ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ



науч. статьи:   пассионарно-этническое описание русских и др. народов мира --- циклы национализма и патриотизма --- три суперцивилизации --- принципы для улучшения брака: 1 и 3 - женщинам, а 4 и 6 - мужчинам
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Дикий Запад – 3

OCR Roland; ReadCheck Miledi
«Король горы»: Азбука-классика; Санкт-Петербург; 2005
ISBN 5-352-01609-9
Оригинал: David Thompson, “Savage Rendezvous”
Перевод: А. Овчинникова
Аннотация
В первые десятилетия девятнадцатого века Америка стояла на пороге самого захватывающего периода своей истории. Загадочное царство дикой природы, раскинувшееся к западу от Миссисипи, словно магнитом притягивало многочисленных искателей приключений и добытчиков пушнины — трапперов, надеявшихся разбогатеть в одночасье. Натаниэль Кинг, простой бухгалтер из Нью-Йорка, не в силах устоять перед соблазном, отправляется в Скалистые горы на поиски «величайшего сокровища в мире», которое сулит ему дядя в своем письме. Однако выстоять в суровых буднях Дикого Запада оказывается не так-то просто и слишком высока цена, которую приходится заплатить за удачу. Правда, и награда превосходит всяческие ожидания…
Дэвид Томпсон
Опасный промысел
ПРЕДИСЛОВИЕ
В первые десятилетия XIX века Америка стояла на пороге самого захватывающего периода своей истории. На зеленых восточных берегах могучей реки Миссисипи возникали все новые поселения, а отважные первопроходцы продолжали двигаться к западу от Миссисипи, где лежала обширная территория, уважительно названная ими Большой американской пустыней. То была огромная, почти не исследованная глушь, где водились дикие звери, жили свирепые индейцы, и места эти не пугали лишь самых отчаянных смельчаков. Большинству же американцев тамошние земли представлялись таинственной зловещей преградой между Соединенными Штатами и Тихим океаном. В газетах то и дело живописались ужасы, поджидающие людей, у которых хватало глупости сунуться в негостеприимные западные края.
На первых порах невидимую границу между освоенными землями и загадочным царством дикой природы пересекали лишь немногие искатели приключений да еще те, кто жаждал уединения вдали от цивилизации. Но позже, когда в Европе и Америке вошел в моду мех бобра, в дикие края хлынули многочисленные добытчики пушнины — трапперы, надеявшиеся разбогатеть в одночасье. Немногие из них дожили до осуществления своей мечты: за один лишь год Санта-Фе, к примеру, оставили сто шестнадцать человек, чтобы провести лето в Скалистых горах, но выжили из них всего шестнадцать. Трапперы же, сумевшие подчинить себе враждебные обстоятельства и выстоять в суровых буднях Дикого Запада, вошли в легенды, их одинаково уважали и белые охотники, и воины-индейцы.
ГЛАВА 1
Яркое солнце сияло над зелеными лесами и полями, раскинувшимися по берегам Медвежьей реки. Цепи холмов окружали плодородную долину, за ними вздымались вершины высоких гор, покрытые снегом даже теперь, в июле.
Здесь в изобилии водилась дичь. Высоко в небе парили орлы, зорко высматривая добычу, ниже сновали ястребы, выискивая живность помельче. Бизоны, лоси, олени, антилопы паслись на густой сочной траве, их выслеживали волчьи стаи, терпеливо выжидая случая приблизиться и напасть. Койоты и лисы рыскали в поисках хоть какой-нибудь поживы.
По этому земному раю ехали верхом двое мужчин и женщина: они двигались не торопясь и, судя по их виду, успели проделать немалый путь.
Мужчина постарше, в одежде из оленьей кожи, небрежно покачивался в седле в такт шагам своей белой лошади. Его борода, усы и ниспадающие на плечи волосы были белоснежными, и голубые глаза зорко смотрели из-под нахмуренных бровей. На голове всадника красовалась бобровая шапка, а в руке он держал карабин «хоукен».
За ним ехал молодой человек, лет двадцати, в таком же наряде из оленьей кожи и тоже обутый в мокасины. На ремне, наискосок пересекавшем грудь, висели мешочек для пуль и рог для пороха, из-за коричневого кожаного пояса виднелись два пистолета, из ножен на левом бедре торчала рукоять охотничьего ножа.
Молодой человек пригладил длинные черные волосы и сжал в руке «хоукен», боковым зрением уловив какое-то движение. Но присмотревшись, улыбнулся: это всего лишь кролик выскочил из кустов.
— Что скажешь насчет крольчатины рагу на ужин? — окликнул он спутника.
— Ты всегда думаешь только о еде, Нат, — упрекнул было траппер, но, оглянувшись, с улыбкой поправился: — Хотя нет, пожалуй, не только о еде…
Нат немедленно ощетинился:
— Прекрати свои шутки и не говори так о моей жене, Шекспир!
Спутник со вздохом покачал головой:
— А я думал, мы друзья, Натаниэль Кинг.
Удивленный серьезным тоном товарища, Нат подхлестнул лошадь, чтобы поравняться с ним.
— Мы и в самом деле друзья. Я бы не пожелал себе лучшего друга, чем ты!
Шекспир пристально посмотрел на Кинга:
— Тогда ты не должен в ответ на мои шутки выпускать когти, словно дикий кот, защищающий свою самку.
— Я не хотел тебя обидеть… Но ты же знаешь, как я отношусь к Уиноне.
— Знаю. Уж мне ли этого не знать!
Нат с облегчением увидел, что его друг снова улыбнулся.
— Прости, — пробормотал молодой человек. — С тех пор как мы с ней встретились, я, должно быть, веду себя странно.
Шекспир фыркнул — его фырканье сделало бы честь любому бизону.
— «Странно»? Бог ты мой, да твои выкрутасы могут свести с ума кого угодно, сынок!
— Ты преувеличиваешь. Не так уж я и..
Нат оглянулся на предмет их спора, и сердце молодого человека преисполнилось гордости и любви при мысли о том, что эта прекрасная девушка стала его женой.
Уинона ответила Нату таким же полным любви взглядом, и ее карие глаза засветились счастьем. Длинные, распущенные волосы Уиноны отливали глянцем, выступающие скулы лишь подчеркивали красоту лица. Гибкая фигурка индианки была облачена в свободное платье из тонко выделанной оленьей кожи, расшитое бисером.
Нат просиял и подмигнул жене.
— Ну, вот… Опять пошло-поехало, — проворчал Шекспир.
— О чем ты?
— О том, что мне снова придется терпеть, пока вы строите друг другу глазки!
— Мы вовсе не строим глазки! — обиделся Нат.
— А как еще это можно назвать?
— Истинной любовью!
Шекспир добродушно засмеялся.
— Да что ты знаешь об истинной любви? — спросил он и тут же выдал цитату из своего любимого автора:
Ужель любовь нежна? Она жестока, Груба, свирепа, ранит, как шипы.
— А это из какой пьесы? — поинтересовался Нат.
— Из «Ромео и Джульетты». Ты обязательно должен когда-нибудь прочесть ее: там бесподобно описывается юношеская любовь. — Шекспир похлопал по тюку, притороченному к седлу. — Одолжу книгу на ночь, если хочешь.
Нат покачал головой, вспомнив об огромном фолианте, который его друг повсюду таскал с собой, ревниво оберегая от всех превратностей кочевой жизни.
— Нет, спасибо, я собирался нынче ночью заняться кое-чем другим.
— Не сомневаюсь!
Покорно вздохнув, Нат отпустил поводья, подождал, пока с ним поравняется жена, улыбнулся ей, потом взглянул на трех вьючных лошадей, которых вела в поводу Уинона, чтобы лишний раз убедиться, что их пожитки в целости и сохранности.
Уинона сделала несколько быстрых жестов. Нат внимательно следил за ее пальцами, зная, что, если пропустит хоть один знак, вполне может не понять смысл послания. Покинув Сент-Луис два месяца назад, молодой человек достиг больших успехов в освоении языка жестов… И все же ему до сих пор приходилось изо всех сил сосредоточиваться, когда к нему обращались подобным образом, и он все еще допускал много ошибок.
Одним из самых удивительных открытий, которые Кинг сделал в здешней глуши, было то, что все индейцы пользуются универсальным языком жестов, происхождение которого терялось в непроницаемом тумане древности. Команчи и кайова, апачи и шошоны, крики и пауни, не-персэ и многие другие племена пользовались одними и теми же жестами, чтобы общаться между собой, в то время как их наречия очень отличались друг от друга.
Уинона закончила «говорить», и Нат понял: его жена радовалась, что они почти у цели, предвкушала встречу со старыми подругами, мечтала похвастаться мужем перед знакомыми и надеялась, что Скверный не причинит им неприятностей.
Скверный?
Нат ответил, что ему тоже не терпится добраться до места и что он будет рад познакомиться с подругами Уиноны. А потом спросил уже не жестами, а на языке шошонов, с запинками и ужасным произношением:
— А кто такой Скверный?
Уинона ответила жестом: «Спроси Каркаджу».
Кивнув, Нат посмотрел на траппера, которого индейцы назвали именем хищника, славящегося не только своей отвагой, но и свирепым нравом — росомаха.
— Шекспир, а кто такой Скверный?
Тот ответил, не оборачиваясь:
— Так индейцы называют Гастона Клеру. Он был voyageur в Канаде лет десять тому назад, потом ему наскучило работать на других, и он открыл собственное дело. Стал coureur de bois.
— Кем-кем? — переспросил Натаниэль. Шекспир оглянулся через плечо и засмеялся:
— Все время забываю, с кем говорю, должно быть, старею!
— Я знаю, кто такие voyageurs, — сказал Нат, — мне о них рассказывал дядя Зик. Это канадские трапперы.
— Точно. Ну a coureur de bois — траппер, переступивший границу между законным и незаконным. Тот, кто добывает пушнину без лицензии. Браконьер.
— Значит, Клеру — браконьер?
— Браконьерствовал около года, если верить слухам, но потом допустил большую ошибку: убил полицейского, пытавшегося его арестовать. И отправился на юг. Гигант бродит по Скалистым горам уже лет семь-восемь, и, по правде говоря, к западу от Миссисипи его ненавидят больше любого другого белого.
— Гигант?
— Ага. Так все его здесь называют. Потому что росту в нем больше шести футов и весит он, должно быть, фунтов двести с лишком. — Молись, чтобы ты никогда не нарвался на него, Нат. Это дьявол во плоти.
— Ты с ним знаком?
— Несколько раз сталкивался, но больше не желаю.
— Он что, и вправду настолько страшен?
— А как ты думаешь, почему индейцы прозвали его Скверным? — спросил Шекспир.
Нат промолчал. Он знал, какое огромное значение индейцы придают именам. И раз уж они прозвали Гастона Клеру Скверным, значит, Гигант на самом деле заслуживает этого.
Потом Нат вспомнил о своем собственном индейском прозвище — Убивающий Гризли. Это имя дал ему воин-шайен после леденящей кровь встречи с громадным медведем гризли. Когда Натаниэлю лишь чудом удалось спастись. Теперь благодаря стараниям Шекспира, рассказавшего об этом случае каждому встречному-поперечному, многие называли Ната так. Например, шошоны не признавали другого имени.
Шошоны.
Нат повернулся в седле, чтобы поглядеть на холм, с которого они только что спустились.
— Не пойму, почему Тянущий Лассо и его соплеменники решили сделать привал на ночь, когда до места встречи всего полтора часа пути.
— Потому что шошоны, как и большинство индейцев, — гордецы. Они не хотят выглядеть на встрече котами, которым устроили трепку, — пояснил Шекспир. — После стычки с черноногими они не в лучшей форме, и вспомни, сколько пожитков и лошадей они потеряли в этой передряге.
— А сколько людей! — добавил Нат, думая про отца и мать Уиноны, погибших от рук воинов Бешеного Пса.
— И людей тоже, — согласился Шекспир. — Ты ведь знаешь, что там, куда мы едем, собираются представители многих племен, чтобы поторговать, продать своих женщин и просто хорошо провести время, Это место притягивает индейцев как магнит, и тут уж ничего не попишешь.
Траппер немного помолчал.
— Это нечто вроде нейтральной территории, где все хотят показать себя во всем блеске.
— Значит, там все ладят друг с другом?
— Иногда ладят, иногда нет, — задумчиво ответил Шекспир. — На одно можешь твердо рассчитывать: черноногих там не будет.
— И слава богу! — ответил Нат.
Свирепое племя черноногих считалось бичом северной части Скалистых гор. Черноногие без устали охотились на всех белых, которые осмеливались вторгнуться на их земли, и на совести этого племени была смерть уже нескольких дюжин трапперов. А еще черноногие непрестанно воевали с другими племенами, и их военные отряды часто отправлялись в походы за сотни миль, нападая по дороге на любое индейское поселение. И все-таки больше всех их боялись, хотя и презирали, белые.
— Не сомневайся, Тянущий Лассо и его отряд прискачут на место завтра утром, разодетые в пух и прах, верхом на лучших лошадях, — заверил Шекспир.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20

Загрузка...

науч. статьи:   происхождение росов и русов --- политический прогноз для России --- реальная дружба --- идеологии России, Украины, ЕС и США
загрузка...