ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Работать стало некому. Вот он, результат сражения, после которого Алутейн захватил город. Рамапитеки — послушные, мирные существа с необыкновенно чувствительной и хрупкой структурой первобытного сознания. К тому же многие из них имели торквесы — вот они, привыкнув к их поддержке, и не выдержали психокинетических ударов. Те, кто выжил, бежали, у остальных появились сильнейшие душевные расстройства. А без них все здесь замерло. Видишь, какая разруха. Даже урожай на нолях не собран, да и без полива большая часть посевов погибла от засухи. Это беда не только Каламоска, но и моего родного погибшего Барделаска, даже в Гории среди обезьян были волнения. Его величество король, естественно, тут же приказал, чтобы в столицу были доставлены новые партии рамапитеков. Теперь в Каламоске должна быть разработана новая программа.
— Представляю, как горевала местная аристократия, лишившись таких покорных слуг.
— Знаешь, я заметил, что многие люди тоже испытывают острую потребность пойти к кому-нибудь в услужение… Я уж не говорю о тех, кто лишен торквесов.
— Что ж, те, кто по робости или благоразумию не стремится слиться с толпой, а предпочитает первобытную, но свободную жизнь, всегда ищут хозяина. А кто поумнее или обладают ценными профессиональными навыками, тот отправляется искать счастье в Горию, надеясь получить золотой торквес.
Очал засмеялся.
— Что-то их оказалось слишком много. Даже более крупные города не смогли переварить такого наплыва ваших умников. Так что королю Эйкену-Луганну пришлось в чем-то поступиться принципами. Помнится, он заявил, что каждый, кто доберется до города и потребует гражданства, получит его.
— Он всегда умел держать нос по ветру.
— Слава великой Тане, что врожденный прагматизм помог ему принять решение, призванное сохранить порядок в королевстве. Кажется, мы прибыли.
Караван прошествовал через внешний двор центральной крепостной башни и въехал в крепость. Небольшая площадь была заполнена народом — здесь были люди, награжденные торквесами разного ранга, и тану, как в гражданских одеждах, так и в светящихся стеклянных доспехах. Шум, крики, смех царили в городе. Казалось, его жители либо не ведали о том, что творится в окрестностях, либо ничего не хотели знать. Подоспевшие слуги помогли рыцарям Очала слезть с халиков; куда меньшее внимание досталось Бэзилу и прибывшим с ним Бастардам. Видимо, их приняли за сопровождающих господ мелких людишек. Королевские гвардейцы — все как на подбор с золотыми торквесами — стояли в сторонке, бдительно посматривали на прибывший отряд. Их карабины, доставленные из Галактического Содружества, были в полной боеготовности.
— Большая честь — сам лорд-правитель вышел приветствовать вашу ораву,
— тихо сказал Бэзилу Очал.
Вскоре появился величественный тану, принадлежащий к Гильдии Творцов, в короткой тунике и парадных аквамариновых доспехах. Уимборн почтительно поклонился.
Правитель с достоинством кивнул в ответ.
— Партол Скороход, — назвал он себя. Потом он со связкой серых торквесов спустился к построившимся Бастардам и раздал пожалованные им знаки отличия. Люди были ошеломлены подобными подарками, ведь все вновь прибывшие совсем не обладали метапсихическими способностями.
— Примите мои поздравления, — продолжал Партол. — Король очень серьезно относится к предстоящей встрече.
— Мы тоже, — подтвердил Бэзил. — М ир , — сказал он своим друзьям.
— Главное — с ох ра ни ть ми р .
— Не желаете ли сначала привести себя в порядок? — предложил Партол.
— Темница старого Селадейра — далеко не курорт.
Бэзил сдержанно рассмеялся.
— Вы очень предупредительны, лорд Партол, — вежливо произнес он.
— Следуйте за мной, вас ждет приятный сюрприз.
И правитель повел гостей. Люди едва поспевали за более чем двухметровым тану, каждый шаг которого равнялся примерно трем шагам человека. По пути Партол показывал Бастардам заслуживающие внимания усовершенствования, которые были произведены в крепости под руководством его предшественника Алутейна. Он провел Бэзила и его спутников через крепостные укрепления и внутренний двор крепости, потом они вошли во дворец и по белой мраморной лестнице поднялись в главную крепостную башню.
— Значит, это вы… были одним из товарищей Алутейна во время последней битвы? — тихо спросил Бэзил.
— Имеете в виду, что я приятель закоренелого преступника, — сдавленно засмеялся Партол. — И будете совершенно правы. Старик Тагдал приказал бросить меня за убийство в Великую Реторту. Во время королевской охоты в Сумрачных горах я обезглавил свою тещу Ковентон Петрифактрис. Никто не поверил, что я ошибся и спутал ее с фирвулагом. До сих пор не могу понять
— почему?
Они прошли несколько мраморных лестниц и оказались во внутренних покоях дворца. Тусклый дрожащий свет факелов, вставленных в литые серебряные держатели, освещал коридоры, пол которых был выложен розовыми и черными плитками. Потом путь пошел под уклон, и на лицах Бэзила и его товарищей появилась тревога.
— На этот раз, — улыбнулся Партол, — не в тюрьму.
Наконец они приблизились к огромной двери из черного дерева, инкрустированной серебром. По обеим сторонам стояли амазонки, изящные, как статуэтки, в серебряных, тускло отсвечивающих доспехах. Приветствуя их взмахом руки, правитель молча приказал открыть дверь, и вся группа вошла внутрь.
Переступив порог, люди, изумленные открывшейся перед ними невиданной роскошью, начали перешептываться и подталкивать друг друга локтями. Кто-то присвистнул от удивления.
За дверью находился огромный зал, как бы составленный из анфилад. Каждая комната завершалась сводчатым потолком и отделялась от соседней рядом колонн. Внутреннее убранство напоминало одновременно роскошные турецкие бани и знаменитые публичные дома конца XIX века. В боковых частях были устроены занавешенные альковы, с хрустальных светильников капала вода. Посреди комнаты располагалась парильня, окруженная колоннадой. Всюду сверкала позолота, глаз ласкала яшмовая облицовка краев бассейна. На редких стенных переборках были выложены мозаичные картины, смутившие Бэзила своим содержанием.
— Восхитительно, не правда ли, — заметил Партол. — Ваш несчастный соотечественник Салливан Танн, на короткое время захвативший Каламоск, приказал украсить такими сюжетами банный зал. Посоветовавшись, мы решили сохранить их. Все-таки вы, люди, довольно бесхитростная раса. Если, конечно, картины точно представляют взаимоотношения полов на вашей прежней Земле.
Бэзил, негромко покашливая, прочистил горло.
— Большинство мозаик, — наконец произнес он, — несколько оторваны от реальности. Выполнены, так сказать, с уклоном в мифологию.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171