ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Здесь уже требуется «личная преданность».
Как в этом смысле обстояли дела у наших предков? «Основным родителем» была, очевидно, самка. Столь же очевидно, что далеко не каждая бабушка тогда доживала до рождения внуков, а у сестер — свои дети, да и охотники из женщин явно хуже, чем из мужчин. В то же время, ребенок или плод, лишенный в достатке белкового питания, мог пострадать от алиментарного (пищевого) маразма. В этих условиях помощь со стороны мужчин должна была носить основной характер, хотя и не исключающей вспомогательной помощи других членов группы.
Характерной особенностью поведения гоминид является полное отсутствие инстинктивных программ заботы самцами о маленьких детенышах, да и о самках вне периода течки тоже. Когда наши предки еще не отличались от обычных обезьян, то в этом не было необходимости — самки вполне справлялись сами или с небольшой помощью бабушек.
Но когда наши пращуры встали на две ноги, а объем их мозга начал увеличиваться (с соответствующим ростом интеллекта), то самки в одиночку справляться перестали. Ведь с одной стороны, увеличилась голова плода, с другой стороны — прямохождение сузило таз пра-женщин. Это затруднило роды настолько, что с общебиологических позиций ребенок вынужден рождаться сильно незрелым, а значит совсем беспомощным, чтобы пройти по родовым путям. С третьей стороны, рост интеллекта предполагает удлинение периода формирования и обучения мозга, то есть еще большее удлинение детства, а значит и периода беспомощности ребенка.
Действительно, срок детства у человека (по отношению ко времени жизни) самый большой среди всех животных. Детство составляет порядка четвертой-пятой части всей жизни. У детей наших пращуров детство было конечно, короче. Если современный ребенок практически беспомощен до примерно шести лет, то у homo erectus беспомощность длилась, видимо, порядка двух лет.
Итак, что мы имеем: ребенок с матерью нуждаются в длительной и достаточно пристальной заботе, формирование умного мозга требует белковой (фактически — мясной) пищи, которую мать, связанная беспомощным ребенком по всем четырем конечностям, добыть не могла, а инстинкта заботы о самке у самца нет. Интеллект, который мог бы принять рассудочное решение о такой заботе, в зачатке и на такое еще неспособен. Как же быть?
Поскольку инстинктивные программы поведения не могут возникать на пустом месте, то нужно рассмотреть: от каких других инстинктивных действий могли бы произойти инстинкты заботы о самках и детях у пра-мужчин? Что может послужить основой для выработки инстинкта отцовства?
Наиболее реальный путь — через половую привязанность. Однако для ее использования имеется очень важное препятствие! Дело в том, что половая активность самок (а нередко и самцов) у большинства видов носит отчетливо выраженный циклический характер. Их половая готовность длится всего несколько дней в году, а вне этого периода (периода течки) самки таких видов совершенно неспособны к спариванию! Вместе с тем этот путь наиболее эффективен, так как сексуальная привязанность — одна из наиболее сильных. И едва ли не единственный путь решения этой проблемы — расширение временных границ течки (точнее, расширение границ способности самки к спариванию безотносительно к возможности оплодотворения) и скрытие внешних признаков самого момента овуляции (подробнее смотрите в [2]). И в самом деле, в своей круглогодичной сексуальной готовности женщины уникальны во всем живом мире. Если круглогодичная половая готовность самцов — явление довольно частое, то менструации наблюдаются только у самок вида homo sapiens и более ни у кого.
Теперь уже самке есть что предложить! Самец, таким образом, уже получает стимул к ее подкармливанию в течение всего репродуктивного периода (и другим видам заботы о ней), причем оплодотворение этой самки, в общем случае может в виду не иметься. Точнее — самец, в соответствии с принципом неограниченности своей сексуальной экспансии, стремится к максимальному количеству оплодотворенных самок, и где-то подсознательно заинтересован, чтобы эта самка от него забеременела. Особенно если учесть, что «алименты» платились не за количество детей, а за количество спариваний. Пра-женщине же для рождения детей нужно лишь одно зачатье в год, и не от кого попало, а от самого здорового и высокорангового. А кто же будет ее кормить?
Высокоранговый как кормилец — лишь мечта. Добытчик-то он неплохой, (в том числе за счет грабежа низкоранговых), но ведь он пользуется большим спросом, и всех самок, которые его хотят, прокормить не в состоянии. Разве что одну-две «любимых жены». Да и нет у него стимулов к этому! Зачем ему платить за спаривание, если он его имеет бесплатно?
Если бы было возможно высокорангового захватить монопольно (что, как уже сказано — предел мечтаний), то все проблемы были бы разом решены. Однако такой монопольный захват высокорангового самца был практически невозможен. Даже «любимая жена» не могла на него рассчитывать. На предпочтительную (опять же — не монопольную) подкормку — могла, а на сексуальную верность — нет.
Казалось бы, сексуальная верность сама по себе самке была не очень-то и нужна — уж раз в год он ее оплодотворит! Однако, сексуальная неверность такого самца была чревата самке. Во-первых, опасностью потери статуса «любимой жены», а во-вторых — снижением интенсивности половой жизни именно с ней, а это — недобор удовольствий (низкоранговые самцы в этом — замена плохая, того удовольствия они не доставляют). И далее, потеря статуса «любимой жены доминанта» означает и снижение собственного ранга этой самки в иерархии. Но это мы все о «любимой жене», каковыми чаще всего становились самки с достаточным ранговым потенциалом. А как быть остальным?
Очень просто! Для зачатия детей и для собственного удовольствия предпочитался высокоранговый самец, вызывая ревность его «любимых жен». И одновременно пудрились мозги нескольким низкоранговым, осыпающим их подарками в трепетной надежде на долгожданный акт, который самкой по возможности оттягивался. Вплоть до полного уклонения — в пользу высокорангового. Но при всем при этом у низкоранговых самцов зачастую просто не было другого выхода, кроме как оплачивать свой доступ к телу. Даже при том, что отцом большинства детей этой пра-женщины скорее всего будет не он. Такая практика, по сути, является разновидностью полиандрии. Замечу кстати, что эта необходимость для самок иметь кормильца открыла для низкоранговых реальную возможность передавать свои альтруистические гены потомкам. Не с этим ли связано наблюдаемое последнюю пару сотен тысяч лет резкое ускорение социальной эволюции человечества, обусловленное усилением альтруистических тенденций в поведении людей?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216 217 218 219 220 221 222 223 224 225 226 227 228 229 230 231 232 233 234 235 236 237 238 239 240 241 242 243 244 245 246 247 248 249 250 251 252 253 254 255 256 257 258 259 260 261 262 263 264 265 266 267 268 269 270 271 272 273 274 275 276 277 278 279 280 281 282 283 284 285 286 287 288 289 290 291 292 293 294 295 296 297 298 299 300 301 302 303 304 305 306 307 308 309 310 311 312 313 314 315 316 317 318 319 320 321 322 323 324 325 326 327 328 329 330 331 332 333 334 335