ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

«Я во многом мог бы упрекнуть вас, граф де Трекасси. Ваше присутствие в моем доме для меня тягчайшее оскорбление. Но я позволил вам остаться, потому что у меня были на то свои причины. Однако все скоро разрешится само собой. Итак, я даю вам срок до конца недели. А теперь идите». И это было все, что Жервез услышал от него. Он вышел из библиотеки и прислонился к стене — колени его дрожали. Он ненавидел себя за то, что не сказал графу, что тот трус, хвастун и недостоин смахнуть даже пыль с его, Жервеза, сапог. Нет, он промолчал, и ему было нестерпимо стыдно за свое малодушие.
— Да, — промолвил он, отогнав неприятные воспоминания, — у нас остается мало времени. К концу недели меня уже здесь не будет.
Элсбет бросилась ему на грудь.
— О нет, это невозможно! Жервез, я не хочу, чтобы ты уезжал! Ты теперь мой, и я никуда тебя не отпущу. Прошу тебя, пожалуйста, не уезжай. — Глаза ее наполнились слезами. Она сглотнула, пытаясь удержать рыдания, но слезы уже потекли у нее по щекам. — Как это несправедливо! У Арабеллы есть все, хотя она, кажется, и не довольна тем, что имеет. Даже леди Энн теперь сама себе хозяйка и может делать все, что пожелает. И только я всю жизнь была отверженной, никому не нужной — меня никто, никто никогда не любил! Я умру, если ты уедешь. Я не перенесу одиночества.
Ему стало жаль ее — такое безграничное отчаяние было в ее дрожащем голосе. Но он не мог поступить иначе. Он нежно отер слезы с ее щек и сказал:
— Мужайся, Элсбет. Для нас с тобой настали тяжелые времена. Как я уже говорил тебе, это дом графа, и здесь его воля — закон, какие бы мотивы ни повлияли на его решение. Словом, у меня нет выбора.
— А ты сказал ему, что не хочешь уезжать? Сказал, что мы с тобой любим друг друга и не хотим разлучаться?
— Сказал, — без колебаний солгал Жервез, — но он и слышать ничего не хочет. Он ненавидит меня, вот и все.
Элсбет без сил опустилась на колени. Она потеряла Жозетгу и вот теперь теряет Жервеза.
— Я знаю, что делать, — внезапно промолвила она, и в ней снова затеплилась надежда. — Я поговорю с графом. Он меня выслушает. Он был так добр ко мне все это время. Он относится, ко мне лучше, чем к самой Арабелле, а ведь она его жена. Нет, сначала я поговорю с леди Энн — я знаю, она любит меня. Я расскажу ей про нас с тобой, что мы любим друг друга и хотим пожениться как можно скорее, что я умру от горя, если тебя заставят расстаться со мной.
При мысли о том, что она действительно может разболтать все графу или леди Энн, Жервез испытал ужас. Она все испортит, наивная глупышка! Надо ее переубедить, надо заставить подчиниться себе.
— Слушай меня, Элсбет. Как я уже говорил, граф все знает про нас с тобой. Вне всякого сомнения, он все расскажет леди Энн. Но это ни к чему не приведет, разве ты не понимаешь? Он не хочет, чтобы мы были вместе, и настроит леди Энн против нас. Я запрещаю тебе унижаться перед ним, моя малышка. — Он слегка встряхнул ее за плечи. — Ты должна слушаться меня, Элсбет. Мы поступим по-другому. Ты ведь поедешь вместе с леди Энн в Лондон, когда кончится срок ее траура. Я встречусь там с тобой, и мы убежим вместе. Я отвезу тебя в Брюссель.
Личико ее расцвело при этих словах, глаза засверкали.
— Ах, любимый мой, как ты все замечательно придумал! Я знала, что ты найдешь выход. Как это будет романтично! С моими десятью тысячами фунтов нам не придется заботиться о будущем. Ты такой умный, Жервез, ты вложишь эти деньги в какое-нибудь прибыльное дело, и мы с тобой разбогатеем.
Ну вот и все, дело сделано. Теперь ему не придется волноваться насчет Элсбет, Внезапно глаза ее подернулись печальной дымкой.
— Но, Жервез, леди Энн отправится в Лондон не раньше чем через полгода. Неужели мы так долго будем вдали друг от друга? Нет, я не вынесу разлуки! Разве нет другого выхода?
Жервез нетерпеливо щелкнул пальцами.
— Жили же мы друг без друга все эти годы. Что для нас значат теперь несколько месяцев? Вот увидишь, моя маленькая кузина, время пролетит быстро.
Она поняла, что его раздражают ее настойчивые мольбы, и поспешно добавила:
— Я знаю, что ты прав, но позволь мне сказать, что я буду ужасно скучать по тебе.
— И я тоже, — кивнул он, чрезвычайно довольный собой.
Он поднялся, чтобы уйти, но она удержала его за рукав и воскликнула:
— Прошу тебя, останься со мной сегодня. Ведь мы так давно не были вместе — ни разу после смерти Жозетты. Останься со мной. Я хочу тебя, Жервез.
Он был совершенно не готов к такому повороту событий и стоял словно оглушенный. Мысль о близости с ней наполнила его холодным ужасом. Но он не может дать ей это понять. Он попытался взять себя в руки и промолвил мягко, но твердо, стараясь скрыть отвращение, которое внушала ему ее просьба:
— Элсбет, послушай меня. Мы не должны больше встречаться тайком. Граф все знает — я же сам ему сказал про наши чувства друг к другу. Но он еще больше разозлится, если ему станет известно, что я продолжаю видеться с тобой наедине. Он выставит меня из дому, не дожидаясь конца недели. А я не хочу уезжать от тебя, пока меня к этому не принудят. Так что теперь нам надо быть осторожнее. Больше не будет никаких свиданий на сеновале, Элсбет. Не плачь, прошу тебя. Ты же знаешь, что обладать тобою для меня величайшее наслаждение, но отныне это может помешать нашим планам — вдруг кто-нибудь застанет нас здесь? Даже простое подозрение может все испортить. Ты должна это понять. Нам надо думать о будущем.
Элсбет почувствовала себя глубоко несчастной: сознание того, что они с Жервезом будут оторваны друг от друга на шесть долгих месяцев, наполнило ужасом ее сердце. Теперь ее жертва представлялась ей залогом ее верности и любви к нему. Страстное волнение охватило ее.
— В последний раз, Жервез. Обними меня в последний раз.
Ее настойчивость, желание, засветившееся в ее темных глазах, внушили ему еще большее отвращение — не к ней, но к самому себе. Но она не должна сомневаться в его любви. Он сделал над собой усилие, чтобы не отстраниться от нее, обнял ее за плечи и прижал свои губы к ее губам.
В ее отчаянном стремлении сохранить эти последние минуты, которые им суждено было провести вместе, Элсбет почти забыла о своем страхе, и тело ее сладостно затрепетало от его прикосновений.
Но он не чувствовал к ней ничего, кроме холодного презрения, и когда ее губы приоткрылись навстречу его губам, он понял, что не сможет более ни секунды терпеть ее ласки. Он резко отпрянул от нее и поднялся, дрожа как осиновый лист.
— Элсбет, прости, но я не могу. Нет, не обижайся, это не потому, что я тебя разлюбил. — Он постарался унять дрожь в голосе и продолжил более твердо: — Я не могу, моя маленькая кузина. Я обещал Арабелле поехать с ней кататься на лошадях. Ты же понимаешь, если я опоздаю, она что-нибудь заподозрит.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98