ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Из-за поворота на шоссе вывернул грузовой фургон.
– Тормози его, Толян, – сказал Соловец.
Оперативники перекрыли дорогу машине.
– В чем дело, мужики? – Из кабины высунулась усатая голова водителя.
– Уголовный розыск. – Соловец показал шоферу удостоверение.
– Кто вам нужен?
– В какую сторону вы направляетесь?
– В сторону границы.
– Какой границы?
– Финской, какой же еще?
– Мимо Рощино проезжать будете?
– Буду.
– Подбросьте, пожалуйста.
– На задержание собрались?
– Срочная операция, – уклончиво ответил Соловец.
– Я вообще-то мебель перевожу. Ладно, садитесь в кузов, там место найдется.
– Спасибо, друг.
Выйдя из кабины, шофер открыл кузов, где находились матрацы и диваны. Расположившись на них, компания приняла решение продолжить нехитрое застолье. Минутчерез пятнадцать опустела вторая бутылка.
– Долго нам ехать, Георгич? – поинтересовался Дукалис.
– Через полчаса будем на месте.
Дукалис уютно развалился на упакованном в целлофан диване. В грузовике было душно. Усталость прошедшего дня и выпитая водка давали себя знать. Постепенно глаза оперативника начали слипаться. Старший лейтенант сделал над собой усилие, чтобы не заснуть, но вскоре туманная пелена заволокла его глаза.
Дукалис проснулся оттого, что грузовик резко затормозил. Открыв глаза, оперативник увидел только что проснувшихся товарищей.
– Сморило, – произнес Волков.
– Где мы, Георгич? – спросил Ларин.
– Сейчас выясним, – произнес Соловец.
– Должны бы уже приехать, – заметил Дукалис.
В этот момент дверь фургона отворилась.
– Выходите, ребята, – сказал водитель.
Оперативники встали и вышли на шоссе. Соловец начал вглядываться в окружавший милиционеров пейзаж, пытаясь узнать в нем родное Рощино.
– Я и забыл про вас, – улыбнулся шофер.
– Что значит – забыл? – возмутился Дукалис. – Где Рощино?
– Рощино давно проехали.
– То есть как проехали?
– Проехали, когда еще на нашей территории были.
– А сейчас мы на чьей?
– Известно на чьей, на финской. Я же говорил, что в Финляндию еду.
Оперативники приняли заявление водителя за шутку.
– Ладно, мужик, кончай балагурить, – сказал Волков.
– Я не балагурю. Граница там. – Шофер махнул рукой за поворот. – Мы ее пятнадцать минут назад пересекли.
На мгновение милиционеры потеряли дар речи.
– Что же ты нас не разбудил, мать твою! – закричал Дукалис
– Я не старшина, чтобы будить вас, – резонно заметил водитель.
– Как же нам теперь в Россию попасть? – спросил Ларин.
Шофер пожал плечами:
– Попробуйте обратиться в посольство.
– А где оно расположено? – спросил Волков.
– Думаю, в Хельсинки. Только я вас туда не повезу, мне нужно на север, в Лапландию.
– Ну и дела… – произнес Дукалис.
– Черт знает что! – плюнул Соловец.
Оперативники приуныли. Оказаться ночью без документов и загранпаспортов на чужбине – такой удар вынести было тяжело. Хмурые седые тучи занавесили небо над работниками правопорядка.
– Я вам дам один совет, – сказал водитель.
– Валяй, – мрачно отреагировал Дукалис:
– Идите в ту сторону, там за поворотом есть железнодорожные пути и насыпь. Это граница. Переходите через насыпь и следуйте по шоссе строго на юг.
Водитель закрыл дверь фургона и направился к кабине. Вскоре взревел мотор, и машина тронулась по шоссе, оставив оперативников одних посреди теплой июньской ночи.
– Это дело надо перекурить, – произнес Дукалис.
– Чего курить, пошли, – возразил Соловец.
Оперативники тронулись в сторону, указанную шофером. Минут через пять они увидели железнодорожное полотно.
– Вон насыпь, – сказал Волков.
– А где граница? – спросил Ларин.
– Здесь где-нибудь, – вздохнул Соловец.
– Мужики, смотрите, пограничник! – сказал Дукалис.
– Где?
– Вон. – Дукалис показал на появившийся в сумерках силуэт человека.
– Ложись! – скомандовал Соловец.
Оперативники кинулись на землю.
– Может, это наш? – шепотом предположил Волков.
– Откуда здесь наш? – возразил Соловец. – Я финнов за версту чую.
– Ты бы лучше чуял, когда Рощино проезжали, – огрызнулся Волков.
– Тихо, мужики, – сказал Ларин.
Милиционеры молча стали наблюдать за человеком, шедшим вдоль путей.
– Да это обходчик, – догадался Соловец.
– Может, поговорим с ним? – предложил Ларин.
– Объясним ситуацию, попросим, чтобы он нас через границу перевел, – поддержал Дукалис.
– Надо ему водку оставшуюся предложить, говорят, в Финляндии с ней тяжело, – сказал Волков.
– На каком языке ты с ним разговаривать собираешься? – поинтересовался Соловец.
– Слава немецкий знает, – сообщил Дукалис.
– При чем тут немецкий, лучше уж с ним на английском.
– Толян, у тебя какая оценка в школе по английскому была?
– Твердая четверка, – махнул рукой Дукалис.
– Тебе и карты в руки.
– Ладно, хватит базарить, – подытожил Соловец. – Пошли, начнешь ты, Толян, на английском, если он не поймет, ты, Слава, попробуешь на немецком.
Оперативники поднялись и направились по насыпи навстречу обходчику, пожилому сухому человеку лет шестидесяти двух. Увидев в сумерках четыре фигуры, тот остановился.
– Гуд ивнинг, – робко произнес Дукалис, когда милиционеры приблизились к обходчику.
В ответ последовало молчание.
– Не понимает, – шепнул старший лейтенант Со – ловцу.
– Попробуй еще раз.
– Гуд ивнинг. Ду ю спик инглиш?
Обходчик молчал.
– Слава, давай, – сказал Соловец Волкову.
– Шпрехен зи дойч? – спросил старший лейтенант.
– Вы что, иностранцы? – неожиданно отреагировал обходчик.
Оперативники переглянулись.
– Понимает по-нашему, наверное, эмигрант, – догадался Ларин.
– Вы говорите по-русски? – спросил Соловец.
– А по какому же мне еще говорить? – вопросом на вопрос ответил обходчик.
– Вы русский?
– По маме русский, по папе карел.
– Все ясно, – кивнул Соловец, – Скажите, вы бы не могли провести нас в Россию?
– Куда?
Дукалис приблизился вплотную к обходчику.
– Папаша, нам нужно на родину, – полушепотом произнес оперативник.
Обходчик уловил перегар, исходивший от милиционера.
– Ребята, закусывать надо, – сказал железнодорожник.
– Если вы нас проводите в Россию, – сказал Соловец, – мы дадим вам бутылку.
Обходчик задумался.
– Хорошо, я согласен, – произнес он. – Давайте водку.
Волков нехотя вынул из сумки бутылку и протянул железнодорожнику.
– Вам куда в России-то нужно? – спросил тот.
– В Рощино.
– Значит, так. Переходите пути, идите прямо, там будет шоссе, пройдете километров пять, а дальше сами увидите. – Сказав это, обходчик поспешил дальше по путям.
– Что увидим-то? – крикнул вдогонку Дукалис.
Однако железнодорожник уже скрылся в ночном тумане.
Следуя указаниям обходчика, оперативники пересекли железнодорожное полотно и вскоре вышли на шоссе. Пройдя несколько километров пешком, милиционеры оказались возле железнодорожной платформы. Поднявшись на нее, офицеры увидели название станции, имевшееся на будке, в которой располагалась касса.
– Костюково, – прочитал Дукалис.
– Что это такое? – не понял Волков.
– Где мы? – спросил Ларин.
Соловец первый понял, в чем дело.
– Это станция Костюково. Следующая после Рощино, – сказал Соловец.
Оперативники переглянулись. Каждый из них по-своему расценил шутку водителя грузовика.
– Да… – произнес Ларин. Волков грустно усмехнулся.
– И далеко отсюда до твоей дачи? – поинтересовался Дукалис у Соловца.
– Три километра. Пошли. Через полчаса будем на месте.
10
В начале недели у Ольги Юшиной, новой подруги Волкова, должны были состояться экзамены. Девушка очень волновалась. Ольга могла завалить сессию из-за того, что потратила время подготовки на прогулки со старшим лейтенантом. Понимая волнение подруги, Волков решил ей помочь.
– Какой у тебя завтра экзамен? – спросил оперативник.
– Литература.
– Есть ответы на билеты?
– Конечно.
– Сделаем так. Дашь мне текст ответов, я буду тебе подсказывать.
Ольга недоуменно посмотрела на Волкова.
– Сейчас объясню, – сказал он.
И оперативник рассказал девушке, что с помощью оборудования, имевшегося в его «конторе», можно переговариваться в радиусе пятидесяти метров.
– Вставим тебе в ухо микрофон, а на лацкан нацепим петличку. Я буду в коридоре. Когда ты прочитаешь мне вопрос билета, я по рации продиктую тебе ответ.
– Я уже видела что-то подобное в одном старом фильме.
– Тогда оборудование было несовершенным. Теперь – другое дело.
Голос оперативника звучал убедительно. Ольга преданно посмотрела в глаза молодого человека.
– Думаешь, получится? – спросила девушка.
– Должно получиться;
Успокоенная словами милиционера, студентка решила и в последний день перед экзаменами не сидеть за учебниками. Волков и Ольга вышли на вечернюю набережную и побрели от Летнего сада в сторону Дворцовой площади.
– Расскажи о чем-нибудь, – попросила девушка.
Волков пожал плечами:
– О чем?
– О твоей работе.
– Ты же знаешь, какая у меня работа. Ловим жуликов.
– Неужели у вас не происходит ничего интересного?
– Происходит, Оля.
– Вот и расскажи.
Они проходили мимо кафе на набережной.
– Может, посидим? – предложил Волков.
– Давай.
Молодые люди расположились за свободным столиком.
– Выпьем пива? – сказал оперативник,
– Выпьем.
Старший лейтенант подошел к стойке и вернулся за столик, держа в руках два пластиковых стакана с пивом.
– За твой завтрашний экзамен.
– За успех не пьют.
– Почему?
– Плохая примета.
– Тогда за тебя.
Они чокнулись.
– Помнишь, в день знакомства мы тоже пили пиво? – сказала Ольга.
– Конечно, помню.
– А хулигана в метро?
– Благодаря ему мы познакомились.
– Ловко ты тогда с ним разделался.
– Это моя работа.
– Ты, кстати, собирался рассказать о ней что-нибудь интересное.
Волков задумался.
– Есть у меня один сослуживец. Зовут его Толя Дукалис. Он тоже старший лейтенант.
– Симпатичный?
– Да, только поесть любит.
– Так…
– Недавно мы с ним в обеденный перерыв ходили обедать в «Макдональдс», рядом с нашей «конторой».
– На Среднем?
– Да.
– И как пообедали?
– Пообедали-то хорошо, только потом с Толяном неприятность случилась.
– Какая?
– У нас от обеда осталась коробочка со сладким соусом. Маленькая такая, Толя соус недоел и хотел оставить на столе, а я посоветовал с собой взять, зачем добру пропадать. Как говорится, копейка рубль бережет.
– И что?
– Толян положил соус в карман, да и забыл про него. Все бы хорошо, только в том кармане у него мобильный телефон лежал. Пластиковая коробочка лопнула, соус возьми и разлейся прямо в кармане.
– Не повезло…
– Еще как. В результате трубка испортилась, он пытался ее починить, отдал в мастерскую, но там сказали, сделать ничего нельзя.
Ольга понимающе покачала головой:
– Печальная история.
От пива у молодых людей слегка кружились головы. Настроение было романтическим. По Неве тянулись баржи. Шпиль Петропавловской крепости пронзал светлое небо…

* * *
На следующий день Волков и Ольга направились в университет, где на филологическом факультете должен был состояться экзамен по литературе. На лацкане пиджака девушки имелся небольшой микрофон. Маленький наушник она намеревалась вставить в ухо перед экзаменом, из-за длинных волос его невозможно было увидеть.
– Волнуешься? – спросил Волков, когда они подошли к зданию, расположенному на Университетской набережной.
Ольга пожала плечами. Молодые люди вошли в вестибюль. Волков глубоко вдохнул вольный студенческий воздух. Атмосфера университета напомнила оперативнику его студенческие годы. Старший лейтенант не был прилежным учеником. Случалось, он прогуливал лекции, случалось, приходил на экзамены неподготовленным.
Взрослая жизнь закрутила и завертела оперативника. Студенческие годы уплывали дальше и дальше. Время окрашивало прошлое в радужные тона.
– О чем задумался? – спросила Ольга.
– Вспомнил юность.
– Некогда предаваться воспоминаниям, экзамен уже начался.
Молодые люди поднялись на второй этаж и подошли к сто четвертой аудитории, возле которой оживленно суетились студенты.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

загрузка...