ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Фантомас – 21

Zmiy (zmiy@inbox.ru), 08.12.2002
«П.Сувестр и М.Аллен. Затерянный поезд. Любовные похождения князя»: МП «Этоним»; Минск; 1993
ISBN 5-460-00084-X
Оригинал: Pierre Souvestre, “Le train perdu”, 1912
Перевод: Артур Лааст
Пьер Сувестр и Марсель Аллен
Затерянный поезд
Глава 1
ЧЕЛОВЕК В ЗАСАДЕ
Было около восьми часов вечера. С террасы ресторана «Вержю», что означает «кислое вино», можно было наблюдать, как на воды Марны опускается густая пелена тумана. Сквозь нее едва пробивались мерцающие огоньки фонарей, привязанных к носовой части лодок в ожидании любителей ночных прогулок.
Справа смутно вырисовывались контуры темной громады крутого высокого берега реки, невидимого для глаза. Слева, над горизонтом, стояло неизменное красноватое марево, подобное отсвету пожаров; там, без сомнения, находились столичные парижские бульвары.
Ресторан казался погруженным в тень. Действительно, в зале было почти темно, лишь на террасе за колченогими столиками сидела дюжина кутивших посетителей, которые вели беседы, временами пели или кричали, переходя моментально от дружеских излияний к яростной схватке.
Днем в зале неизменно пиликали скрипки, кружили пары, звучали громкий смех и песни, стоял шум и гам.
По вечерам на берегу реки устанавливалась тишина, и голоса запоздалых посетителей казались почти святотатством среди покоя, воцарившегося в этих местах.
Правда, участники позднего ужина были сейчас очень далеки от мысли, что они ведут себя непотребным образом. Совсем наоборот, веселье их становилось час от часу все более буйным.
– Эй, Красавчик! – кричал старик, обладатель необычно белой бороды, Бузотер собственной персоной. – Чего теперь уминать-то будем?
Красавчик, сидевший напротив Бузотера и обнимавший за шею Мари Легаль, которая стала недавно его любовницей, приподнялся, чтобы испепелить бывшего бродягу взглядом.
– Да ты, малыш, не умеешь вести себя, – сказал он. – Разве я должен выбирать харчи? Нет, это дело женатого человека угощать и гулять.
Реплика была встречена хохотом и рукоплесканиями, так что Бузотеру стоило большого труда восстановить тишину.
– Для начала, – заявил он, – я покамест еще не женат, может, оно и будет когда-нибудь, но сегодня я еще холост. И мне ли сейчас выкладывать денежку…
Бузотер хотел продолжить, но мамаша Тулуш, которая вечно старалась женить на себе Бузотера, вышла вперед и решительно оборвала его.
– Да ты, голубчик, – сказала она, – такие деньги уже сегодня выложил, а говоришь, тебе ли роскошествовать… В кошельке у тебя и так уже ни шиша, и если платить должен опять ты, совсем нищим будешь…
Тулуш властно продолжала:
– Потом, не мы одни собираемся жениться. Вот Иллюминатор и Горелка, они совершенно созрели для этого дела!
На этот раз последовали еще более громкий хохот и бурные рукоплескания.
Точно, все об этом знали и никто не оспаривал. Иллюминатор и Горелка, двое неразлучных, уже некоторое время пылали страстью к Адель. Никто не знал наверняка, чьей любовницей она была. Похоже, что обоих сразу и что всех устраивала жизнь на троих. Тем не менее, всем казалось, что это необыкновенное содружество завершится свадьбой.
Красавчик отреагировал короткой фразой:
– Брак, по мне, самая настоящая чума. Бузотер женится на Тулуш, Иллюминатор и Горелка женятся на Адель, черт побери. Да, есть у вас, отчего перепугаться… И мне охота бросить Мари Легаль сию минуту от страха, что в один прекрасный день она может стать моей законной половиной.
Пока же Красавчик говорил, он прижимал к себе все нежнее Мари Легаль, щекоча ее ухо кончиками усов, обильно омытыми содержимым всех рюмок, опрокинутых им за день.
Что и говорить, тема для споров была серьезная. Тут из кабака выплыл сам Вержю, хозяин заведения, который стал со временем называться его именем.
Это был толстяк с коротко подстриженными волосами, тройным подбородком, широченными плечами, сильными руками, который ступал, как утка – ему мешал громадный толстый живот.
– А ну-ка, подвали, хозяин несчастный! – рычал Иллюминатор. – Чем нас теперь кормить собираешься?
Так как бегать Вержю не мог, он подошел к клиентам не торопясь.
– Ну что, компашка, – начал он, – как вашим жерлам жуется?
Это было единственное выражение, которое он придумал за всю свою жизнь, и, гордясь им чрезмерно, он вворачивал его, где только мог.
«Компашка», однако, не рассмеялась. Вержю продолжал:
– Верно, что на террасе у воды лучше, чем в зале? Разве я не прав?
– Заткнись! – обрезал его Красавчик.
– Оставь свое право при себе.
Тут раздался мстительный голос мамаши Тулуш:
– Ты нам за это заплатишь, рухлядь. Говоришь, в хате никого нет? А нас отправляешь купаться в речке… Разве это дело для ревматиков, вот увидишь, что сейчас получится.
Но Вержю лишь пожал плечами и пленительно улыбнулся, обнажив великолепную вставную челюсть, под стать большой сторожевой собаке.
– Красавица ты моя, – ответил он, смерив Тулуш взглядом с головы до ног, – не в обиду тебе будет сказано, разговариваешь ты, как грымза. Не надо хамить, раз я не хочу. В зал захотели? Не надо приставать, мне не нравится это, понятно? Я усадил вас тут, на верхотуре, здесь и оставайтесь.
Потом, смягчившись, он предложил:
– Может, порцию солонины с картошкой?
Адель поморщилась:
– Опять свинина, это не изысканно!
Иллюминатор захотел, конечно, шикануть:
– Надо бы чего-нибудь получше, Вержю. Ты что, не видишь, что с нами дамы. Принеси деликатесы, может, найдешь рокфора…
Именно это у Вержю и было. Он ответил:
– У меня имеется знаменитый сорт рокфора. Там внутри столько червей, что кажется, будто жрешь мясо. Вы у меня запоете!
Он повернулся и ушел. Когда он воротился, то глазам его гостей предстал совершенно сгнивший сыр.
– Вот, – сказал Вержю, – знатоки бы сделали из этого паштет.
Но Бузотер был другого мнения:
– Да никогда в жизни! Знатоки! Я сам знаток, я был продавцом, продавал именно сыр. Не надо мне вешать лапшу на уши!
Увы, его не слушали. Тулуш схватила кабатчика за руку и дружески трясла ее:
– Послушай, почему ты все-таки не хочешь впустить нас в хату? Что, у тебя нет горючего в газовых рожках?
Говоря это, Тулуш состроила томные глазки, пытаясь выглядеть соблазнительной.
Это было, с ее стороны, неосторожно при своем женихе Бузотере и бесполезно для Вержю, человека совершенно неподкупного, который говорил, что его не волнуют прелести слабого пола.
– Ничего не поделаешь, красавица моя, я тебе докладывать не буду. Вы мне помешаете в хате, вот и все!
После столь загадочного ответа Вержю удалился, отказав компании в салоне своего заведения и заставив ее ужинать под открытым небом.
Опершись на сальную клеенку, которой был накрыт стол, Тулуш заговорила доверительно:
– Полагаю, друзья, что я вовсе не должна набрать в рот воды и онеметь. Этот Вержю замыслил какую-то пакость. То, что он не впустил нас в зал, связано с типом, который живет на втором этаже…
Она показала рукой на потонувший во мраке кабачок, в окне второго этажа которого виднелся слабый луч света.
– Там, – сказала немолодая женщина, – этот тип в черном. Я не знаю, кто он такой, но подозреваю, что из шишек…
Наклонившись к Красавчику, она добавила совсем тихо:
– …или из префектуры.
Между тем, все налегли на рокфор. И хотя ужин длился уже долго, в толстом куске сыра образовались вскоре значительные бреши.
– Знаменитый сорт! – говорила Адель с полным ртом. – Ах, как я пропахла вся, как он летит кубарем в живот, как подымается потом и ударяет в нос! Я сыта по горло!
И даже Мари Легаль подтвердила:
– Ничего хорошего, буржуи такое не едят.
Так как Мари Легаль была нянькой, она считала себя знатоком порядка, заведенного в буржуазных семьях, привычек тех людей, которых она называла, как и ее любовники, «обожравшиеся».
Иллюминатор и Горелка тем временем уловили мысль Тулуш.
Пока дамы обсуждали сыр, двое громил встревоженно переглядывались.
– Слыхал, Горелка, мамаша говорила о префектуре?
– Да уж, старина! У меня весь аппетит перебило!
Красавчик встал. Опираясь на плечо Тулуш, он наклонился к ее уху:
– Что, по-твоему, сыр воняет? Если такой хозяин, как Вержю, не впускает клиентов вроде нас, это что-то означает… Каков из себя тип со второго этажа? Ты его видела?
– Нет, – ответила Тулуш, – я только заметила, как он промелькнул.
– А он тебя разглядел?
– Тогда нет, только сейчас.
Красавчик вскочил:
– Как, сейчас? Да что ты мелешь!
– Я хочу сказать, что за нами следят…
Тулуш говорила сквозь зубы, не повышая голоса, чем возбудила любопытство Бузотера.
– Ничего себе дела, – сказал бродяга, – тут собираются наставить мне рога перед самой свадьбой. Красавчик, может, хватит похабничать перед моей суженой?
Бузотер хотел было помешать разговору, но тут Красавчик наградил его увесистым тумаком.
– Ты, заткнись, – прорычал громила, – не суйся, куда тебя не просят.
И Красавчик позвал:
– Иллюминатор! Горелка! Слыхали, что мать напела? Наверху сидят фараоны…
Иллюминатор и Горелка отлично расслышали сказанное старухой.
– Так надо драпануть! – заключил Иллюминатор.
Горелка пожал плечами:
– Смываться, так смываться.
Но Красавчик был не из тех, кто отступает просто так.
– Лучше всего нас застукали бы тогда, когда мы переходили мост, руки живо на затылок и… Нет, это было бы слишком просто, – сказал он насмешливо. – А потом, я везунчик, меня так просто не купишь. Надо разузнать все как следует.
Красавчик ударил кулаком по столу и громко позвал:
– Вержю, эй, Вержю!
Хозяин заведения вышел и прислонился к дверному косяку.
– Время позднее, что это такое! Перестаньте вы орать, наконец!
– Подвали-ка к нам!
Вержю приблизился.
– Ну чего вам еще после рокфора надо?
Он вел себя как-то неестественно.
Все почувствовали неловкость и тревогу, а дрожь, которая их охватила, объяснялась не только ночной прохладой.
– Послушай, кореш Вержю, – начал Красавчик, – давай будем откровенны. Скажи нам: ты не впустил нас в хату из-за придурка, которого держишь на втором этаже? Кто этот тип?
Вержю пожал плечами:
– Я не знаю.
– Это правда? И ты его никогда не видел?
– Никогда.
После некоторого молчания Красавчик спросил:
– Это не фараон, случайно? Он за нами следит?
Вержю молчал.
Теперь смятение овладело всеми участниками ужина. Адель потянула Иллюминатора за рукав:
– Надо уйти, милый.
Но Иллюминатор еще сомневался.
Тогда шалава обратилась к Горелке:
– Скажи, милый, надо уносить ноги?
Горелку трясло, как и Иллюминатора.
– Сделаем, как другие, – сказал он.
И он спросил Красавчика:
– Ну что, порубаем еще или смотаем удочки?
Красавчик подмигнул Тулуш и повернулся к Вержю:
– Скажи, хозяин несчастный, если ты имеешь дела с Кэ де л'Орлож, так надо было все же нас предупредить. Как бы твои дела не вышли тебе боком!
В словах громилы сквозила явная угроза, но Вержю и ухом не повел.
– Все в порядке! – заявил он. – Нет причин, чтобы вы стали мне шутки устраивать. Для начала, никаких таких дел у меня нет. У меня свои счета с префектурой. Что касается того типа там, наверху, то я вам сказал уже, что не знаю, кто он такой. Он пришел раньше вас и сказал так: «Хозяин, ты обслужишь меня наверху, а тех типов, которые сюда придут, ты посадишь в саду».
Слова Вержю показались искренними. Может быть, он и на самом деле не знал ничего сверх того, что уже сказал. Но и сказанного оказалось уже вполне достаточно.
Тулуш подвела итог:
– В общем, это фараон, который пялит на нас из-за ставен. Если драпанем направо, нас заметут за мостом. Если удерем налево, нас возьмут за жабры у воды… Крышка нам!
Внезапно сильно побледнев, Тулуш обняла Бузотера за шею.
– Ах, милый, я как чувствовала беду, меня такое беспокойство разобрало. Сегодня вечером я так капитально влюблена…
Никто не слушал Тулуш, только Бузотер был немного тронут ее словами.
Каждый трясся за свою шкуру. Положение было действительно аховым: друзья собрались у Вержю покутить в свое удовольствие, и вот их выследили.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45