ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

— Нельзя ли узнать о ней побольше?
140
— Да, я забыл. Всякий, кто живет на краю мира, знает Седну. Ее еще называют Нулиад-жук, или Трапезное Блюдо. Седна заботится о морских обитателях, которые дают нам жизнь, стол, кров, тепло. От людских грехов она заболевает, и тогда некому позаботиться об океане. А если погибнет океан, то умрет вся земля и умрут люди. Ваш народ сейчас голодает и будет голодать до тех пор, пока Ахк-Лут не убедится, что голод выкосил большую часть ваших людей.
— А что же этот Торнгарсоак? — спросил Кевин. — Почему он не поможет Седне, ведь он, кажется, ее друг?
— Он охотник и скитается по земле, — ответил Мартин. — А охотники иногда уходят от порога родного дома на долгие месяцы. Торнгарсоак может и не знать о бедах Седны.
— Да, грехи… — неожиданно вставил Пегас. — Миссионерское понятие. Что вы понимаете под словом «грехи»?
Мартин ненадолго задумался, а потом, чуть шевеля губами, еле слышно произнес:
— Например, аборты.
— Вы знаете, что такое аборты? — удивился Пегас. — Эскимосы практикуют аборты?
— Вы не понимаете, — стал объяснять старик. — Аборт — это такой же тяжкий грех, как убийство плоти или души. Седна страдает от убийства каждого кита или тюленя, даже рыбьей икринки. Каждый такой грех прилипает к ее волосам в виде мерзкой слизи и вызывает неисчислимые страдания. Лишь ангакок, придя к Седне и расчесав ей волосы, может унять боль. Вы же знаете, что сама она не может этого сделать.
— Но ведь это устроили новые люди? — не унимался Пегас. — Кажется, вы вернули эскимосов к исконному образу жизни? Не от пришельцев ли страдает эта странная женщина?
— И да, и нет, — горько ответил старец. — Седна выздоравливала, но затем заболевала снова. Наши дети… Им невозможно было объяснить. Как они могли поступить так? У нас до сих пор нет ответа. Мы молились Ворону, мы заботились о Седне, но клика Ахк-Лута испортила все дело. Из-за их черной магии мы теперь вообще не можем добраться до Седны. Тогда мы оставили их в покое. А некоторые из нас даже думают, что каббалисты все делают правильно.
— Что — правильно?! — вспылил Орсон. — Правильно, что каббалисты морозят Землю?!
— Возможно, они хотят покончить с грехопадением, заставив вас принять наш образ жизни. Мы не можем им помешать. Каббалисты слишком могущественны, а главное, у них есть талисман, который упал с неба. Хуже всего то, что Ахк-Лут затребовал к себе Снежную Лебедь. Он думает, что, женившись на сестре, он породит детей, чья кровь будет близка к крови Ворона, что дети, когда вырастут, смогут править миром. Я отказался. Тогда Ахк-Лут натравил своих молодцев на моих воинов. Его люди использовали ружья белых людей, а я к этому не был готов. Из-за моей глупости банда Ахк-Лута перебила всех моих воинов. Макс Сэндс подался вперед.
— Но чем мы-то можем вам помочь?
— Мы уже посылали наших верных воинов во владения Силумкадчлука, но никто оттуда не вернулся. Вы молоды и сильны, а Ахк-Лут не ожидает встретить в мире духов белых людей. Возможно, вы добьетесь успеха там, где нас преследуют одни неудачи. Необходимо позаботиться о Седне, но мы больше не можем добраться до нее с помощью нашего сознания. Более того, Ахк-Лут держит в неволе самого Ворона, и мы обязаны найти способ освободить его из заточения, — глаза Мартина заблестели ярким огнем, он с трудом подбирал слова. — Мы с вами — два племени. Одно племя должно наблюдать за каббалиста-ми, а другое — позаботиться о Седне и вылечить ее, пока голод не выкосил всех белых людей и половину моего народа. Что вы выбираете?
— Что значит позаботиться о Седне? — поинтересовался Пегас.
— Надо найти ее в глубинах океана, а для этого придется пройти через царство грез. Успокойте Седну и вычешите всех паразитов, грязь и слизь с ее волос. Если она способна говорить, надо узнать, почему она больна.
— Куда заманчивее бороться с каббалистами, — заметил Макс Сэндс. — Должны же мы как-то развлечься.
— Развлечься? — с горечью переспросила Эвиана. — Убийство людей, каким бы оно ни было, вы называете развлечением?
Макс открыл было рот для ответа, но тут вспомнил игру «Сланцевая шахта», вспомнил, как вела себя эта маленькая женщина. Эвиана была настоящим игроком, и к ее словам стоило прислушаться.
— Мы многого не знаем, — вступил в дискуссию Пегас. — Мы усвоили лишь то, что нас ждет нелегкая жизнь.
— К сожалению, это так, — подтвердил Полярная Лиса. — Прежде чем схватиться с каббалистами, я предлагаю выведать у Седны все, что она знает об этой секте и что ей известно о Вороне.
Макс покачал головой.
— Но почему нельзя выследить Ахк-Лута? Он вывел бы нас прямиком к Ворону. В конце концов, у нас есть оружие. Как, Мартин, насчет прицельной стрельбы в потустороннем мире?
— Голосуем! — ожил Боулз. — Кто за то, чтобы отправиться к Седне?
Руки подняли Пегас и еще пять игроков. Орсон долго колебался, но в конце концов присоединился к шестерке, став, таким образом, седьмым.
— Кто за то, чтобы броситься в погоню за Ахк-Лутом?
Первыми подняли руки Макс и Эвиана, затем Шарлей и еще трое. Боулз и Трианна воздержались.
Значит, игрокам предстоял визит к Седне в морскую пучину.
Игроки и эскимосы ожили. Невесть откуда появились традиционные эскимосские инструменты: флейты из моржовой кости, немыслимые ударные и трещетки, вырезанные из бивней мамонтов и, конечно же, бубен. Вся эта музыка сопровождалась дружным эскимосским улюлюканьем.
— Вы, — Мартин тыкал пальцем в каждого игрока в отдельности. — Вы, кто молод и здоров, должны идти и исправить великую несправедливость.
— А что случилось с вашими людьми? — поинтересовался Макс.
Мартин опустил глаза.
— Они перешли владения Силумкадчлука, где небо соединяется с морем. Дальше некоторые отправились к Седне, а другие — на поиски Ахк-Лута. Но самый могущественный из ангакоков забрал силу наших талисманов, и мои воины не возвратились назад.
Кевин фыркнул и достал карманный суперкомпьютер.
— Это не предвещает ничего хорошего, — выдал он, посоветовавшись с умной машиной.
— Но вы могущественнее, — уверенно произнес Мартин. — Возможно, там ангакоки станут вашими друзьями.
Эвиана оглядела своих товарищей. Толстые, мягкотелы, рыхлые… Кроме, может быть, Робина Боулза, человека, который спас их в терпящем бедствие Сан-Франциско. В глазах игроков царило воодушевление. Но справятся ли они с неведомыми воинами, осененными самим сатаной?
От костра остались лишь холодные угольки. Один за другим старые инуиты пустились в пляс вокруг кострища. Чадили сальные свечи. На стенах иглу в такт ударам бубна резвились крупные расплывчатые тени танцующих эскимосов.
Старый-престарый дед обошел кострище на четвереньках, видимо, символизируя охотника на тюленей, крадущегося за добычей.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72