ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Хелен переложила ребенка с руки на руку.
– Хочешь подержать ее? В конце концов, она теперь и твоя дочь, потому что вы с Уильямом поженились.
Тамсин мгновенно напряглась. Улыбка застыла у нее на лице. Она не собиралась становиться матерью Кэтрин, когда заключала с Уильямом соглашение о женитьбе. Он едва упомянул о ребенке, и то для того, чтобы объяснить, как важно ему в кратчайшие сроки обзавестись женой. Как могла она играть роль матери, зная, что очень скоро уйдет отсюда навсегда? Девушка нерешительно посмотрела на Уильяма. Но он только кивнул, подбадривая ее.
Хелен передала Кэтрин девушке. Малышка перешла в объятия Тамсин, мгновенно одаривая её каким-то уютным ощущением тепла, нежности и чувством восторга. Тамсин прижала ребенка к груди и, повинуясь древнему, как сам мир, инстинкту, принялась потихоньку покачивать ее. Кэтрин спокойно, не мигая, смотрела на Тамсин. А потом без предупреждения скривила мордашку и начала хныкать. Тамсин переложила ребенка на правую руку и принялась покачивать сильнее, осторожно похлопывая по маленькой грудке своей левой рукой, не зная, что еще можно сделать. Кэтрин стремительным движением вцепилась в левую руку девушки, спрятанную в складках шелка, подтянула ее ко рту и начала сосать.
Подавленная тем, что ее рука оказалась на виду и даже хуже того – во рту ребенка, Тамсин попыталась отнять ее у малышки, но Кэтрин снова захныкала. Она посмотрела на Уильяма умоляющим взглядом, но он только поднял брови и пожал плечами.
Хелен стояла рядом с Тамсин и смотрела на ее руку странной формы, которая сейчас была открыта почти полностью. Тамсин хотелось провалиться сквозь землю. Она была уверена, что Хелен испытывает сейчас отвращение, но не решалась ничего предпринять.
– Она любит сосать руки у всех нас, – улыбнулась Хелен, ее карие глаза блестели. – У нее режутся зубки. Надеюсь, ты не возражаешь?
Тамсин ощутила, как слезы подступили к горлу. Она посмотрела на Хелен и улыбнулась ей в ответ. Сейчас девушке казалось, что изъяны на коже Хелен исчезли. Для нее эта женщина была самой красивой и доброй из всех людей на земле.
– Нет, конечно, – произнесла Тамсин. – Пусть сосет, если ей нравится. Она такая прелестная, такая милая…
– Мы тоже так думаем, – засмеялась Хелен. – Очень хорошая девчушка.
– Да уж, – нежно проговорил Уильям. – Иди ко мне, моя маленькая Кэт, ты уже достаточно долго общаешься с госпожой Тамсин. – Он осторожно, но ловко взял дочь из рук Тамсин.
Девушка поправила завернувшуюся манжету сорочки и прикрыла ею руку. Хотя она и была изумлена, что Хелен, как и Уильям, ничуть не обеспокоилась, увидев ее руку, ей было не так-то легко привыкнуть, что ее изъян кто-то может воспринимать без страха и омерзения. Тамсин чувствовала себя более комфортно, когда рука была спрятана. Но сердце ее переполняло чувство благодарности и любви ко всем Скоттам, обитателям Рукхоупа.
Хелен снова улыбнулась.
– Ты выглядишь замечательно, Тамсин. Я рада, что выбрала для тебя черное с золотом. Индиго – второе платье, которое я тебе оставила, – тоже должно подойти. Может быть, тебе нужна помощь? Причесать волосы или подобрать шапочку? Если те, что я принесла в твою спальню, не подходят, у меня есть другие…
– Я… я… – Тамсин запнулась. Ей снова пришлось бороться со слезами от переполнявших ее чувств. Наконец она справилась с собой и ответила: – Нет, спасибо, Хелен, все вещи просто замечательные. Я сама закончу и скоро спущусь к ужину.
– Хорошо. Мама рада будет узнать, что ты уже чувствуешь себя лучше, – сказала Хелен и усмехнулась, будто их троих – ее, Уильяма и Тамсин – объединяла некая тайна. Она развернулась и направилась к двери.
Уильям смотрел на Тамсин, на лице его было сейчас такое родное для него умиротворенное, нежное выражение. Взгляд смягчился, на губах играла теплая, спокойная улыбка. Его дочь прислонилась головкой к его плечу и, закрыв глазки, мирно посасывала свой кулачок. Мужчина вытянул свободную руку и кончиком пальца провел по скуле Тамсин, очертив ее контур до подбородка, а затем суставом согнутого пальца аккуратно приподнял подбородок девушки.
– Бесконечное многообразие природы, – прошептал он, ласково поглаживая ей щеку.
Они стояли и смотрели друг другу в глаза. Девушка на мгновение опустила веки, впитывая его прикосновения, его доброту, его близость. Она надеялась, что он сейчас поцелует ее. Но Уильям отступил на шаг, опустил руку, все еще не отрывая взгляда от девушки. Затем повернулся и вышел.
Тамсин какое-то время стояла одна посреди библиотеки, тяжело и бурно дыша и глотая слезы, отчего-то брызнувшие из глаз. Наконец поборов свою вспышку, она развернулась и наткнулась взглядом на стол, где на медной подставке стоял маленький деревянный глобус.
Тамсин протянула к нему левую руку и провела ладонью по гравированной поверхности. Она обводила кончиком ущербной руки очертания материков, наблюдая, как сфера от ее прикосновений начинает медленно вращаться. Она чувствовала себя так, будто ее собственный мир – маленькая, незначительная сфера ее существования – каким-то образом приподнялся, перевернулся и теперь вращался под другим солнцем. И Тамсин поняла, что в ее жизни и в ней самой никогда уже ничего не будет по-прежнему.
Часть XX
– Как безнравственно со стороны Масгрейва сделать из девушки узницу, чтобы добиться от ее отца послушания! – возмутилась леди Эмма, склоняясь над пяльцами. – В Шотландии часто берут людей в заложники, но чтобы англичанин захватил шотландскую девушку! – Она осуждающе покачала головой.
– Мама, мы знаем, что у Джаспера Масгрейва холодное сердце, – заметила Хелен. Она сидела на полу и играла с Кэтрин.
– Именно поэтому я сказал ему, что Тамсин будет находиться в Рукхоупе сколько потребуется, – сказал Уильям, сидя в кресле у камина.
Эмма, не отрываясь от работы, быстро взглянула на сына.
– Но ты говорил, что тогда не собирался жениться на ней.
– Правильно, – ответил Уильям. – Это случилось позже.
– Уильям, – обратилась она к сыну, – что заставило тебя принять такое решение?
Игла ловко сновала через ткань, ведомая тонкими, умелыми пальцами женщины. Он немного помолчал, потом произнес единственное слово:
– Судьба…
– А… – Эмма, казалось, собиралась сказать что-то еще, но только кивнула и вернулась к работе.
Уильям хотел рассказать ей больше и расскажет, решил он, но как-нибудь в другой раз. За ужином, говоря о своей женитьбе, он лишь коснулся самого главного. Тамсин к ужину не спустилась, хотя ее ждали и даже сели к столу позднее обычного.
Этим вечером Уильям напомнил леди Эмме и Хелен, что он нуждался в жене, чтобы Кэтрин осталась в Рукхоупе. Он, конечно, упростил свой рассказ, выкинув из него все, что касалось веления судьбы.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111