ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

У одного шлем был помят от удара палицей. Парень корчился от боли, пока товарищи снимали шлем с его раненой головы. Даже Мартин Мерионет был ранен, потому что в сражении потерял свой шлем. Из раны на лбу текла кровь.
Черный шатер Моргана Нельса с развевающимся над ним драконом ждал воинов. Там были припасены тазы и льняное полотно, флаконы с обезболивающими настойками и баночки со смягчающими мазями. Морган застонал, когда оруженосцы помогли ему выбраться из седла.
— Ты ранен! — испуганно выкрикнула Изабель, кинувшись к нему.
— Ну да, какой-то негодяй попытался разбить мне колено, — проворчал он, торопясь поскорее снять доспехи, чтобы осмотреть рану. — Не надо, милая, не плачь, все не так плохо. Мы выиграли приз и еще разделим выкуп. Так что сегодня все вышло удачно.
Изабель ничего не сказала. Она прикусила губу, чтобы не вырвались горькие слова упреков. Если этот день считался успешным, то каков же тогда плохой день?
Пот струился по лицу Моргана, по вымазанным грязью и кровью щекам. Изабель не была готова к тому, что увидит Моргана таким избитым. В прошлом она не знала этого таинственного черного рыцаря, и его раны ничего не значили для нее; главное — его триумф. Но сегодня все было не так. Слезы выступили у нее на глазах, когда она увидела его распухшую ногу. С него снимали доспехи. Она услышала, как он стонет и морщится.
— Я думала, что это не битва, а соревнование, — с укором заметила Изабель, прикладывая к его распухшему колену намоченную в холодной воде повязку.
— Так оно и есть, никто ведь не умер.
— Но некоторые мне показались мертвыми.
— Нет, это от потери крови и мужества, только и всего. Завтра они будут в порядке. Ты не должна так бояться, милая. Разве на твоей родине мужчины никогда не получают ранений?
— Да, но я ведь не любила их, — призналась Изабель. Она отступила на шаг, чтобы позволить оруженосцам позаботиться о своем господине. У них было больше опыта в лечении боевых ран, чем у нее.
Разбитые доспехи впились в кожу ноги, оставив порезы на распухшем колене. Оруженосцы промыли его рану, положили мазь из листьев примулы и ивовой коры, а затем наложили тугую повязку на колено.
Морган улыбнулся Изабель:
— Ну вот, теперь нога как новая. Пойдем, милая. День заканчивается, а нам еще нужно забрать наши призы.
В сгущавшейся темноте их отряд направлялся к «Соколу». Мужчины пели на своем языке, вдохновленные победой. Шатер, снаряжение и оружие были связаны и уложены на телеги. Брин, боевой конь Моргана, тоже находился в повозке. Морган решил, что не будет сражаться в последний день турнира. Хотелось, чтобы рана на ноге побыстрее зажила.
Изабель находилась в глубокой задумчивости, когда они проезжали по застывшим улицам. Несколько снежинок опустилось ей на лицо и тут же растаяло на теплой щеке. Она размышляла о будущем. Как могут жены других рыцарей терпеть, что их мужья рискуют жизнью, калечатся? А ведь последствия турнира могли быть более серьезными. Боль Моргана омрачила радость Изабель. Может быть, ей удастся убедить Моргана оставить это опасное дело. Надо только побыстрее отобрать поместье у Лайонела. Доходов от ее плодородных земель хватило бы и на безбедную жизнь, и на содержание войска в Алисвене. Но может, нужда в деньгах была только одной из причин для участия в турнирах? Девушка видела наслаждение на лице Моргана, когда он занимался метанием копья или тренировал своих воинов.
Изабель повернулась, чтобы взглянуть на него. Но было темно. Его лоб и нос сливались в одну темную линию, а плащ был застегнут наглухо, чтобы защититься от холода. Они проехали под лампой, которая освещала вход в гостиницу «Бык и медведь». Только тут Морган посмотрел на нее. Он улыбнулся, и сердце девушки взволнованно забилось. Как глупо, что она влюбилась в воинственного мужчину. — Сегодня будет праздничный ужин, — сказал он, подъехав поближе к Изабель. Их колени почти соприкасались, когда они продвигались по узкой улочке. Морган заботливо стряхнул снежинки с ее плеча.
— Вот как?
— Да, отпразднуем мою победу.
— Ты знал, что победишь, когда мы уезжали сегодня утром? — спросила девушка.
— Я всегда побеждаю, — самоуверенно ответил рыцарь.
Сердце Изабель екнуло. Его слова подтвердили то, что она уже подозревала: воинское мастерство Моргана было такой же особенностью его личности, как голос или цвет его волос. Она вздохнула, стараясь спрятать за улыбкой свое разочарование. Она никогда не сможет упросить его оставить то, что он любил делать. Оставить ради нее. Только из-за ее боязни, что он может быть ранен. Просить его не участвовать в турнирах — это все равно что лишить его смысла жизни.
На следующее утро снежные полосы, раздуваемые ветром, лежали на крышах домов, блестящими лентами окружали стволы деревьев и фундаменты зданий. Воздух был холодным и морозным, но солнце уже пробивалось сквозь серые плотные облака.
Морган испытывал невероятную боль, когда садился верхом на коня. Оказавшись в седле, он мог дать отдых своей покалеченной ноге, прижав ее к боку животного. Тепло лошади помогало успокоить боль. Ходить пешком больнее. Шел последний день рыцарского турнира. На ярмарке было не так людно, как они ожидали. Все было заставлено торговыми рядами. Гусиный гогот был слышен далеко за пределами ярмарки. Здесь домохозяйки города будут покупать к Рождеству гусей, громко торгуясь и ругаясь с продавцом. Гусей обычно продавали живыми. Часто убегавшего с гоготаньем гуся торопливо догоняли шустрые мальчишки. Было холодно, и поэтому Изабель надела шерстяное платье зеленого цвета, накинув сверху отороченный мехом плащ. Морган тоже был в темно-зеленом камзоле. Изабель понравилось, что они оказались так похожи. Словно брат с сестрой, пошутил он, когда девушка отметила схожесть их одеяния.
— Тогда мы очень порочные брат с сестрой, — кокетливо напомнила она.
— Могу заверить тебя, тут много таких, — добавил of с кривой ухмылкой. Они смеялись и шутили. Изабель делала вид, что не замечает, как морщится от боли Морган. Она попыталась отговорить любимого от посещения гусиной ярмарки. Нет, ничто не могло изменить принятого им решения.
Отряд из шести человек сопровождал их, остальные остались в гостинице, чтобы охранять лошадей и вещи. Прошлой ночью кто-то пытался украсть у них уздечки. Поэтому валлийцы были начеку, опасаясь воров.
Морган осадил лошадь у входа на ярмарку. Он не слышал даже собственного голоса из-за громкого гусиного гомона, хриплых голосов торговцев и не прекращающейся болтовни домохозяек. Странствующие музыканты, пробивавшиеся сквозь толпу, добавляли шума ко всеобщему гвалту.
— Изабель, не пройдешь ли по ярмарке с Михангелом, а я загляну к одному старому оружейнику.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81