ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

.. Стар Антим! - воскликнул он.
- Привет, солдат... Сержант.
- Я... - он покраснел, как мальчишка, и онемел. Проглотив слюну,
поднял руку, чтобы сорвать фуражку, но ее не было. - Я смотрел
выступление, - наконец выдавил он, чувствуя себя неловко. Было темно, но
он хорошо видел, что ботинки почищены плохо.
Она передвинулась к свету и была так прекрасна, что он на мгновение
закрыл глаза.
- Как вас зовут? - спросила она.
- Маузер. Пит Маузер, - ответил он.
- Понравился концерт?
- Нет, - с нажимом сказал он, не глядя на нее.
- Вот как?
- То есть... мне понравились некоторые моменты. Песня.
- Понимаю.
- Можно мне получить запись?
- Наверное, - ответила она. - Какой у вас аппарат?
- Аудиовид.
- Значит, диск. Мы записали несколько. Подождите, я принесу вам один.
Она медленно вошла внутрь; Пит завороженно следил за ней. Она была
коронованной особой, окруженной нимбом, а также оправленной в раму
картиной - живой и золотистой. Он ждал, жадно следя за ней. Она
возвращалась с большим конвертом, сказала "спокойной ночи" кому-то внутри
и вышла на платформу.
- Пожалуйста, Пит Маузер.
- Большое спасибо, - выдавил он и облизал губы. - Это очень мило с
вашей стороны.
- Не совсем. Чем больше их будет в обороте, тем лучше, - она вдруг
засмеялась. - Не нужно понимать это буквально. В последнее время меня не
волнует слава.
- Не знаю, была бы она у вас, пройди это выступление в прежние
времена.
- Гм-м, - она улыбнулась, подняв брови, - кажется, я произвела
небывалое впечатление.
- Простите, - сказал он. - Я не должен был так вести себя. Все, о чем
я сейчас думаю и что говорю, слишком преувеличено.
- Я знаю, что вы хотите сказать. - Она огляделась. - Как здесь
живется?
- Неплохо. Обычно меня раздражала необходимость соблюдения тайны и
эта удаленность от цивилизации. - Он с горечью засмеялся. - Однако
оказалось, что я сделал удачный выбор.
- Это звучит как первая глава книги "Мир единый или никакой".
- Какого списка чтения вы придерживаетесь? Официального? - Он
внимательно смотрел на нее.
- Ничего подобного. - Она рассмеялась. - Все не так плохо. Эта книга
никогда не была в списке. Она просто...
- Немодна, - закончил он.
- Верно, - согласилась девушка. - Если бы люди обратили на нее
внимание в сороковых годах, возможно, не случилось бы того, что произошло.
Он проследил ее взгляд до слабо дрожащего неба.
- Надолго вы сюда?
- Пока... Я не собираюсь уезжать.
- Что?!
- Моя дорога подошла к концу, - просто сказала она. - Я была везде,
где можно, во всех местах, о которых мы знаем.
- С этой программой?
Она утвердительно кивнула, потом добавила:
- С этой особой миссией.
Он задумчиво молчал. Женщина повернулась к двери, а он вытянул руку,
но не коснулся ее.
- Пожалуйста... - начал он.
- Что именно?
- Я бы хотел... Если вы, конечно, не против... не часто удается
поговорить с... вы не против прогуляться перед сном?
- Нет, сержант, спасибо. Я устала. Мы еще встретимся.
Он удивленно взглянул на нее, и вдруг в его мозгу словно вспыхнул
свет.
- Я знаю, где это находится. Это рычаг с красной ручкой и надписью на
бумажке "по приказу главнокомандующего". Все тщательно замаскировано.
Она молчала так долго, что он решил, что она не слушала его.
- Я согласна на прогулку, - сказала она наконец.
Они прошли вдвоем вдоль платформы, потом свернули к темному строевому
плацу.
- Откуда вы знаете? - тихо спросила она.
- Это нетрудно. Вся эта ваша миссия... факт, что вы ездили по всей
стране. И прежде всего что кто-то считает необходимым убедить нас не
наносить ответного удара. На кого ты работаешь? - прямо спросил он.
Она рассмеялась, и это его удивило.
- Для чего все это? - уточнил он.
- Минуту назад ты краснел и у тебя заплетался язык.
- Тогда я говорил не с человеком, - оправдывался он. - Я говорил с
тысячей песен, которые прослушал, и со ста тысячами золотоволосых
изображений. Лучше скажи, что все это значит.
- Поднимемся наверх и поговорим с полковником. - Она остановилась.
- Нет, - ответил он, беря ее под руку. - Я обычный сержант, а он
высший офицер. Впрочем, теперь это не имеет никакого значения. Ты человек,
я - тоже и должен уважать твои права. Но я не сделаю этого. Лучше расскажи
об этом мне.
- Ну хорошо, - она согласилась с усталостью, вызвавшей в нем
внутренний страх. - Кажется, ты действительно нашел. В районах стартовых
площадок есть главные кнопки для запуска. Мы обнаружили и демонтировали
все, кроме двух. Очень вероятно, что одна испарилась во время взрыва.
Вторая - исчезла.
- Исчезла?
- Не мне говорить тебе о сохранении строгой тайны. Ты знаешь, как это
развивалось между отдельными странами. Точно так же было между штатами и
федеральными властями, между министерствами и организациями. Только три
или четыре человека знали, где размещены все кнопки. Трое из этих людей
находились в Пентагоне, когда его взорвали. Третий взрыв, если помнишь.
Если имелся еще четвертый человек, им мог быть только сенатор Ванеркук, а
он умер три недели назад, не сказав ни слова.
- Наверное, автоматический радиоключ?
- Верно. Сержант, нам обязательно все время ходить? Я так устала...
- Прошу прощения, - машинально сказал он. Они перешли на другую
сторону, на место, с котором проходил смотр войск, и сели на пустых
скамьях. - Повсюду стартовые площадки, замаскированные и заряженные?
- Заряжена большая их часть. Внутри находится устройство для
измерения времени, которое разрядит их примерно через год, но до тех пор
они остаются заряженными и нацеленными.
- Нацеленными на что?
- Неважно.
- Понимаю. Сколько их примерно?
- Около шестисот сорока. До сих пор выпущено по крайней мере пятьсот
тридцать ракет. Точно мы не знаем.
- Кто это мы? - с яростью спросил он.
- Кто? - Она засмеялась. - Можно сказать, правительство. Если умирает
президент, власть переходит к вице-президенту, потом к государственному
секретарю и так далее. Насколько далеко можно в этом зайти? Пит Маузер,
неужели ты еще не понял, что произошло?
- Не понимаю, о чем ты.
- Как по-твоему, сколько людей осталось в живых в этой стране?
- Не знаю. Полагаю, несколько миллионов.
- А сколько их здесь?
- Около девятисот.
- Насколько я знаю, это крупнейший из еще существующих городов.
Он вскочил на ноги.
- Нет! - выкрикнул он, и слово это пронзило насквозь темноту,
заплутало между покинутыми домами и вернулось к нему серией низких звуков,
отражающихся эхом:
1 2 3 4 5 6 7 8