ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Я ведь спала с вами, разве нет?
— Пегги, вы просто выводите меня из себя. Я пытаюсь сделать вам предложение, а вы все время перебиваете меня.
— Предложение? — Пегги вцепилась в подлокотники. — Предложение о замужестве? — На втором слове у нее сорвался голос.
Эдвард с трудом оторвал руку девушки от подлокотника и так сжал пальцы, что ей стало больно. Подняв глаза, Пегги увидела, что он пристально смотрит на нее, губы его решительно сжаты, серые глаза кажутся стальными и лихорадочно горят странным внутренним огнем.
— Да, предложение стать моей женой, — подтвердил он, поднося ее руку к своим губам и проводя по нежной коже дневной щетиной. — Я не посмел бы предложить ничего другого, помня о ваших быстрых кулачках. Пегги, вы в самом деле самая несносная, самая упрямая, самая острая на язык, самая прекрасная и восхитительная женщина в моей жизни, и если вы не согласитесь выйти за меня замуж, то я буду несчастен до конца своих дней. Поэтому вы скажете да, не правда ли?
Прежде чем она успела ответить, Эдвард схватил ее за руки и притянул к себе. Пегги положила ладони на его обнаженную грудь и почувствовала глухие удары сердца. Ее голова откинулась на его руку, волосы рассыпались волнами, которые в отблесках огня казались красно-коричневыми, и в следующий момент Эдвард впился в ее губы, терзая их в страстном порыве чувств. Его поцелуи изгнали из головы Пегги все мысли, кроме одной: он любит ее. Он любит ее. Он любит ее.
Невероятно, но он любит ее, любит настолько, что хочет на ней жениться! И она подставила его поцелуям шею, позволила его пальцам расстегнуть перламутровые пуговицы шелкового халата, а губам — вновь и вновь шептать ее имя.
— Ну, скажи «да», — нежно бормотал Эдвард, лаская губами шею Пегги немного ниже уха. От его прикосновений по ее спине пробегали мурашки, груди требовательно налились под тонкой сорочкой. — Скажи «да», — попросил он вновь.
— Да, — проговорила девушка голосом, полным такой страсти, как будто за нее ответил кто-то другой. И Пегги начала целовать Эдварда так же лихорадочно, как и он, и почти столь же яростно. Она ощутила, как очень глубоко внутри ее что-то освободилось… Эдвард спустил с ее плеч халат, потянул девушку на себя, так что Пегги оказалась на коленях на сиденье кресла. Когда ему удалось освободить девушку от пут халата, он бросил надоевшую одежду на пол, и Пегги, видя такую горячность, даже рассмеялась.
Однако, встретившись с Эдвардом взглядом, она перестала смеяться. Его полуприкрытые от страсти глаза сияли странным светом. Смуглое лицо пылало, дыхание было прерывистым, как и у нее, пальцы запутались в ее темных волосах. На фоне огня камина сквозь полупрозрачную ткань ночной сорочки отчетливо проступал стройный силуэт девушки, хотя сама Пегги об этом не подозревала.
То, что она начала расстегивать пуговицы на брюках Эдварда, не было игрой. Пегги ощутила чисто женское любопытство, она хотела проверить свою власть над любимым и, несмотря на то, что Эдвард неодобрительно замычал, когда Пегги случайно дернула за жесткие волосы, обрамлявшие его напряженную плоть, она просто не обратила на это внимания. Взяв своими маленькими руками, Пегги с восхищением смотрела на этот инструмент удовольствия, а затем, внимательно изучив в свете огня набухшие вены, медленно и нежно провела языком по возбужденной плоти.
Прикосновение ее языка заставило захваченного врасплох Эдварда застонать, его пальцы в волосах Пегги сжались в кулаки. Такая реакция ободрила Пегги, вслед за языком последовали губы, и она взяла в рот столько Эдварда, сколько смогла.
Исторгнув стон, с захватывающей дух быстротой мужчина оторвался от нее, просунул руку ей под колени и одним махом поднял с кресла. Пегги инстинктивно обняла его за шею, ее пальцы перебирали волосы Эдварда. Не спуская с нее глаз, он отнес ее на огромную кровать.
Опустив девушку на матрас, осторожно, как фарфоровую, Эдвард отошел на шаг — его взгляд не отрывался от мягких очертаний ее бедер — и сбросил вечерний сюртук, затем рубашку, обнажив в свете камина свой торс. Потом настала очередь высоких черных сапог. Наконец он расстегнул ремень на бриджах и нетерпеливо спустил их.
Обнаженный, он лег рядом с Пегги и прижал ее к себе, его губы искали губы девушки. Она задыхалась от желания, чувствуя, как его пальцы перебирают пуговки на ее ночной сорочке, а потом он стянул эту тонкую защитную оболочку через голову Пегги и бросил на пол. Изумительная красота ее матовой кожи в контрасте с темными волосами привела Эдварда в такой восторг, что он не выдержал и уткнулся в лебединую шею Пегги, накрыв руками заостренные груди, наслаждаясь нежной упругостью сосков.
Каждая точка на теле Пегги, которой касался Эдвард, казалось, горела, будто он клеймил ее раскаленными пальцами. Девушка откинулась на пуховые подушки, увлекая за собой Эдварда, от вожделения у нее кружилась голова. Чувствуя, как она вся дрожит, он подмял под себя хрупкое тело, его грубоватая смуглота и ее белизна удивительно гармонировали в льющемся из камина свете.
Нежная кожа на лице Пегги пылала в тех местах, которых касалась жесткая щетина Эдварда, и когда она почувствовала на шее обжигающую цепочку его поцелуев, опускавшихся все ниже, то поняла, что это лишь начало. Пегги все сильнее прижимала к себе его голову, его губы ласкали ее соски, и токи желания, бежавшие по телу молодой женщины, заставляли ее извиваться. Свободная рука Эдварда блуждала между ног по внутренней стороне бедер Пегги, пальцы погружались в потайную шелковистую расселину… Девушка задыхалась от ощущений, которые вызывали в ней его бесстыдные прикосновения, но лишь теснее прижималась к возлюбленному; в ее собственной руке пульсировала твердая плоть Эдварда. Он содрогнулся и жадно впился в ее губы, резко раздвинув ей ноги коленом.
Пегги поняла, что Эдвард хочет быть нежным, но не может побороть страсть. Она почувствовала, что он в ней, что он заполнил собою все ее существо. Девушка не смогла сдержать крик, испугавшись, как и в первый раз, когда они любили друг друга, что не сможет вместить его всего. Ее ногти впились в его плечи, когда она забилась под ним. Губы Эдварда погасили немой протест подруги.
Страсть, которая рвалась навстречу мужчине, можно было насытить, только теснее и теснее прижимаясь к его напрягшемуся телу. Пегги казалось, что она летит на гребне волны нарастающего восторга, волны, которая угрожала выплеснуть ее на какой-то пустынный берег и оставить там — распростертую и беспомощную. Цепляясь за остатки еще подвластного ей сознания, Пегги ощутила, что движения Эдварда стали быстрее, требовательнее, а она каждый раз поднималась ему навстречу, все плотнее обхватывая его.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89