ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

 

В России сейчас таковых большинство и они легко поймут это словосочетание. Для читателя моя позиция особого значения не имеет, а мне легче вести изложение, мысленно обращаясь к кому-то конкретному. Вот почему особое внимание будет, конечно же, уделено христианству.
Религия и здравый смысл
Громоздя чудеса на чудеса, м-р Уолпол рискует вызвать самый нежелательный для него результат — пробудить la raison froide, тот холодный здравый смысл, который он по справедливости считает злейшим врагом искомого им эффекта.
В.Скотт. О «Замке Отранто» Уолпола

Не думаю, что здравый смысл может хоть в какой-то мере помешать восприятию волшебных сказок Уолпола — на то они и сказки. А как быть с чудесами религий, в истинности которых никто не имеет права усомниться? Здесь уж здравый смысл является действительно злейшим врагом, причём любой религии! Для религий отсюда один выход: возводить в ранг закона веру, то есть безусловное и непосредственное восприятие за истину любой исходящей от Церкви сентенции, сколь бы абсурдной она ни казалась. Вот почему каждая религия ищет безусловного, слепого подчинения Богу (Церкви), утверждая, что человеку Бога постичь всё равно невозможно, и содержит как обязательные требования вроде библейского: «Во всём верь Богу, независимо от разума твоего » {Притч. 2: 5}. Но Церковь и Бог — не одно и то же! Да и как быть тем, у кого фантастики «душа не принимает»? Рекомендации Церкви по лечению таковых находим в Библии: очень хорошо, например, на костре их жечь…
Для меня всегда одним из самых серьёзных противоречий здравому смыслу являлся сам факт существования, а вернее даже, сосуществования множества религий, религиозных течений, сект и так далее, которые в дальнейшем я буду для простоты изложения называть религиями. Это не совсем точно (и даже совсем не точно — внутри одной религии может существовать множество сект), но мне не хочется отвлекать внимание читателя на несущественные для рассматриваемой темы детали.
Каждая из религий оправдывает своё существование тем, что именно она-то и является самой истинной, а все остальные она объявляет, в лучшем случае, недостаточно чистыми от «сатаны». И каждая из религий убеждает своих адептов в том, что только они спасутся (попадут в рай и так далее), а всё остальное человечество пропадет (попадет в ад и тому подобное). Очевидно, что все быть правыми не могут, а это значит, что большинство из них (или все?), заблуждаются, а некоторые и просто, извините, врут, да как понять: кто и в чём именно? На естественный в такой ситуации вопрос:
— Кому верить? — все религии наперебой дают одинаковый ответ:
— Только мне. — И всё. Любые попытки логического анализа религиозных основ будут пресекаться духовенством как еретические и самым последним, самым главным и абсолютно непререкаемым аргументом будет:
— ВЕРА нужна.
Характерен ответ одного православного священника по поводу библейских чудес: «Надо без рассуждений верить священному писанию даже в том случае, если бы в нём было сказано, что не кит проглотил Иону, а, напротив, Иона проглотил кита ». Правду говоря, подобного верующего я в своей жизни не встречал ни разу — не повезло, наверное. Да Вы сами при случае прислушайтесь к речам отцов православной Церкви: они весьма показательны!
В рождественский сочельник вечером (1996) включаю телевизор — начинается всенощная в Казанском кафедральном соборе С.-Петербурга. Перед началом службы митрополит Владимир обращается к верующим: «Сегодня мне хочется, пользуясь праздником Рождества Христова …». Стоп. Что это? Оговорка? Речевой штамп? Полно, да верит ли он? Может ли воистину верующий, высокого ранга священник, в такой день да не праздновать, не радоваться, а пользоваться Рождеством Христовым для каких бы то ни было целей? Разве не есть это ни что иное, как обычная суета: вот, мол, как раз случай такой… отчего бы и не попользоваться, Христа, мол, от этого не убудет… Истинно верующий, наверное, мог бы думать (и говорить, если он искренен) примерно так: «Сегодня, в канун светлого и радостного праздника Рождества Христова, мне хочется …».
Конечно, вполне допускаю, что здесь я не прав, излишне придирчив, и произошла бездумная оговорка, да как-то слух резануло, и сомнения одолели: священник — не политик, он не имеет права быть косноязычным, и штампы в его речи нелепы. Заглянем в Писание: священник должен нести в народ «Слово здравое, не укоризненное, чтобы противник был посрамлен, не имея ничего сказать о нас худого » {Тит. 2: 8}. И если даже священники позволяют себе публично говорить бездумно, то чего же ожидать от рядовых верующих?
А теперь давайте попробуем поставить себя на место некоего (фантастического) разумного существа, впервые посетившего нашу Землю и выбирающего для себя религию из имеющегося на планете ассортимента, буде придет ему такое желание. Как выбрать? Напрашивающийся метод — заглянуть в историю и проследить развитие религиозных сообществ. Бог, если Он существует и един, должен был бы поддерживать развитие одного из сообществ, «истинного», и тормозить развитие других, «сатанинских» (появись они, непонятно как, вопреки(?) воле Бога). И такое предположение — не мой досужий вымысел, читаем, например, в Библии: «…если будете слушаться гласа Моего и соблюдать завет Мой, то будете Моим уделом из всех народов …» {Исход, 19: 5}. Предприняв такую попытку, наше гипотетическое существо было бы разочаровано. Оставим в покое мелкие, как правило, полукриминальные религиозные группы — они возникают и исчезают на Земле чуть ли не ежедневно. Обратимся к устойчивым религиозным сообществам и увидим, что вот уже более 1000 лет они развиваются параллельно, с тенденцией постоянного роста численности приверженцев, что, впрочем, легко объясняется постоянным ростом населения Земли. Раз так, то, может быть, Богов множество? Или, как иногда можно слышать, Бог един и разные религии чтят лишь различные воплощения (пришествия, явления, etc.) единого Бога, называемого в разных местах по-разному: Христос, Аллах, Брахма и так далее?
Пассаж такого рода мне встретился не где-нибудь, а в интервью протоиерея Александра Меня. «Если мы верим, что Бог открывается, — он открывается всем по-разному». И в другом месте: «…каждый из учителей, создавших мировые религии, я уверен, говорит нам истину ». В чём же так уверен отец Александр? Уж не в том ли, что Святая Троица невозможна? Так говорил Магомет, создавший ислам! А может быть в том, что после смерти мы можем возродиться кем угодно, в том числе и Богом? Так говорил Сиддхартхе Гаутаме, создавший буддизм! А я читаю и не верю своим глазам: ТАК говорит православный священник???
И разве у читателя подобных утверждений не закрадываются «еретические» мысли: «Да не всё ли равно в кого верить? Живут-то люди примерно одинаково, да и после смерти им обещают почти одно и то же…» Или, что, по сути, то же самое: «Бога нет, а религия не имеет смысла»? Ответы на эти вопросы я попытаюсь дать чуть позже.
Конечно же, я не первый, у кого возникли подобные вопросы, поэтому любой священнослужитель даст на них (и не только на них) исчерпывающие ответы — с уклоном в свою религию, — да вот беда: при анализе этих ответов всё равно неизбежно возникает стена ВЕРЫ. Так что, и приводить здесь эти ответы — только место занимать…
Чуть-чуть истории
Соотношение Разума и Веры в христианстве является предметом спора, который так же стар, как и само христианство, хотя не многие открыто решались начинать его. Одним из первых рискнувших, был французский философ и поэт Пьер Абеляр, разработавший учение, основанное на тезисе «Понимать, чтобы верить », осуждённое церковными соборами 12 века. Его и его последователей — Сигера Брабантского, скептиков Возрождения (и, прежде всего, Монтеня), а также других, развивавших мысль о возможности и необходимости проверки разумом религиозных догм — вполне можно назвать основоположниками деизма , — религиозной доктрины, появившейся позже, в эпоху Просвещения. Деизм признаёт Бога в виде вселенского Разума, который создал Природу и законы её развития, дал им толчок и на этом счёл свою работу законченной. Таким образом, деизм отрицает и откровение, и чудеса и вообще промысел Божий в нашей жизни, так что от религий деизм оставляет очень немногое.
Вариантом деизма, хотя это поначалу и не очевидно, является естественная религия , которая основана на том, что все люди понимают под словом «Бог» примерно одно и то же, то есть религиозные представления выводятся из самой природы человека. Конечно, при этом также отпадает необходимость в христианских догмах, Евангелиях, чудесах и т. п. и вся религия сосредоточивается на нравственных вопросах. Естественная религия активно развивалась мыслителями эпохи Просвещения, а во время Великой Французской революции была даже попытка создания на её основе государственной религии.
Другой религиозной доктриной, соперничающей с теизмом (то есть верой в существование потустороннего Создателя), является пантеизм , который объявляет Богом саму материю. Зачатки этой идеи можно найти ещё у Сократа и Платона, а впоследствии она была развита стоиками, но как религиозная доктрина пантеизм был оформлен итальянским философом Д. Бруно. (Часто цитируется его фраза: «Бог присутствует в людях в виде интеллекта, а в природе — в виде материи ». За эту ересь он и был сожжен на костре в 1600 г.). В дальнейшем пантеизм получил развитие в трудах английского философа Р. Кедворта, который ввел в употребление термин гилозоизм , которым он обозначил всеобщую одушевленность материи. Согласно этой доктрине «всё возникает из целого и целое — из всего ». Это означает, что всё в мире ежедневно разрушается, но гибель чего-то одного является рождением чего-либо другого и эта энергия целого и является Разумом и Духом Вселенной, или Богом.
Интересна мысль английского философа Толанда, уподоблявшего мышление эфирному огню, который (как одна из форм всеобщей энергии), пронизывает абсолютно всё, что нас окружает и, тем самым, «правильно выполняет всю механику восприятия, воображения, воспоминания, расширения и сокращения понятий ». Интересна эта мысль, прежде всего, тем, что её упрощенный вариант можно найти в оккультизме .
Наконец, следует также упомянуть о попытках разумного объяснения христианства. Здесь можно вспомнить работы английских философов 16 — 17 веков Локка («Опыт о человеческом разуме»), Гоббса («Левиафан»), Толанда («Христианство без тайн»). В них развивался тезис о том, что в христианстве вообще нет никаких тайн и всё в нём можно понять разумом. Всё таинственное в христианство привнесено, по их мнению, недобросовестными служителями церкви, которые в корыстных целях извратили первоначально простые и понятные христианские истины так, чтобы без помощи церкви разобраться в религии было бы невозможно.
Я сознательно привожу лишь схему и не даю своих комментариев к мыслям великих чтобы, с одной стороны, случайной критикой не поставить себя с ними на одну доску, а, с другой стороны, должен же читатель сам работать и сам делать для себя какие-нибудь выводы! Моих заметок для таких выводов всё равно недостаточно, необходимо изучать первоисточники и для желающих пройти этот путь я схему поисков наметил. А сделал я этот исторический экскурс лишь для того только, чтобы обратить внимание читателя на те направления, на которых человечество пыталось найти Бога. На сегодняшний день исследованы не только все торные дороги, но даже все едва приметные тропинки и обнаружить какой-либо кардинально новый путь здесь вряд ли возможно.
Можно было бы и согласиться с Церковью в том, что человеку Бога не постичь, да ведь за фразой этой стоит недвусмысленный намёк на то, что Церковь-то Бога постигла! А иначе — как Церковь может поучать других, настаивая на том, что Бог именно таков, каким видит его Церковь? Церковь — не собрание полубогов, которому Бог делегировал свои полномочия «нести свет в массы». И отцы Церкви — обычные люди, как Вы или я, работающие в учреждении, называющемся «Церковь», назначившие друг друга на разные важные должности и на этом основании считающие себя вправе поучать в вопросах религии всех остальных.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17