ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Да! Все будет именно так! Лентралл одним глотком допил суп и поднялся на ноги. По-прежнему завернутый в плед, он направился к себе в кабинет, расположенный в дальнем конце дома. Да, комета Грега! Вот что они запомнят, а вовсе не дурацкий и унизительный сегодняшний случай.
И наилучшим способом стереть воспоминания об этом дне из памяти является работа. Он немедленно должен приступить к дальнейшей работе над проектом. Кейлор был прав, обратив его внимание на множество оставшихся недоработок. Он займется ими сейчас же. Не откладывая ни на секунду, он вызовет из памяти компьютера соответствующие файлы и примется за дело.
Давло никогда не задавался вопросом, где именно находятся его компьютерные файлы. Он никогда не задумывался, в каком именно месте пространства они хранятся. Они просто были – в гигантской паутине, в которую были сплетены все компьютерные и коммуникационные терминалы города и все планетарные аванпосты человеческой цивилизации. Он мог вызвать их, находясь в любом месте, откуда угодно и когда угодно.
Этот вопрос действительно никогда не занимал его. Точно так же, как он не обращал внимания на воздух, которым дышал, или на роботов, подававших ему суп.
Лентралл уселся за пульт своего домашнего коммуникатора и вызвал файлы, содержавшие всю информацию, связанную с кометой Грега. Точнее сказать, он попытался их вызвать.
Потому что внезапно оказалось, что воздух исчез и ему стало нечем дышать.
Полет над Большим заливом прошел словно по шелку. Аэрокар оставил грозу позади, и теперь она бушевала вдоль далекой береговой линии. В этом не было ничего удивительного. Специалисты в области климата объяснили Крэшу, что это обычное явление: сырой, влажный воздух освобождается от влаги, когда встречается с сухим и теплым воздухом над сушей. Отчасти это было связано и с рельефом поверхности. Чем выше над горными хребтами поднимались воздушные массы, тем ниже падало их атмосферное давление и тем меньше влаги они могли удерживать. Воздух освобождался от лишней воды, и таким образом шел дождь. Эксперты называли это «эффектом теневого дождя».
Но если этот эффект работал над сушей, то мог сработать и на наветренной стороне острова. Особенно такого замечательного, большого острова, как Чистилище, над которым дули в основном южные ветры.
Аэрокар под управлением Оберона подлетел к острову с северо-запада, пролетел над пиком вздымавшейся в его центре горы и стал снижаться, оказавшись в центре такой же грозы, от которой они совсем недавно улетели.
Машина прошла сквозь тучи и тут же была захвачена неистовыми порывами штормового ветра. Крэш снова вцепился в подлокотники, поскольку аэрокар опять начало швырять из стороны в сторону. За иллюминаторами бесновались молнии, то и дело озаряя внутренности машины и рваные грозовые тучи ослепительными вспышками. Пушечными залпами грохотали удары грома. Внезапно Крэш испытал желание пройти в кабину пилота, взять управление в свои руки и немедленно взлететь обратно в небо.
Подавив этот приступ беспричинного страха, Крэш откинулся на спинку кресла и заставил себя расслабиться. Все будет хорошо. Оберон – отличный пилот. Правитель еще раз выглянул в иллюминатор, на струи дождя, преодолевавшие огромное расстояние в своем падении с небес. Помимо своей воли на память ему пришла другая гроза, бушевавшая над Чистилищем пять лет назад. Гроза, вызванная к жизни антициклоном, причиной которого, в свою очередь, стало мощное силовое поле, созданное Центром преобразования климата. Гроза, бушевавшая в ту ночь, когда был убит губернатор Хэнто Грег. Сегодня погода была такой же ненастной, но по крайней мере не приходилось ожидать нового несчастья.
Крэш горько улыбнулся самому себе. Откуда ему знать, чего ждать, а чего – нет! Разве, черт побери, ему известно расписание, в соответствии с которым случаются несчастья? Они приходят когда им вздумается и не утруждают себя спросить разрешения у него, Альвара Крэша.
Внезапно аэрокар сотряс удар сильнее прежних, и он остановился. Крэш удивленно моргнул, выглянул в иллюминатор, и только теперь до него дошло, что они уже приземлились.
Открылась дверь пилотской кабины, и в главный салон вышел Оберон.
– Мы прилетели, сэр, – сказал он своим низким голосом, который даже мог показаться мрачным. – Как видите, погода крайне неблагоприятная. Поскольку мы находимся на открытой посадочной площадке, может быть, вы захотите переждать ненастье, прежде чем выходить?
Крэш козырьком приложил руку к глазам, чтобы ему не мешало внутреннее освещение в аэрокаре, посмотрел в иллюминатор и увидел вход в Центр преобразования климата.
– До двери не больше сотни метров, – сказал он, – какого черта мне ждать!
– Как вам угодно, сэр. Если вы полагаете разумным выходить наружу в такой ливень…
Чертова железная нянька! Крэш с трудом подавил в себе приступ раздражения. Если он будет дожидаться, пока очистится небо, следующим предложением Оберона будет как следует перекусить и выспаться, прежде чем предпринять полное опасностей тридцатисекундное путешествие по взлетно-посадочной площадке. Сейчас дорога каждая секунда, а Крэш опасался, что они и без того потеряли уйму времени.
– Да, я полагаю, что это разумно, – проворчал он. – Более того, эта мысль кажется мне блестящей. – Правитель расстегнул ремни безопасности, взял с соседнего кресла непромокаемую накидку, которую бросил туда перед началом полета. Она до сих пор была влажной от дождя. Он накинул ее на плечи, поправил и посмотрел на Оберона. – А ты, если тебе угодно, можешь оставаться здесь до тех пор, пока не сочтешь идею покинуть аэрокар разумной.
Разумеется, Оберон не стал отвечать на это замечание. Повернувшись спиной к роботу, Крэш взялся за рукоятку на двери и повернул ее. Дверь распахнулась, и Правитель шагнул в бушующую стихию.
Ветер с силой швырнул ему в лицо ледяные струи дождя. Крэш прикрыл глаза ладонью, прищурился и, обойдя машину, направился в сторону входа в Центр. Порывы ветра терзали его накидку, то прижимая ее к спине, то пытаясь забросить ему на голову. Крэш шел, наполовину согнувшись и подавшись вперед, словно пробиваясь сквозь невидимую преграду и сражаясь одновременно с двумя противниками – ветром и ливнем.
Вход в Центр закрывали двойные стеклянные двери. Добравшись до них, Крэш вцепился в их ручки, но тут же сообразил, что так ничего не получится. Без соблюдения необходимых формальностей попасть внутрь было невозможно – формальностей, утвержденных им лично.
– Идентификация по голосу! – рявкнул он, пытаясь перекричать завывания ветра.
– Автоматическая система распознавания голоса готова, – раздался безликий механический голос ниоткуда.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108