ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Большинство из них – о смерти. Во Франции правит террор. Торговцы говорят, что заключенных тысячи и многие кончают свою жизнь на гильотине, а некоторых вешают и даже сжигают. Рассказывают о Комитете общественной безопасности. Папа говорит, что из-за него в Париже стало небезопасно. Если кто-нибудь упоминает имя Робеспьера, все замолкают и вообще перестают разговаривать. И хотя я страстно хочу вернуться во Францию, я начинаю думать, что тот дом, который я знала, исчез навсегда.
Папа много работает. Он открыл магазин и продает другим поселенцам разные товары. Мы с мамой завели огород, где выращиваем овощи. Мухи нас изводят. У нас нет слуг, и приходится все делать сам им. Мне иногда кажется, что наша жизнь здесь – приключение, но мама быстро устает, потому что ждет ребенка. Я думаю об этом младенце и о том времени, когда у меня будут собственные дети. По вечерам мы шьем для ребенка, хотя на покупку свечей у нас совсем мало денег. Папа делает колыбель. Мы никогда не говорим о маленькой шкатулке, спрятанной под полом в кухне".
Уитни отложила листок:
– Интересно, сколько лет ей было?
– Пятнадцать. – Дуг коснулся другой бумаги, запечатанной в пластик. – Есть свидетельство о ее рождении, брачное свидетельство родителей. – Он передал бумаги Уитни. – И свидетельства о смерти. Она умерла в шестнадцать лет. – Дуг передал Уитни последнюю страницу. – А вот и конец истории.
"Моему сыну, – начала Уитни и посмотрела на Дуга. – Ты спишь в колыбельке, которую я для тебя сделал, на тебе надета голубая рубашечка, которую сшили твоя мать и сестра. Они ушли – твоя мать, подарив тебе жизнь, а твоя сестра от лихорадки, которая была такой скоротечной, что мы не успели даже пригласить врача. Я нашел дневник твоей сестры. Читая его, я плакал. Когда ты станешь старше, этот дневник станет твоим. Я выполнил свой долг перед своей страной, своей королевой, своей семьей. Я спас твою мать и сестру от террора, но оказалось, только для того, чтобы потерять в этом чужом краю.
У меня больше нет сил писать. Сестры-монахини позаботятся о тебе лучше, чем удалось бы мне. Я могу завещать тебе только обломки, оставшиеся от нашей семьи, – слова твоей сестры, любовь твоей матери. И еще – ответственность перед нашей королевой, которую я взял на себя. Письмо с инструкциями останется у сестер, они передадут тебе этот пакет, когда ты станешь взрослым. Ты мой наследник, и твой долг выполнить обещание, данное мною королеве. Мои надежды будут похоронены вместе со мной, но я верю, что, когда ты вырастешь, ты станешь бороться за наше дело. Ты придешь сюда, где лежу я, и найдешь Мари. Я молюсь о том, чтобы ты до конца выполнил свой долг, как это сделал я".
– Он покончил с собой. – Уитни со вздохом опустила письмо. – Он потерял свой дом, свою семью и свое сердце. – Они стояли у нее перед глазами – французские аристократы, которых ураган революции согнал со своих мест и забросил в эту далекую страну, где они умирали в тщетных попытках приспособиться к новой жизни. Среди них и Жеральд, в сердце которого до последнего мгновения жила клятва, данная королеве. – Что случилось потом?
– Насколько я смог понять, ребенка отдали в монастырь. – Дуг пролистал страницы. – Он был усыновлен и эмигрировал со своей новой семьей в Англию. Такое впечатление, что о бумагах просто забыли, и они лежали до тех пор, пока их не раскопала леди Смит-Райт.
– А шкатулка королевы?
– Похоронена, – сказал Дуг, – глядя куда-то вдаль. – На кладбище в Диего-Суаресе. И нам нужно ее найти.
– А потом?
– Потом мы будем богаты.
Уитни посмотрела на листки, лежавшие у нее на коленях. Здесь были разбитые судьбы, мечты, надежды и преданность.
– И это все?
– А разве недостаточно?
– Этот человек дал клятву своей королеве.
– Она мертва, – подчеркнул Дуг. – Во Франции теперь республика. Я не думаю, что кто-нибудь нас поймет, если мы решим использовать сокровища для восстановления монархии.
Уитни хотела что-то возразить, поспорить, но почувствовала себя слишком уставшей. Вдобавок, чтобы все это переварить, оценить по собственным меркам то, что она узнала, нужно было время. И самое главное – они еще ничего не нашли. Дуг говорил, что главное – победить. Когда он победит, она поговорите ним на темы морали.
– Ты уверен, что мы сможем найти кладбище, проникнуть туда и откопать сокровища королевы?
– Совершенно уверен. – Дуг смущенно улыбнулся, заставив ее поверить в свою искренность.
– Может, их уже нашли.
– Нет-нет. – Он покачал головой. – В дневнике упоминается одна из драгоценностей – рубиновое кольцо. В библиотечной книге ему посвящена целая глава. Это кольцо передавалось в королевской семье из поколения в поколение, пока не исчезло во время революции. Если бы эта или другая вещь всплыла, нелегально или еще как-то, я бы об этом слышал. Все там, Уитни. И ждет нас.
– Возможно.
– К черту «возможно»! У меня в руках бумаги.
– У нас в руках бумаги, – поправила Уитни, прислонившись к дереву. – Теперь нужно найти кладбище, которое было здесь двести лет назад. – Она закрыла глаза и мгновенно заснула.
Уитни разбудило чувство голода, такое сильное, какого она никогда не испытывала. Со стоном она открыла глаза и увидела сидевшего рядом у дерева Дуга.
– Доброе утро. Она облизнула губы:
– Я так хочу есть, что могу убить за рогалик.
– А я бы съел мексиканский омлет. – Он закрыл глаза, пытаясь себе его представить. – Золотистого цвета, с перцем и луком.
Омлет заполнил воображение Уитни, но желудок ее остался пустым.
– У нас есть всего один покоричневевший банан.
– В джунглях не умирают от голода. – Потерев лицо ладонями. Дуг сел. Солнце уже давно взошло, и его горячие лучи рассеяли утренний туман. Лес был полон звуков, движений и запахов. Дуг посмотрел на верхушки деревьев, где пели невидимые птицы. – Тут полно фруктов. Я не знаю, вкусно ли мясо лемуров, но…
– Нет!
Усмехнувшись, он встал:
– Я только хотел спросить. А что ты думаешь о легкой пище? Например, о свежем фруктовом салате.
– Звучит восхитительно. – Уитни встала, и ламба соскользнула с ее плеча. Она отчетливо помнила, что вечером ламбы на ней не было, значит, Дуг укрывал ее ночью. После всего, что произошло, он продолжал ее удивлять. Уитни поправила ламбу таким жестом, как будто это была шаль из элегантнейшего Шелка.
– Ты добудешь фрукты, а я – кокосовые орехи. Уитни протянула руку вверх:
– Не знаю, что это, но похоже на недоразвитые манго.
– Хватай их.
Уитни сорвала три плода и, рассмотрев их, скривилась:
– Я за них не дала бы и одного плохонького яблока, даже ради разнообразия.
– Пригласил ее на завтрак, а она недовольна.
– Мне хочется что-нибудь получше, – начала Уитни, но, повернувшись, увидела, что Дуг уже на полпути к верхушке пальмы.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93