ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Но и этого Зеннону показалось мало. Было введено дублирование документооборота, усилена охрана управления и самого следователя. Теперь швейцарская полиция готова нанести сокрушительный удар по российской мафии, которая, по ее мнению, начала завоевывать даже Швейцарию, этот очаг миролюбия и патриархальности.
Едва Запад оправился от «коммунистической угрозы», как на горизонте замаячила русская братва, известная своей вспыльчивостью и нетерпеливостью. Чуть-что не так – в ход идут пистолеты, автоматы, гранаты и гранатометы. Со стороны русских, у которых все не слава Богу, надвинулась криминальная угроза. Несмотря на то, что посольства США и западноевропейских стран с каждым годом ужесточают условия эмиграции россиян, брава продолжает рваться к загнивающему капитализму.
Воодушевленная всем этим американская пресса, желая хоть как-то просветить своих сограждан в тонкостях русской мафии, принялась публиковать очерки об ее «отцах», комментарии специалистов из числа бывших и даже импровизированные словари современной блатной фени. Последние должны были представлять лексический запас русского гангстера. Словарик современной фени, напечатанный в «Нью-Йорк ньюсдей», насчитывал всего десяток слов, которые сопровождались английской транскрипцией и толкованием. Вот некоторые из них:
Шпана (shpan-ah), блатной (blat-noj), стукач (stew-koch), руководство (rok-o-vod-steh-voh), безысходность (bеz-еskhod-nost), «играть на человека» (e-grat-nah chil-o-vek. Имеется в виду карточная игра).
Превратное представление о российском уголовном мире, не правда ли?
«Мужики»
Это самая многочисленная лагерная прослойка. «Мужиками» живут в зоне и тюрьме как случайные люди («бытовики»), так и преступникипрофессионалы, не примкнувшие ни на воле, ни за решеткой к какой-либо преступной группировке.
«Мужики» тянут срок, вкалывая до седьмого пота, но при случае не упустят возможности обхитрить начальство с его невыполнимым планом и бригадира с его приписками («туфтой»).
Еще совсем недавно зоны с промпроизводством выдавали «на-гора» всевозможную продукцию в неимоверных количествах: от детских пластмассовых игрушек до телевизоров. Игрушки быстро ломались, телевизоры не показывали, на «лесных командировках» после зеков оставались многие гектары двухметровых пеньков. Однако результат был, была и прибыль. Ибо любые потери перекрывались сверхнормой.
Мой знакомый С. рассказывал, как пытался выполнить норму: накрутить нужное количество матрасных пружин. Без перекуров и обеденного перерыва, на суперскоростях накручивал С. проклятые пружины; уже скомандовали съем с работы; в последнюю секунду, подгоняемый матюками прапорщика С. все-таки последний виток накрутил – и выспорил пачку чая.
В нерабочее время «мужик» живет обычной жизнью каторжанина: отоваривается в ларьке, ремонтирует износившуюся обувь и одежду, ходит в баню. Развлекается: играет в карты, если есть на что; в нарды, в домино и в шахматы. Большинство потребляет чифир: по кругу, по два глоточка, в компании кентов-земляков. «Мужик» не сотрудничает с начальством, не участвует в разборках блатных. Однако есть и среди «мужицкого сословия» личности, влияние которых на дела зоны весьма и весьма велико, а слово имеет «блатной» вес.
Но по зоновской жизни, «мужик» – пахарь. Это, если так можно выразиться, фундамент зоны. Гегемон, одним словом…
Блатная «надстройка»
Это не всегда и не везде многочисленная, но обязательно самая влиятельная «группа граждан» в тюрьме и в зоне, состоящая обычно из профессионалов преступного мира и просто «романтиков с большой дороги», принявших «бродяжью» (ничего общего с бомжами!) веру как единственно возможный способ существования.
На вершине «блатного мира» – «воры в законе», представляющие собой закрытый от постороннего взгляда «орден» с многочисленными тайнами и ритуалами. Вор в законе чаще всего и не крадет ничего, а лишь дергает нити и нажимает кнопки и рычаги блатного, преступного мира.
Ситуация: в зоне нет вора: «смотрящий» по той или иной причине отпускает вожжи; уменьшается пайка; растет трудовая норма, беспредельничает низовой «блат-коллектив». «Мужики» ропщут: скорей бы вор такой-то приехал. Наконец дождались: вор прибыл этапом, вошел в зону. Начинается наведение порядка: повар брошен в котел с кипятком (выжил, сучара!), держатель общака, разбазаривший святые деньги, «сломился» в ШИЗО или в ПКТ; буграм (бригадирам) строго указано; «смотрящий» получил по ушам (снят с должности, лишен прав), «козлы» в страхе; «мужикам» – некоторое облегчение, по справедливости. В общем, небольшое наведение порядка. Не всегда так бывает, но в идеале – должно быть. Ибо, по понятиям, главные обязанности вора в законе или «смотрящего» в зоне – забота о стабильном, бесконфликтном и относительно сытом существовании зеков, недопущение превращения «нормальной» зоны в «красную» – с административным и «козлячьим» беспределом. Иногда «авторитетные блатные» месяцами чалятся в ШИЗО, в ПКТ, едут с добавочным сроком в «крытую» ради воровских идеалов и тюремно-лагерных догматов.
Все, кто вступает в конфликтные отношения с администрацией на основе «понятий», называются «отрицаловкой». Унизительно носить на робе бирку с фамилией (ныне отменены) – конфликт; отказываешься выполнять невыполнимую норму – конфликт; не хочешь делать зарядку – конфликт… и т.д. и т.п. А конфликты заканчиваются ШИЗО и последующим давлением оперчасти. Отрицаловка – не обязательно блатные, это могут быть и «мужики».
Иерархическая лестница блатного мира такова: воры в законе, авторитеты, «смотрящие», «блаткомитет» из особо приближенных, рядовые – «бойцы», «боксеры», «гладиаторы» и т.д.
«Козлятник»
Завхозы, библиотекари, фотографы, повара и вообще любая упитанная обслуга – это «козлы». Они носят «косяки» (красные повязки или нашивки СПП, СВП, СК, КВР). «Козлы» – актив зоны. Они «твердо встали на путь исправления», хотя какой может быть путь исправления, если есть «козлы» с пятью-шестью «ходками» на строгий режим? И всякий раз «козел» – вновь «козел».
Ясно, что «козлы» пользуются в зоне всевозможными поблажками, а человек – слаб… Многие вступают на скользкий козлячий путь из слабости духа, нежелания общаться с уголовниками. Другим хочется быть сытыми, меньше работать – что-нибудь убирать, подметать, чистить (говно, например). Еще одни – запуганы оперчастью.
В некоторых зонах всем вновь прибывшим зекам выдавали телогрейки с уже нашитыми «косяками». Не надел – отрицаловка, марш в ШИЗО! И так могло продолжаться длительное время, до полной победы – зека или оперчасти.
Из «козлов» в «мужики» дороги нет. И из блатных можно опуститься, а ниже «козлов» – только «петухи».
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170