного, то на другого, страшно довольная собой.
— Мама! Ты — воплощенная хитрость!
— А как же, — покровительственно сказала она. Затем вдруг чихнула, к удивлению обоих мужчин. — О, небо!
— Гм, — с притворной суровостью произнес Галлиан, — вот что случается с врунами. Говорила, что больна — вот и заболела.
— Он послал кого-то и за тобой. Так что…
В дверь тихонько постучали. Галлиан немедленно подошел к ней и чуть приоткрыл, чтобы только выглянуть.
— Да, скажи лорду Джемсону, что я сейчас буду, — сказал он и снова затворил дверь.
— Я подожду с лордом Поулином, пока ты принесешь письмо, Галли, — сказала она, наливая себе вина. — Это поможет мне согреться перед холодом и, возможно, не даст вновь разыграться насморку… Еще рюмочку не хотите? Выпьем за мой актерский дебют, Поулин!
— Если бы вы устроили это представление пораньше.
— Да, было бы неплохо, — вздохнула она, — но я не ощущала такой чрезвычайной необходимости. Бедные люди. Кто займет место Чокина, когда вы его заберете? И что, кстати, с ним будет?
— Это еще предстоит решить.
— Мы как раз это обсуждали, мама, — сказал, возвращаясь в комнату, Галлиан. — Вергерин, его дядя по отцу.
— Но Вергерин проиграл свое право на наследование давным-давно, — сурово ответила Тэа.
— Вы тоже про это слышали? — спросил Поулин.
— Ну, вы же знаете эту семейку, — сказала Тэа. — Все время играют. На самые невообразимые ставки, на самые чудные вещи. Но на право наследования? — Лицо ее отразило отвращение.
— Возможно, Вергерин усвоил урок, — заметил Галлиан с некоторой снисходительностью.
— Возможно, — сказал Поулин. — Если он еще жив.
— О нет! — Тэа в ужасе поднесла руки к горлу.
— Если Конклав проголосует за низложение…
— Не «если», а «когда», Галлиан, — поправил Поулин.
— Хорошо, когда они проголосуют, то как они вытряхнут Чокина из Битра-холда? — спросил Галлиан.
— Думаю, надо все тщательно обговорить и спланировать, — сказал Поулин. — Однако иди к своему отцу, Галлиан. Не надо заставлять его ждать. Вдруг передумает?
— Только не тогда, когда дело касается здоровья матери, — ответил Галлиан и, усмехнувшись напоследок, вышел из комнаты.
— Поулин, вы мне обещаете, что шансы Галлиана на наследование не пострадают? — сказала Тэа, горячо сжимая его руку.
— Обещаю, Тэа, — сказал он, погладив ее по руке.
Четыре дня спустя, когда лорд Джемсон и леди Тэа в целости и сохранности были доставлены в Иста-холд, остальные лорды и леди, а также предводители Вейров собрались на чрезвычайное заседание в Телгар-холде и официально низложили лорда Чокина за пренебрежение своими обязанностями перед Бенден-Вейром, за жестокое и необоснованное наказание невинных холдеров (рисунки Иантайна были представлены в качестве свидетельства, как и на недавних судебных разбирательствах), за отказ ознакомить холдеров с Хартией, чтобы они знали свои права и обязанности (по этому поводу свидетельствовал Иссони), и за нарушение прав холдеров без должного на то основания.
Галлиан, когда пришел его черед, спокойно проголосовал за холд Плоскогорье.
— Итак, что нам делать теперь? — сказал Ташви, сцепив руки с видом человека, который только что принял трудное решение.
— Мы должны оповестить Чокина и сместить его, — ответил Поулин.
— А разве суда не будет? — испуганно спросил Галлиан.
— Да он только что был, — ответил Поулин. — Суд и приговор равных.
— Если для его устранения из холда вы собираетесь воспользоваться помощью всадников, это ни в какие ворота не лезет, — без обиняков сказал С'нан.
Все с отвращением, недоверием или изумлением повернулись к предводителю Вейра, поскольку заявление прозвучало глупее некуда.
— Но ведь низложение — вещь беспрецедентна С'нан, — сказал М'шалл. — Эта статья применяется впервые с тех пор, как двести пятьдесят с лишним назад была составлена Хартия.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87