ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Он один в аппарате знал об этом. Но он решил об этом умолчать. Он даже похвалил Заместителя за прогрессивные идеи, за намерение утереть нос Западу.
Вот когда обнаружится провал этой затеи «модернизации», думал он, тогда худо придётся и его Заместителю и Сопернику. Он ещё и не такую свинью подложит Им, погодите!
От таких мыслей настроение у него улучшилось. А когда стало известно, что Политбюро приняло решение освободить от должности первого заместителя председателя КГБ и предать его суду за злоупотребление служебным положением, Западник возликовал: ещё не все потеряно, он ещё выкарабкается!
Главное — терпение и выдержка. Он — кристально честный человек и прекрасный работник, этого у него не отнимешь. Сейчас, когда в коррупции и в разврате погрязли даже отдельные видные работники аппарата ЦК и КГБ, такой человек, как он, должен служить образцом для прочих. Нет, вряд ли его скинут. Это смутное время скоро пройдёт, и все станет на свои места. И тогда он Им покажет, на что он способен!
Но такое приподнятое настроение длилось недолго. Комиссия по Великому Проекту прекратила существование явочным порядком, а Политбюро санкционировало её ликвидацию. Западник вновь впал в мрачное состояние. Его не обрадовало даже известие о том, что бывший первый заместитель шефа КГБ покончил с собой.
Помощник сообщил ему, что Соперник слёг в Кремлевку со вторым инфарктом. Значит, материалы Западника сработали. Сопернику теперь будет трудно выкарабкаться. Но поможет ли это ему, Западнику? Не опоздал ли он с этой операцией? Не упустил ли он момент?
Тактическая ошибка
Шеф КГБ обратил внимание на то, что Западник плохо выглядит, и посоветовал ему отдохнуть недельки две на юге. Он подумал, что Соперник не выберется из больницы за это время, и согласился пойти в отпуск. На другой же день он улетел на юг набираться сил для будущей контратаки на своих сослуживцев.
Это была грубая тактическая ошибка. В его положении надо было бы дневать и ночевать в кабинете независимо от того, нужно было это для дела или нет. Его личное присутствие на занимаемом им посту было бы сдерживающей силой для его противников. Но он переоценил свой фактический вес в аппарате и недооценил силу врагов. Шеф КГБ специально спровоцировал его на эту отлучку из Москвы, чтобы произвести нужные ему перемены в своём аппарате.
В народе
Отдыхал Западник на этот раз в санатории, почётном для простых смертных, но унизительном для демиургов истории. Раньше он имел в своём распоряжении изолированный дом и участок пляжа протяжённостью в километр, отделённый от прочего мира железным забором с колючей проволокой и с охраной, какой позавидовал бы и американский Президент. Теперь же он имел всего лишь отдельную палату из двух комнат в санатории для секретарей областных комитетов партии, академиков, министров, знаменитых писателей, прославленных Героев Труда. Для него это и был народ. Раз много, значит, народ.
«Откуда набралось столько монстров?» — думал он, разглядывая бесформенные туши и распухшие морды отдыхающих. То, что и он далеко не красавец, что и он от этих монстров отличается, может быть, лишь большей властностью в чертах расплывшегося розового лица, роли не играет: он не народ, а власть, ему можно быть монстром по положению.
Отдыхающие вели себя так, что ему с непривычки стало не по себе. Они говорили пошлости, ругались матом, ржали над старыми анекдотами. И без умолку несли околесицу по всякому поводу.
— Насчёт Запада все ясно, — говорил за обедом министр республиканского значения. — А вот Китай — это проблема. Миллиард человек — это не шутка. Для такой массы поглотить и растворить в себе народ в двести миллионов человек — дело двух или трех поколений. Китай — наш смертельный враг. Если оставить его в покое, он воспользуется результатами мировой войны и отхватит нашу территорию до Урала. Как низвести Китай до такого состояния, чтобы он был нам не опасен? Тут без атомного оружия не обойтись.
— Можно обойтись, — сказал знаменитый академик. — Наша наука близка к открытию вещества, с помощью которого можно влиять на механизм воспроизводства потомства у животных. Вещество это очень эффективно. Достаточно ничтожного количества его в атмосфере, чтобы оно сработало. Причём оно неустойчиво. Уже через несколько часов оно бесследно исчезает. И эффект его действия сказывается лишь во втором поколении. Так что за пятьдесят лет население Китая можно сократить минимум вдвое.
— Китай от этого станет вдвое сильнее, — сказал министр. — К тому же этих пятидесяти лет у нас нет. А если война начнётся через десять или пять лет? В Китае всё равно останется около миллиарда человек. Нет, тут без атомных бомб не обойдёшься. Надо с американцами договориться, вместе нанести удар по Китаю и поделить всю Азию. Совсем китайцев уничтожать не надо — негуманно. Миллионов сто можно оставить: рис всё-таки нам нужен. И тёплые штаны для женщин и полотенца махровые они хорошо делают.
— Скоро изобретут такие защитные средства против атомных бомб, — сказал партийный руководитель одной отдалённой области, — что атомная война уже не будет такой опасной, как кажется сейчас. Миллионов пятьсот человечество потеряет. Но это не будет катастрофой.
— Вот когда эти защитные средства изобретут, тогда война и начнётся, — пошутил академик. — Кто начнёт — это не важно. Скорее всего — оба противника сразу. Подпишут соглашение о запрете атомного оружия и тут же пустят его в ход. Не исключено, что упомянутое соглашение подписать не успеют. Представителей в Женеву или в Вену пошлют. И пока те чемоданчики упаковывают, руководители великих держав кнопочки нажмут: мол, начнём, пожалуй! Пора! Ну, с Богом, голубчики! (Голубчики — это атомные, водородные, нейтронные и прочие бомбы.)
— Слишком либеральничаем мы с этим Западом, — сказал партийный руководитель области. — Не мешало бы его слегка прикрыть для наших людей. А то распустились.
— Полностью согласен с тобой, — сказал министр. — На кой ляд он, Запад, нам сдался?!
— Не могу согласиться с вами, — возразил знаменитый писатель. — Запад нам нужен. Зачем? Я расскажу вам по сему поводу короткую, но поучительную историю.
Притча об Эйфелевой башне
Жил-был Иван. Он всю жизнь мечтал побывать в Париже и забраться на знаменитую Эйфелеву башню. Зачем? А затем, чтобы плюнуть с её высоты вниз, на Париж. Начался либеральный период. Десять лет Иван копил деньги на туристическую поездку во Францию. На работе вёл себя как самый образцовый работник и коммунист. Он добровольно записался в осведомители КГБ и занял первое место в соревновании на лучшего доносчика района. Наконец, образцовым поведением он заслужил честь быть включённым в туристическую группу во Францию.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57