ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Алекс отчитывал их, а они стояли, понуро потупившись, как вдруг Вэла словно пронзило электрическим током. Он вскинул голову… И увидел невесомую фею с огромными светло-серыми глазищами, которая смотрела прямо на них.
Он был готов петь от восторга и провалиться на месте от стыда одновременно. Фея с нескрываемым неодобрением обвела взглядом их с Остином чумазые физиономии, нечищеные ботинки и выбившиеся из штанов рубахи – а что еще ждать от мальчишек, двадцать минут назад вылезших из-под машины, где они изучали строение передней подвески нового «бентли», пока Алекс готовил для обновки место в гараже?
– Привет, дорогой, – пропела фея. – Ты скоро освободишься?
Она подошла и в подкрепление приветствия поцеловала Алекса в губы.
Остин приободрился – он и не чаял так скоро избавиться от нотаций старшего брата. А сердце Вэла пронзила острая стрелка боли. Фея принадлежит другому, взрослому, сильному, богатому… У того дом и крутая тачка, а что может предложить фее он, Вэл? Покататься на своем старом велосипеде? Или дать посмотреть папку со своими рисунками вместо кино или какого-нибудь модного концерта? И он спрятал на дне души зародившуюся страсть.
С тех пор многое изменилось… и многие изменились. Алекс и Джинджер успели пожениться и развестись. Остин уехал в Сиэтл и там встретил женщину своей мечты. Сам Вэл получил образование в Вашингтоне, затем вернулся в родной город, нашел достойную работу и добился определенного успеха, хотя решительно все недоумевали по поводу того, почему он не остался в столице.
Он познал любовь и разочарование, но выразительные глаза красавицы-гордячки не шли из памяти. Я должен выбросить из головы все эти пустые мечтания, говорил он себе. Вэл уже прошел собеседование в одной серьезной вашингтонской конторе, но письмо Остина смешало все карты. Друг детства вскользь упоминал, что брак его брата трещит по швам и вот-вот развалится, а это означало, что конкурента больше нет. Джинджер почти свободна.
Оставался пустяк – прийти и завоевать сердце красавицы. Вэл собрал чемодан, примчался…
И наткнулся на надменный взгляд избалованной женщины, защищавшейся от боли подлинных эмоций светскими условностями.
Это было два года назад. Все это время Вэл наблюдал, как Джинджер ссорилась, мирилась, расходилась и вновь сходилась с Алексом, и всегда был рядом, чтобы помочь, утешить, поддержать. Наконец свершилось – после долгих душевных мук и сомнений супруги развелись, и у Вэла появилась надежда. Но Джин не замечала никого вокруг, оплакивая свое разбившееся семейное счастье.
Ему оставалось только одно – быть рядом, надеясь, что теплота надежного плеча растопит лед в ее сердце и фея обратит на него взгляд своих прозрачных глаз с любовью.
2
Место, где растет тростник… Гид, который просвещал в самолете шумную группу туристов, сказал, что именно так переводится название Акапулько с языка науатль.
Тростник, должно быть, давно повырубили, когда создавали из этого благословенного уголка планеты туристический рай, и теперь здесь росли башни отелей и мачты яхт. Росли так естественно и органично, словно вымахали сами по себе из того тростника.
Огромное, ошеломляющее, восхитительное чувство восторга подхватило, закружило и опрокинуло Джинджер. Она давно не испытывала ничего подобного и даже не сразу вспомнила, как это называется. Кажется, счастье.
Глядя во все глаза на спокойные волны залива Акапулько, она понимала, что люди так и не сумели придумать слово, которое могло бы описать этот изумительный, глубокий цвет, заполоняющий сознание при одном взгляде на море. О нем нельзя сказать «синий», «голубой» или «зеленый». Только «цвет морской волны» что означает «приезжайте и увидите сами, какое оно».
Приезжайте и смотрите, как белоснежные яхты скользят по волне над прозрачной бездной, как вздымаются изумрудные громады гор Сьерра Мадре, отгораживая восхитительный залив вместе с прилепившимся к нему городом от остального мира. Как длиннохвостые попугаи резвятся в зарослях и пристают к туристам, выпрашивая лакомства, а голенастые фламинго танцуют друг для друга, сгибая колени и распушая розовые перья. Как уходит в бесконечность длинный серп золотых пляжей, присыпанных ярким конфетти шезлонгов, зонтиков от солнца и пестрой одежды, скинутой купальщиками…
Джинджер и Вэл остановились в двух соседних номерах на десятом этаже белоснежного отеля, балконы которого были разделены фигурными решетками. Теперь они блаженствовали в плетеных креслах балкона по разные стороны решетки, любуясь потрясающей панорамой, открывающейся сверху, потягивая сок из запотевших бокалов и лениво переговариваясь, Она вытянула свои точеные ножки с красиво очерченными коленями и устроила аккуратные ступни между перекладинами перил. Джинджер трудно было чем-то удивить. Пресыщенная возможностями обеспеченного мужа, она посещала гораздо более звездные отели и привыкла летать первым классом. То, что предложил ей Вэл, безусловно, произвело бы неизгладимое впечатление на девушку из небогатой семьи. А Джин сначала морщила носик, сталкиваясь с низковатым для себя уровнем сервиса.
Почему номер не люкс? Почему телевизор в нем не самой последней модели? Почему в полете предлагали более бедное меню, чем обычно? Где подарочная бутылка шампанского от администрации отеля?
Но странное дело – Джинджер совсем не хотелось скулить и скандалить по этому поводу.
Если бы они приехали сюда с Алексом и ей не понравился цвет обоев или кислая улыбка горничной, Джин непременно потребовала бы найти что-то более достойное. Но рядом с Вэлом ее неожиданно поглотила дивная атмосфера умиротворения и радости.
И отель на самом берегу… Вэл хотел порадовать ее удивительным видом на море и тем, что пляж прямо под балконом. Ему это удалось.
Джинджер не хотела думать даже о том, что в зоне у самой воды шумно по ночам от гуляющих туристов и здесь не очень-то выспишься.
Она ощущала вокруг себя не стены номера и присутствие обслуживающего персонала, а близость моря, солнца и бездну воздуха. И еще – спокойствие оттого, что рядом – друг, с которым не надо поддерживать светскую беседу и можно даже на минуту забыть о его существовании, но в то же время испытывать прекрасное неодиночество.
Тем временем Вэл призывал на помощь все свое воспитание и чувство такта, чтобы найти в себе силы и отвести жадный взгляд от великолепных ног Джинджер. И какой злодей изобрел женские шорты, коротенькие, как трусики, которые оставляют открытыми волнующие бедра и подвергают выдержку мужчины столь тяжкому испытанию!
О, эти ноги, сияющие легким загаром, безупречной формы, горячие, зовущие… Изящные лодыжки, покрытые едва заметным золотистым пушком, выгоревшим на солнце… Длинные тонкие пальцы с аккуратными розовыми ноготками…
Вэл отвел глаза и помотал головой, борясь с охватившим его вожделением.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40