ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   принципы идеальной Конституции,   прогноз для России в 2020-х годах,   расчет возраста выхода на пенсию в России закон о последствиях любой катастрофы
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 




Айзек Азимов
Смертный приговор


Рассказы о роботах Ц



Айзек Азимов
Смертный приговор

Бранд Корла кисло улыбнулся:
– Все это несколько преувеличено, знаешь ли.
– Нет, нет, нет! – розовые глазки маленького альбиноса метали молний. – Дорлис был велик, когда еще нога человека не ступала на планеты системы Беги. Он был столицей Галактической Конфедерации более великой, чем наша.
– Ну хорошо. Назовем его древней столицей. Примем это допущение и оставим остальное археологам.
– Археологи тут ни при чем. Найденное мной требует участия совершенно уникальных специалистов. А ты член Совета…
Бранд Корла с сомнением посмотрел на собеседника. Да, конечно, Теор Реало учился с ним вместе на последнем курсе – где-то в глубине памяти смутно маячило воспоминание о маленьком белобрысом недотепе. Сколько лет прошло с тех пор… Еще тогда этот альбинос был со странностями – это Корла помнил точно. Он так и остался чудаком.
– Я сделаю, что смогу, – сказал Бранд, – если ты объяснишь, чего же, собственно, хочешь.
Во взгляде Теора Читалась решимость.
– Я хочу, чтобы ты представил Совету определенные факты. Ты можешь это сделать?
– Должен напомнить тебе, Теор, – уклончиво ответил Бранд, – что, даже если я возьмусь помочь, мои возможности невелики – я всего лишь самый молодой из членов Психологического Совета. Я не имею особого влияния. – Ты должен постараться. Факты будут говорить сами за себя. – Руки альбиноса дрожали.
– Ладно, – обреченно вздохнул Корла. В конце концов, этот недотепа все-таки его однокурсник. Не стоит так уж к нему придираться.
Бранд откинулся на спинку стула и позволил себе расслабиться. Сквозь высокие – до потолка – окна лился свет Арктура. Поляризующие стекла рассеивали лучи, делали свет более мягким, но даже такое освещение было слишком сильным для розовых глаз Теора, и во время беседы он прикрывал лицо рукой.
– Бранд, я провел на Дорлисе двадцать пять лет. Я бывал в местах, о существовании которых нынешние обитатели планеты даже не догадываются. И я кое-что нашел. Дорлис был научной и культурной столицей цивилизации, которой наша и в подметки не годится. Да, да, в особенности в том, что касается психологии.
– События прошлого всегда кажутся более великими, чем современные, – снисходительно улыбнулся Корла. – Об этом говорит теорема, известная любому первокурснику – ее еще на студенческом жаргоне зовут «теоремой БОГ» – от «былые отменные годочки». Ладно, продолжай.
Теор спрятал за гримасой ехидную усмешку.
– Конечно, всегда можно отделаться от неприятного факта, приклеив ему дурацкий ярлык. Но ты мне вот что скажи. Что ты знаешь о психологической инженерии?
– Такой вещи просто не существует, – пожал плечами Бранд. – По крайней мере, в строгом математическом смысле. Конечно, всякая пропаганда и реклама являются грубой формой психологической инженерии – и иногда чертовски эффективной. Ты это имеешь в виду?
– Вовсе нет. Я говорю о реальных массовых длительных экспериментах в контролируемых условиях.
– А, да, подобные вещи обсуждались. Но на практике они неосуществимы. Наши общественные структуры такого не потерпят, да и уровень науки не позволяет проводить эффективный контроль.
Теор постарался сдержать свое возбуждение.
– А уровень науки древних позволял, более того, они успешно осуществляли контроль.
– Изумительно. Щекочет нервы, – флегматично отозвался Бранд. – Но откуда ты все это знаешь?
– Я нашел говорящие об этом документы. – Теор сделал паузу, ему не хватало дыхания. – Целая планета, Бранд! Мир, выбранный так, чтобы соответствовать всем условиям, населенный существами, каждый шаг которых контролируется. Изученный, запротоколированный, управляемый эксперимент. Представляешь себе картину?
Бранд решил, что у собеседника, пожалуй, не заметно явных симптомов психического отклонения. Но кто знает, может быть, более тщательное наблюдение…
– Ты что-то напутал, – произнес он ровным голосом. – Это абсолютно невозможно. Такой контроль над человеческими существами требовал бы учета слишком многих переменных.
– В том-то и штука, Бранд: они не были человеческими существами.
– Что?!
– Это были роботы, позитронные роботы. Целый мир, населенный роботами, существующими и реагирующими на окружающую среду под наблюдением психологов – психологов в полном смысле этого слова!
– Это безумие!
– У меня есть доказательства. Мир роботов все еще существует. Первая Конфедерация распалась, но планета роботов уцелела. Она все еще существует.
– Откуда ты знаешь? Теор Реало встал:
– Откуда? Я провел там последние двадцать пять лет. Председатель Совета сбросил отороченную алым мантию и вытащил из кармана длинную и кривую, совершенно не подходящую к официальной обстановке сигару.
– Нелепица, – промычал он, – полное сумасшествие.
– Именно, – согласился Бранд. – Поэтому-то и нельзя обрушить все это на Совет без подготовки. Они просто не станут слушать. Вот я и решил сначала поговорить с вами, а уж потом, с вашей поддержкой…
– С ума сойти! Никогда не слышал ничего столь… Кто этот парень?
– Одержимый, конечно. Мы с ним вместе учились на Арктуре V. У этого альбиноса котелок всегда варил странно. Он был помешан на древней истории. Таким типам если уж что втемяшится, они своего добьются просто тупым упорством. Он околачивался, по его словам, на Дорлисе двадцать пять лет. У него теперь есть все материалы об этой древней цивилизации.
Председатель яростно дымил своей сигарой.
– Ну как же, знаю. В телесериалах великие открытия всегда совершают блистательные самоучки. Вольные стрелки. Одинокие волки. О Боже! Вы советовались в Департаменте археологии?
– Конечно. Результат получился забавный. Дорлис никого не интересует Это, видите ли, даже не древняя история. Пятнадцать тысяч лет назад! Миф, и только. Уважающий себя археолог не станет тратить время на подобную ерунду Такое открытие только и может сделать ушибленный увесистой книгой простофиля с единственной мыслью в голове. Ну а теперь, конечно, если дело выгорит, Дорлис станет раем для археологов.
Глава совета скорчил гримасу.
– Все это нелестно для человеческого эго. Если в ваших словах есть хоть доля правды, то на фоне достижений в области психологии так называемой Первой Конфедерации мы выглядим пускающими пузыри идиотами. К тому же получается, их позитронные роботы на семьдесят пять порядков выше всего, что мы когда-либо дерзали проектировать. Клянусь Галактикой! А вы представляете, какая для этого нужна была математика?!
– Видите ли, сэр, с кем я только не консультировался. Я не стал бы тревожить вас, пока не убедился, что обследовал все закоулки этого темного дела. Я начал с Блейка – он ведь математик-консультант Юнайтед Роботс. Он сказал, что не видит особых препятствий. При наличии времени, денег и прогресса в психологии – обратите на это внимание – такого робота можно было бы построить прямо сейчас.
– А какие у него доказательства?
– У кого, у Блейка?
– Да нет, у вашего дружка, альбиноса. Вы говорили о каких-то записях.
– Да. Они у меня с собой. Нет никаких сомнений в древности представленных им документов – я проверил это всеми доступными методами. Прочесть их я, разумеется, не в состоянии. Вряд ли это может сделать кто-нибудь, кроме Теора Реало.
– То есть мы играем картами, которые он сдает. Приходится верить ему на слово.
– Да, более или менее. Он сам – признает, что способен расшифровать только отдельные отрывки. Теор говорит, что язык восходит к древнему центаврийскому. Я засадил за расшифровку лингвистов. Этот орешек можно расколоть, и, если перевод Реало неверен, мы об этом скоро узнаем.
– Хорошо. Давайте посмотрим, что там. Бранд Корла вынул залитые в пластик документы. Председатель Совета отодвинул их в сторону, взял перевод и, утопая в клубах дыма, погрузился в чтение.
– Хм-м… Подробности, как я понимаю, можно узнать только на Дорлисе, – был его комментарий.
– Теор утверждает, что там от ста до двухсот тонн чертежей – и это только разработки позитронного мозга. Они все еще находятся в предназначенном для них хранилище. Но это только цветочки. Теор был на самой планете роботов. У него есть записи, телетайпные распечатки, все такое прочее. Они не систематизированы, и по ним видно, что собирал их человек, весьма далекий от психологии. И все же он умудрился получить достаточно данных, чтобы с несомненностью доказать: мир, который он посетил, не является… не является возникшим естественным путем.
– Все это у вас тоже с собой?
– Да, да, все. Большая часть записей в виде микрофильма, но я принес с собой проектор. Вот ваш окуляр.
Через час председатель сказал:
– Завтра я соберу Совет, и мы провернем это дело.
– И мы пошлем экспедицию на Дорлис? – с легкой улыбкой спросил Бранд Корла.
– Если, – последовал сухой ответ, – мы получим для этого ассигнования от университета. Оставьте все материалы у меня, пожалуйста. Я хотел бы познакомиться с ними поподробнее.
Теоретически Департамент по науке и технике должен осуществлять административный контроль над всеми научными разработками. На практике, однако, правительство предпочитает не вмешиваться в работу большинства исследовательских групп, как принадлежащих различным университетам, так и самостоятельных. Но, как известно, нет правил без исключений.
Вот почему, как ни кипел от гнева председатель Совета, он не смог отказать в беседе Уинну Марри. Официальное звание Марри звучало как «помощник секретаря по вопросам психологии, психиатрии и ментальной технологии», и он был весьма сведущим психологом.
Все, что мог себе позволить в этих обстоятельствах председатель, – это свирепый взгляд.
Помощник секретаря Марри добродушно проигнорировал нелюбезный прием. Потирая свой длинный подбородок, он обратился к председателю:
– Мы получили недостаточную информацию. Не могли бы вы кое-что уточнить? – Не понимаю, какие сведения вы хотите получить, – холодно ответил тот – При распределении финансирования университетом правительство имеет лишь совещательный голос, и могу сказать, что в данном случае в советах мы не нуждаемся.
Марри пожал плечами:
– Мне нет дела до распределения средств. Но ведь вы не сможете покинуть планету без разрешения правительства. Вот тут-то и встанет вопрос о недостаточности предоставленной вами информации.
– Других сведений, кроме уже переданных вам, не существует.
– Ну, кое-что просочилось. К чему это детское, никому не нужное секретничанье?
Старый психолог вспыхнул:
– Секретничанье! Если вы не знакомы с тем, как такие вещи делаются в науке, ничем не могу вам помочь. Пока не достигнут определенный прогресс, исследования, да еще такой значимости, не обнародуются и не могут обнародо-ваться. По возвращении мы пришлем вам копии всех своих публикаций.
Марри покачал головой:
– М-м. Так не пойдет Вы ведь отправляетесь на Дорлис, не так ли?
– Мы поставили в известность об этом Департамент по науке.
– Зачем конкретно?
– Почему это так вас интересует?
– Потому что дело серьезное: иначе вы не отправлялись бы туда сами. Так что там насчет древних цивилизаций и мира роботов?
– Зачем спрашивать, раз вы все знаете?
– До нас дошли только неясные слухи. Я хочу узнать детали.
– Сейчас мы ими не располагаем. Что-то может проясниться, только когда мы доберемся до Дорлиса.
– В таком случае я лечу с вами.
– Что?!.
– Видите ли, я тоже хочу получить ясность.
– Зачем?
– Ах, – Марри встал. – Вот уже и вы задаете вопросы. Но теперь это бесполезно. Я прекрасно знаю, что университеты не в восторге от правительственной опеки, и не надеюсь на добровольную помощь с вашей стороны. Но клянусь Арктуром, на этот раз я помощь получу, и меня неволнует, будете вы упираться или нет. Ваша экспедиция отправится только в том случае, если в ней – как представитель правительства – буду участвовать и я.
Как планета Дорлис ничем не примечательна. Ее вклад в галактическую экономику близок к нулю, основные торговые маршруты обходят ее стороной, население – отсталое, а история забыта.
1 2 3 4
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   циклы национализма и патриотизма и  пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и 
загрузка...