ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


– Он не послал бы тебя ко мне, Барт, ко мне, единственной на всей планете, если бы не хотел, чтобы я это знала. Он с прошлых времен знает мой характер и что движет мной так же, как им, сделав его человеком без корней и крыши. Я тоже из Мунго Тауна – хотя когда пришла Тень, меня там не было.
Она многим меня удивила, но это было сильней всего. За всю жизнь я не встретил ни одного, кроме нас, человека из этого проклятого места.
– Тень убила всех, – лицо ее стало таким же мрачным и заострившимся, каким бывает у отца, хотя у этой женщины круглые щеки и подбородок. – Выжил лишь ты один… Почему?..
– Не один, – поправил я. – Еще мой отец.
Она покачала головой.
– В ту ночь он был в путешествии. Вернулся и увидел тебя. Ты лежал в кровати, не плакал, как будто спал с открытыми глазами. Так происходило повсюду. Всегда выживал ребенок – иногда более взрослый, но к нему никогда не возвращается память. Расскажи, что ты можешь вспомнить – самое первое твое воспоминание!
Требование было резким. Такого даже отец никогда не делал – может, не хотел или не смел.
Я всегда знал, что в тот момент, когда пришла смерть, его в городе не было.
Что я помню? Если бы она не застала меня врасплох, я не стал бы автоматически выполнять ее приказ. Но тут постарался углубиться в прошлое. Я слышал, как мужчины и женщины хвастают, что помнят то или другое из того времени, когда ползали на четвереньках или их носили на руках. Но что помню я?
Я закрыл глаза: воспоминания приходят ко мне так, словно я смотрю фильм или просматриваю свою внутреннюю ленту записей. Что же я вижу?
Над головой жаркое солнце. Я чувствую его. Земля покачивается вверх и вниз, потому что я сижу на широкой спине животного. Животное мирно бредет, временами срывая ветку с кустов по обе стороны, если куст достаточно высок, чтобы не наклонять голову. Руками я вцепился в густую шерсть гара и смотрю на его рога. Животное вьючное, оно впряжено в упряжку рядом с другим, которое тоже время от времени своими мягкими подвижными губами хватает лист или ветку.
Передо мной ярмо – такое, с каким я впоследствии часто управлялся. И вот я еду под солнцем, и хоть оно жжет мне плечи и голову, мне холодно и я дрожу. И мне страшно. Но как ни стараюсь, не могу вспомнить, что меня испугало. Сознание словно отшатывается от этого воспоминания.
Рядом с гаром появляется человек, такой высокий, что даже сравнение с большим животным не делает его меньше или слабее. Он снимает меня со спины гара, словно понимает, какой страх гложет меня. Прижимает к себе, так что я могу положить голову ему на плечо и прижаться лицом. И я отчаянно цепляюсь за него.
Я усиленно стараюсь вспомнить, проникнуть в прошлое, но это – мое первое воспоминание. Мне пять лет, и это моя первая поездка. А за этим – пустота.
Я даже не сознавал, что вслух описываю возникшую в сознании картину, пока не услышал, что у женщины рядом со мной перехватило дыхание.
– Ничего раньше этого? Ничего … о ней?
Неужели я снова дрожу? Я не знал. Неожиданно по другую сторону рядом со мной оказался кто-то, мне в руку вложили кубок, и я поднял его, словно отражая удар.
– Пей, – произнес негромкий голос, и я почувствовал то особое состояние спокойствия, которое могут внушить только целительницы.
Я поднес кубок к губам и отпил, но вначале через край посмотрел на ту, что принесла его. Это была девушка в зеленом платье, та самая, что словно в мечтах сидела у огня и единственная, как мне показалось, во всем зале меня не заметила. Но сейчас она внимательно смотрела, как я пью. Я сделал глоток.
Сладкий напиток или вяжущий? Не похож на обычные настойки домашнего приготовления. Я почувствовал вкус созревших на солнце ягод, осенних фруктов и острой свежести родниковой воды. Все это было смешано так искусно, что трудно уловить определенный вкус. Теплый он или холодный? Холод, который ледяной коркой начал обволакивать меня изнутри, растаял. Я не забыл о нем, просто он отодвинулся в глубину, словно касается кого-то другого, а не меня. А важен именно я, живой, здесь и сейчас.
– Ты целительница, – неловко высказал я очевидную истину.
– Меня зовут Илло. – Она произнесла это единственное имя, не добавив ни имени клана, ни названия дома. Некоторые целительницы действительно не признают ни крыши, ни жилища. Они переходят от места к месту, помогают тем, кто нуждается в их помощи. По-своему они тоже странствующие, но гораздо теснее связаны с другими людьми, чем мы. Они заботятся о незнакомых людях, а мы стараемся держаться обособленно и не обращаемся к помощи, даже когда в ней нуждаемся.
– Ее тоже коснулась тень, – сказала моя родственница. – Ты слышал о Роще Вура?
Странствующие знают все сказания о Тени.
– Но ты тогда была маленькой девочкой? – обратился я непосредственно к целительнице.
– Сначала выпей, – попросила она и не отвечала, пока я не выпил весь напиток и не перевернул кубок вверх дном, как делают на пирах, чтобы показать уважение к произнесенному тосту.
– Да, – сказала она тогда и протянула руку к пустому кубку. – Я была в Роще Вура, первом поселении на севере. Его основал Хелман Вур, именем которого названа наша планета. Возможно даже, я его кровная родственница. – Она пожала плечами. – Кто знает? Я не помню – ничего не могу вспомнить. Меня коснулась Тень.
Глава 2
Если я и вздрогнул, то только внутренне, потому что цепко держался за то внутреннее спокойствие, с которым по примеру отца старался относиться ко всем проблемам этого мира. И со смелостью, которой гордился, спросил:
– А что такое прикосновение Тени? Из всех людей планеты целительница должна знать это лучше других.
Она задумалась. Не потому, как мне кажется, что взвешивала, можно ли давать незнакомцу правдивый ответ, а потому, что подбирала слова, чтобы объяснить то, что объяснять очень трудно. Потом в свою очередь спросила:
– А что такое Тень?
Впрочем, кажется, ответа от меня она не ждала, потому что тут же добавила:
– Пока мы не узнаем это, пока не сможем мы открыть дверь здесь. – Она указала пальцем на свой широкий открытый лоб: как у большинства целительниц, волосы у нее были убраны назад и туго сплетены. – Ведь здесь объяснение этого проклятия.
По сравнению с леди владения она кажется худой, хотя и высокой. Тело крепкое, как путевой посох странствующего, и в нем нет ничего от зрелости женщины, предназначенной рожать детей. Кожа почти такая же загорелая и потемневшая от непогоды, как у меня, а черты лица острые, и их угловатость подчеркивается худобой щек. Тем не менее в ней чувствуются спокойствие и властность, которые сопутствуют ее дару, так что по-своему она не уступает приютившей ее хозяйке: я не сомневался, что она не из этого владения.
Девушка снова прямо посмотрела на меня.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44