ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

В общем, я отправил этого парня в долгий путь, хотя
и ему удалось оставить неплохую отметину на моей шее. Однако все могло быть
гораздо хужа, например, окажись моим соперником Хильд с Мицара, - он кивнул
на истыкавное двухметровымии иглами существо, мирно дремавшее в углу на
соломе. - У этих дикообразов на вооружении атомные пращи. А это - локальный
ядерный взрыв радиусом в несколько десятков метров.
- Но ведь... - начал говорить Маркус.
Хэм скривился.
- Ты забываешь, что арена занимает площадь в десять квадратных миль. К
тому же, она окружена тройной цепью силовых куполов. Сразу после поединка
площадка дезактивируется. Они ничем не рискуют, уж поверь мне.
...Так постепенно, кроха за крохой, я узнавал, что ждет меня впереди.
Особого страха я не испытывал, гибель на поле брани меня не волновала, ибо
я по-прежнему жаждал жизни. Единственное, что меня не устраивало, так это
мое вынужденное заточение.
Все свое свободное время я посвящал мыслям о побеге. Но в одиночку
осуществить это было практически невозможно. Сходиться же с кем-нибудь
ближе, я не решался, помня, чем это может кончиться. Потому я держался
особняком. Хэм и Маркус сначала недоумевали, а потом махнули на меня рукой.
Как мне жилось в те унылые дни, понять не сложно: еше совсем недавно
купаться в роскоши и, вдруг в один миг все потеряв, оказаться на самом дне.
Тоска властвовала над моим телом и разумом, радость же приносила лишь
заживающая рана. Меня терзала бессонница, меня мучили мысли, не давая покоя
ни днем, ни ночью. Что-то происходило со мной, но не мог понять что? Я
проклинал Смерть за исковерканную мою жизнь, и в тоже время все меньше и
меньше испытывал к ней чувство ненависти. Перед моим взором часто возникал
зрительный образ Ее. Я гнал его прочь, но он все настойчивей заявлял о
себе. И внезапно я осознал, что никогда за свою долгую жизнь не встречал
женщины более утонченной, более привлекательной, чем Она.
Я с гневом отбросил эту мысль. Абсурд! Нелепица! Смерть не может быть
привлекательной. Если так рассуждать - значит возжелать смерти. Что ж,
хитрый ход, но и на этот раз провести меня не удасться.
- Я ненавижу тебя! - твердили мои губы.
- Я не хочу видеть тебя! - трепетал разум.
- Ты прекрасна!!! - кричало подсознание.
Я чувствовал, как раздваивается мое естество, рассыпается в прах нечто,
звавшееся когда-то Сайрисом Глендоном.
И тогда явилась она. Или, быть может, мне это только приснилось?
- Не делай этого, Глендон, - задрожал воздух возле моих ушей. - Ты должен
умереть. Я обязана совершить это. Забудь мой облик, забудь о нашей встрече,
помни лишь о цели.
- Я НЕ МОГУ, НЕ МОГУ, НЕ МОГУ ЭТО СДЕЛАТЬ!
- Глупец. Но теперь ты сам сделал выбор. Реальность изменилась, и с этой
минуты уже не от тебя зависит жизнь твоя. Берегись, ибо последний час твой
стал намного ближе.
Я рассмеялся.
- Я не боюсь смерти!
И в тот же миг меня затрясло, боль вцепилась в плечо и начала терзать
его, разрывая на куски. Я вскрикнул и открыл глаза. Надо мной склонился
Маркус.
- Ну ты и спишь, - улыбнулся он. - Сном праведника. Вставай, Делоран
собирает всех.
Я с трудом поднялся с охапки соломы, служившей мне ложем, и поплелся
вслед за лейтенантом к выходу из барака.
Делоран стоял посреди поляны, окруженный десятком головорезов,
вооруженных бластерами. Перед ним в немом ожидании застыла разношерстная
толпа гладиаторов. Мы отыскали Хэма и остановились рядом.
- Похоже, завтра нас ждут неприятности, - успел прошептать он, прежде чем
Делоран заговорил.
- Сегодня вам выдадут оружие без боезапаса. Проверьте его, почистите,
завтра оно вам пригодится. А пока я зачитаю список, кто с кем будет в
паре...
Он подцепил на свой мясистый нос очки и монотонно зубубнил.
Хэм нервно переминался с ноги на ногу, рассыпая проклятия, Маркус, закрыв
глаза, шептал молитву. А я размышлял над последними словами, сказанными
Смертью.
Что означала ее фраза об изменении реальности? Неужели моя глупая
восхищенность перед всеми смазливыми женщинами изменила мою судьбу? Нет, не
перед всеми. Только перед Ней. О, боже, но тогда завтра меня ждет
неминуемая гибель. Проклятье, Она добилась своего!..
- Одвинталь, Земля - Маркус, Земля.
Три человека одновременно вздрогнули. Делоран продолжал монотонно
бубнить. Хэм угрюмо посморел на лейтенанта.
- Что же, парень, я вынужден буду тебя завтра убить.
- Это мы еще посмотрим, - недобро сверкнул глазами Маркус.
- Она, ЭТО ОНА! - закричал я, хотя не вымолвил ни слова.
Я сам того не желая, все же сблизился с ними, и теперь Смерть заберет их.
Но ведь... Я застонал. Мерзавец! Какой же я мерзавец! Я должен был давно
умереть, еще в Нью-Йорке, еще там в особняке на Вертсайд-стрит. Но я не
желал этого, скрывая под маской бесстрашия свою подлость, свое безмерное
себялюбие...
- Глевдон, Земля - Хильд, Мицар.
Вот и все. Хрономет против атомной пращи... Я дождался своего часа. Ты
победила. Смерть.
И в тот же миг я понял, что ошибаюсь. Человек создан для жизни, ибо весь
мир существует ради этого. Я не мерзавец, я такой же как все - живое
существо из крови н плоти, мечтающее о свежем глотке воздуха, о здоровой
пище, об утолении плотских желаний. Это не я погубил своих друзей и
близких, это она - Смерть. И все потому, что ею прежде всего движет
обыкновенный страх. Страх порожденный энергией моей души. Ты подлая,
Смерть, и я ненавижу тебя. Слышишь?!
Сжавшись в комок, я забился в узкую расщелину н менял батарею на
хрономете. Где-то над головой парил телеглаз, следя за каждым моим
движением и передавая изображение на экраны видексов. Тысячи бездельников
Вилгурии сейчас следили за ходом поединка, делая ставки на смерть.
Торгуя жизнью гладиаторов, Делоран зарабатывал огромные деньги. Сколько
же несправедливости в этом мире! Невероятно, но он все еще существует, хотя
давно должен был рассыпаться на атомы от горя и ненависти, страданий и
крови существ, порожденных им.
Я вставил батарею в гнездо и задвинул ее до упора. Оставаться и дальше в
расщелине было опасно. Мицарец в любой момент мог обнаружить мое
местопребывание, я же из-за ограниченности обзора этого сделать не мог.
Я осторожно выглянул наружу. Нагромождение скал, тянувшееся с запада на
восток, неподалеку обрывалось. Дальше шли холмы, а за ними - лес. Через него
проходили один за другим все три силовых барьера.
Перекинув через шею хрономет, я выбрался из расщелины и соскочил на
каменистый откос, полого спускавшийся на дно ущелья. Но этот путь я отверг,
понимая, что там я буду виден, как на ладони. Надо было выбираться наверх.
По крайней мере, радиус обзора там был намного шире.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18