ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

– И в благодарность за попоны они научили меня врачеванию.
Мария снова заинтриговала Сэма. Девушка, которая поет под луной… и которая вышивает такие чудесные узоры, что даже индейцы ценят ее искусство. Черт возьми, может, ему стоит задержаться в Истхэме еще на несколько дней?
– И как индейцы советуют лечить укусы собак? – спросил Сэм.
– Наверное, они посоветовали бы пристрелить собаку, – ответила Мария с робкой улыбкой.
Сэм оценил ее шутку, и они дружно рассмеялись.
– А если серьезно, – продолжала Мария, – то вам нужно собрать кору лавровишни, высушить ее, растереть в порошок и использовать для припарок. Конечно, к тому времени, как вы все это проделаете, рана затянется. Поэтому лучше возьмите подорожник, разотрите его листья и прикладывайте к ране. Это прекрасное средство от воспаления.
– Может, у вас дома есть высушенная кора лавровишни?
– Да… есть.
– Тогда давай вернемся в город, и ты дашь мне немного порошка. Он, наверное, хранится у тебя дома?
– Но если я приведу вас домой, тетушка очень рассердится.
– Разве у тебя нет поклонников, принцесса?
– Поклонников? У меня никогда их не было. Тетушка не позволит мне иметь поклонников, пока я не стану совсем взрослой. А если бы и позволила, то вы, капитан Беллами, не стали бы моим поклонником.
– Почему же? – Сэм осторожно взял Марию за подбородок и заглянул ей в глаза.
– Думаю, не стоит это объяснять, – ответила она и густо покраснела, снова вспомнив прошедшую ночь.
Мария отвела глаза. Ей казалось, что взгляд Сэма проникает ей в душу, казалось, что он с легкостью читает все ее мысли. И ее опасения подтвердились – Сэм проговорил:
– Послушай, милая, я очень сожалею о том, что случилось ночью. То, что я сделал, непростительно, и…
– Пожалуйста, капитан Беллами, я… я не хочу говорить об этом.
Сэм кивнул:
– Хорошо, принцесса. Я прекрасно все понимаю. Скажи, а твоя подруга Тэнкфул… Надеюсь, ты не рассказала ей о том, что произошло? Мне кажется, не следовало бы ей рассказывать…
Неужели он действительно обеспокоен? Или спрашивает только для того, чтобы поддержать разговор? Мария заставила себя ответить:
– Нет, я ничего ей не говорила, хотя она пришла ко мне рано утром и пыталась выяснить, что произошло со мной ночью. Наверное, она просто подшутила надо мной и теперь будет всем рассказывать о своей шутке.
– Да, она сыграла с тобой злую шутку. Так что же ты ей сказала?
– Я сказала ей, что ее затея не удалась и что вы не поцеловали меня, потому что я для вас недостаточно хорошенькая.
– Недостаточно хорошенькая? – рассмеялся Сэм. Заметив, что Мария еще больше смутилась, он добавил: – Прости, Мария. И знаешь… Если твоя подружка поверила тебе, значит, она еще более доверчивая, чем ты.
– Доверчивая? Но я не считаю себя доверчивой.
Сэм искоса взглянул на Марию.
– Ну хорошо. – Нагнувшись, он поднял с песка голыш и бросил его в волну, набегавшую на берег. – Скажем так: ты не была такой доверчивой, пока не встретила меня, – договорились? – Сэм улыбнулся.
– Договорились. – Мария тоже улыбнулась. – И не была такой глупой.
– Нет, ты совсем не глупая, моя милая.
Эти слова Сэма согрели сердце Марии. Она внимательно посмотрела на него. Боже, как он красив! Возможно… возможно, он не такой уж негодяй, каким представляет его преподобный Трэт. Волосы Сэма по морскому обычаю были заплетены в косичку, и Мария подумала, что если он распустит ее, то волосы крупными завитками упадут на его широкие плечи. Ей хотелось протянуть руку и потрогать эти волосы, хотелось почувствовать их шелковистость.
Но более всего привлекали его черные глаза, в которых плясали веселые огоньки. И еще его чудесная улыбка… У плохого человека не могло быть такой улыбки. И плохой человек ни за что не предложил бы ей выйти за него замуж. И не держал бы ее в объятиях, когда она плакала у него на груди.
Джонатан никогда не предлагал ей выйти за него замуж. И никогда не держал ее в объятиях. Он просто-напросто не замечал ее.
А Беллами…
Марии внезапно захотелось заступиться за Сэма, потому что добродетельные жители Истхэма были к нему несправедливы. Да и кто они такие, чтобы распространять о нем подобные слухи? Но она не станет уподобляться им. И не будет винить его за то, что случилось прошедшей ночью. В конце концов, она тоже виновата, может, даже больше, чем он. И вот сейчас Сэм с ней рядом… И он говорит с ней как джентльмен. Даже попросил у нее прощения. И он говорил ей комплименты, которых она вовсе не заслуживает. Надо как-то вылечить его ногу…
– Я не могу пригласить вас в дом моей тетушки, – сказала Мария. – Но если хотите, то можете помочь мне собрать подорожник. Я приготовлю его для вас, и вы будете накладывать подорожник на рану.
– Правда? Ты вылечишь меня, принцесса?
– Да, но при одном условии.
– При каком условии, моя дорогая?
– Вы не должны об этом рассказывать.
– Да, понимаю. Твоя репутация очень беспокоит меня.
– Моя репутация? – Мария рассмеялась, и ее смех прозвучал как перезвон колокольчиков. – Меня беспокоит не репутация, капитан, а моя кожа. Если тетушка узнает, что я прогуливалась по пляжу с таким ужасным человеком, как Сэм Беллами, мне придется беспокоиться не о своей репутации, а совсем о другом.
Мария с улыбкой протянула Сэму руку, и они направились в сторону рощи.
Глава 4
Любовь моя, будь розой!
Прильну к тебе листом
И буду век с тобой
В ненастный день и зной
Поэзией и прозой –
В садах, в лесу густом!
Суинберн
На следующий день направление ветра изменилось. Крепкий и порывистый, он вынес бы «Лилит» далеко в море, если бы Сэм решил поднять паруса. Ведь Пол Уильямс подарил ему не только свою дружбу, но и оказал финансовую поддержку.
День проходил за днем, а ветер все не менялся, казалось, он призывал капитана «Лилит» поднять поскорее паруса. Однако Сэма, часами бродившего по вересковой пустоши, уже не интересовало направление ветра. Он еще ни разу в жизни не ухаживал за женщиной – да и к чему? Ведь найти подругу на ночь для него не составляло особого труда. Ухаживать? Сэм даже не знал, как это делается. Более того, он никак не мог понять, почему эта напасть свалилась на него в то время, когда «Лилит» прямо-таки рвалась с якоря, когда его ждали несметные сокровища.
Ухаживать за женщиной… Перед ним сразу возникали образы богатых денди с букетами роз в одной руке и коробками конфет – в другой. Сэм усмехнулся. У него не было роз, а если бы Мария Холлет любила конфеты, то у нее были бы плохие зубы и она была бы толстой, как большинство женщин в Истхэме.
Сэм бродил среди дюн, собирая цветы. Он надеялся, что дождя не будет и что цветы, которые он собрал, не намокнут и не утратят своей красоты. Вспомнив о золотистых волосах Марии, он сорвал несколько желтых цветков, похожих на звезды, и присоединил их к букету.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77