ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


OCR: Аваричка; Spellchec Elenor
«Курортный роман»: Панорама; Москва; 2008
ISBN 978-5-7024-2412-5
Аннотация
В девятнадцать лет Николь, к несчастью, влюбилась в коллекционера женских сердец, который вскружил ей голову и бросил. Для нее это было сильнейшим ударом. Кое-как справившись со своей бедой, Николь резко переменилась. Чтобы снова не напороться на какого-нибудь негодяя, она стала со всей строгостью подходить к отношениям с мужчинами, естественно, отвергая случайные связи.
Однако, приехав в отпуск на Мальту, она встретила мужчину своей мечты Мартина Спенсера и вновь окунулась в мир любовных грез. Только надолго ли?..
Эмма Радфорд
Курортный роман
Пролог
– Вся процессия начнется прямо от церкви… – Мартин осторожно перевел разговор на другую, более безопасную тему, – а потом пойдет по деревне.
Чтобы привлечь внимание, он слегка коснулся ее руки.
– Да… я вижу…
Удивительно, как ей удалось что-то выдавить из себя. Даже едва уловимого прикосновения оказалось достаточно, чтобы разбудить в ней мучительные отголоски ощущений той ночи. В ней все вдруг затрепетало, по спине пробежали мурашки. Он сидел рядом с ней, и она физически чувствовала его присутствие. Ей стало трудно дышать, а сердце так билось, что, казалось, его удары слышны окружающим, даже несмотря на громкую музыку, доносившуюся из громкоговорителей, развешанных на деревьях.
– Ты не замерзла? – спросил Мартин, заметив, как она содрогнулась.
– Нет… все нормально… – Ее щеки запылали при воспоминании, к чему привели в прошлый раз эти слова. – Мэгги предупредила меня, что к вечеру может похолодать, поэтому, видишь…
Она кивнула на вязаный кардиган бирюзового цвета, завязанный на талии, и тут же пожалела о своем жесте, увидев, как он нагло уставился на ее ноги в коротких шортах, которые она надела с топом в тон кардигану. Проглотив подступивший к горлу комок, Николь судорожно перебирала в уме, что бы такое сказать, чтобы отвлечь его внимание, но в этот момент слева от нее забили в барабаны…
1
Все последнее время Николь жила как на вулкане. Думала, сомневалась, приводила все «за» и «против»… и снова сомневалась. Что-то подсказывало – поездка на остров не принесет ей ничего хорошего. Но, с другой стороны, она уже год не видела свою старшую сестру и ужасно скучала по ней, да и сестра Мэг постоянно звонила и просила приехать. Что делать? Бедняжка совершенно потеряла покой, не зная, как поступить.
В конце концов обещание навестить сестру до конца месяца взяло верх над всеми сомнениями. Чему быть, того не миновать, рассудила Николь, принимая окончательное решение.
Однако по дороге в аэропорт с таким трудом восстановленное душевное равновесие снова пошатнулось – тень сомнений, на время потерявшая свою жертву, снова нашла ее и привнесла новую волну колебаний. Хорошо еще, что суета таможенных процедур заставила ее отвлечься, вырвав из лап выматывающей неопределенности, а потом… потом уже было поздно… Документы оформлены и пути назад отрезаны. Да и правду сказать, она даже обрадовалась и с облегчением вздохнула. К тому же в глубине души Николь тянуло туда – сама по себе перспектива выбраться хоть ненадолго из мартовской сырости и мрачно-серого манчестерского тумана казалась очень заманчивой. Кроме того, она прекрасно понимала, что ей просто необходимо хоть немного отдохнуть. Двенадцать месяцев работы в бешеном режиме, без единого дня передышки, и все только лишь для того, чтобы забыться… забыть… да к тому же еще бессонница последних дней не могла пройти бесследно – она чувствовала себя выжатой как лимон.
Спускаясь по трапу самолета, Николь оглянулась по сторонам. Все оказалось до боли знакомым, словно и не было этих двенадцати месяцев. Она вздохнула, как бы отмахиваясь от воспоминаний, оставленных здесь год назад. Чистое, без единого облачка, голубое небо и яркое солнце над головой, легкий, гостеприимный ветерок, ласкающий разгоряченное лицо и играющий платьями пассажирок. И неудивительно, что у Николь душа запела от ощущения, будто вместе с холодом и сыростью Манчестера ушли в прошлое все волнения и тревоги.
Ладно, рассудила она, подходя к зданию аэропорта, будь что будет. В конце концов мне в самом деле необходимо отдохнуть и хоть немного прийти в себя.
Последний ее отпуск закончился не лучшим образом, просто оборвался при очень неприятных обстоятельствах. Обстановка аэропорта снова навеяла грустные воспоминания – как она, мучимая неизвестностью из-за тревожного звонка отца, поспешно, ни с кем не попрощавшись, улетела назад в Англию. Тряхнув головой, Николь заторопилась в отделение паспортного контроля. Судьба улыбнулась ей с первых минут пребывания на Мальте. Мало того что не возникло никаких проблем с документами, так к тому же и багаж пришел вовремя. Николь в приподнятом настроении, довольная таким многообещающим началом, направилась в зал ожидания, где Мэг назначила ей встречу.
– Вряд ли мне удастся самой приехать, – посетовала сестра по телефону. – Я все еще придерживаюсь строгого расписания кормления. Но Стив-то уж точно сможет вырваться на час-другой.
Однако, не увидев высокой, худощавой фигуры в очках, мужа Мэг, Николь нисколько не расстроилась, рассудив, что, вероятно, у того тоже не нашлось времени встретить ее. Да, в принципе, им не стоило волноваться – она хорошо знала город и могла сама без проблем добраться до гостиницы. В самом деле… Внезапно ее взгляд остановился на мужчине, стоявшем в дальнем конце зала. От неожиданности у нее голова пошла кругом, мысли смешались. Чемодан выпал из рук и с грохотом ударился об пол. Да, расслабилась, отдохнула… Кто бы мог подумать!
– Нет! Только не он! – чуть слышно вырвалось у нее. Вот уж с кем ей совсем не хотелось столкнуться. Может, это сон, видение? И она обозналась? Нет, конечно, он – его рост, ширина плеч, янтарно-карие глаза с поволокой, волнистые золотистые волосы и до боли знакомый нетерпеливый жест, которым он поправлял их. – Мартин Спенсер! – как завороженная прошептала она.
Этот человек и был тем камнем преткновения, из-за которого Николь не решалась ехать сюда, даже несмотря на твердую уверенность, что их встреча больше не состоится. Она боялась вновь попасть в те места, ставшие ей буквально за несколько дней родными и где все будет напоминать о нем.
– Что ты здесь делаешь? – с вызовом спросила Николь, когда он приблизился. В ней было столько откровенной неприязни и негодования, что не оставалось никаких сомнений по поводу ее отношения к этому человеку.
– Добро пожаловать на Мальту… – с явной иронией приветствовал ее молодой человек.
Николь вспыхнула от его язвительного тона и нескрываемой насмешки в глазах.
– Ты даже не хочешь со мной поздороваться? – спросил он.
– Нет!
От охватившего ее волнения это короткое слово прозвучало резче и агрессивней, и, смутившись, она потупилась.
– Другого я и не ожидал, – протянул он с раздражающей слащавостью, окидывая ее с ног до головы блуждающим взглядом, заставившим покраснеть.
Николь почувствовала себя не очень уютно в своей широкой, персикового цвета тенниске, белых леггинсах и потертом хлопчатобумажном пиджаке, которые отлично подходили для такого рода поездки, но были далеко не новыми и не последней моды. А ведь она всегда рисовала в своем воображении их встречу, что казалось ей совершенно нереальным, совсем по-другому. И уж естественно, что она собиралась сразить его своей внешностью. Эта неожиданная встреча застала ее врасплох.
– Да и, как мне помнится, прощаться тоже не в твоем характере.
– Как понимать твои слова? – Ее неприятно резанул его сарказм. – Уж не хочешь ли ты сказать, что тебя это очень огорчило?
– Да нет.
Безразличный, лаконичный ответ Мартина говорил сам за себя: ему нет до нее никакого дела. Это было еще одним подтверждением тому, к чему она пришла год назад. Да, все верно, он позабавился с ней, а все остальное… лишь сказочные грезы, надуманные ею. Николь не подала виду, что это как-то задело ее, хотя в глубине души, конечно, было горько осознавать себя безжалостно обманутой. А ведь тогда казалось, счастье так близко! Те незабываемые несколько дней пронеслись, как чудесный, волшебный сон, подаренный судьбой… А потом вмиг все рухнуло…
– Просто мне кажется, ты могла бы быть повежливее.
– Повежливее?! – как эхо повторила Николь, едва сдерживая себя, чтобы не влепить ему пощечину.
Надо же, повежливее! И это после того, как он обошелся с ней! Перед ее глазами всплыла картина: она, взволнованная звонком отца, влетела в номер Мартина в надежде найти его, чтобы попрощаться, и вдруг обнаружила… Господи, ну надо же быть такой слепой дурой, чтобы ни разу не усомниться в искренности этого негодяя, который под маской восторженности и нежности искусно скрывал свои истинные намерения – попользоваться ею на время отдыха.
Теперь от всего этого остались только горечь унижения и досада на собственную глупость, а тогда… Вспомнив все, Николь проглотила подступившие слезы, в тот момент она была готова провалиться сквозь землю от стыда…
– Или это уж слишком сложно для тебя? – Его ничем не прикрытый язвительный цинизм привел ее в полное замешательство.
– Не твое дело!
Боль, обида переполняли ее. Мысли наваливались одна на другую, создавая полную неразбериху в голове и не давая никакой возможности сосредоточиться на одной из них. Да еще память-злодейка словно вцепилась клещами и не выпускала из объятий этого красавца. Наваждение какое-то! Глядя на него, она неотвязно ощущала на себе прикосновение его ласковых рук, чувственных губ. Николь закружилась в водовороте противоречивых эмоций, которые, как американские горки, то взмывали вверх, поднимая неистовую ярость, то резко падали вниз, к мрачному осознанию собственной полной несостоятельности и ненужности…
Видимо, двенадцати месяцев недостаточно, чтобы потерять к нему всякий интерес и смотреть на него как на постороннего. Николь испугалась, поймав себя на том, что Мартин не вызывает в ней отвращения, напротив, к своему ужасу, он еще больше притягивает ее. Дрожь прошла по всему телу при мысли, что его обаяние снова возобладает над ней.
– Это твои вещи? – как ни в чем не бывало спросил он, кивнув на чемодан, лежащий на боку рядом с ней.
– Да, но я могу…
Не успела она докончить фразу, как он, словно не услышав, поднял чемодан и двинулся вперед. Николь сделала глубокий вдох в попытке хоть как-то взять себя в руки – ведь сейчас как никогда ей необходимо самообладание.
Она вдруг подумала, что, кроме имени и рода деятельности Мартина Спенсера, она ничего не знает о нем. Хотя ею досконально, до мельчайших подробностей, изучено все его тело. От этих мыслей у нее заныло внизу живота и, разволновавшись, она затараторила:
– Ты так и не сказал, что делаешь здесь.
– Приехал забрать тебя, – невозмутимо ответил Мартин, улыбнувшись и всем своим видом давая понять нелепость ее вопроса.
– Вижу! – огрызнулась она. – Но Мэг…
– Нет, конечно, Мэг ничего не знает. У Стива возникли кое-какие проблемы в отеле, и я предложил свои услуги.
Теперь все встало на свои места. В душе Николь стало совестно перед сестрой. Мэг никогда бы не послала этого человека ей навстречу, даже если бы кроме него никого не оказалось. Ее старшая сестра была единственной, кто знал о неудавшемся романе, правда, без особых подробностей. Однако странно, почему она не предупредила ее о Мартине? Только вчера они разговаривали по телефону, и она ни словом не обмолвилась об этом.
– Я могла бы и сама добраться.
– Разумеется. Но Мэгги просила, чтобы Стив встретил тебя в аэропорту, а ты же знаешь, желание твоей сестры – закон.
Он прав, мысленно согласилась с ним Николь. Что говорить, она сама попала на эту голгофу только из-за глупой прихоти своей сестрицы. Хотя… если хорошенько покопаться в памяти, то давным-давно, еще задолго до знакомства с Мартином Спенсером, Николь клятвенно обещала молодоженам приехать посмотреть на их первенца до того, как ему исполнится месяц. Выходит, ей удалось сдержать свое слово, потому что малышу Робби сегодня как раз двадцать семь дней от роду.
1 2 3 4

загрузка...