ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


ПОИСК КНИГ    ТОП лучших авторов книг Либока   

научные статьи:   демократия как основа победы в политических и экономических процессах,   национальная идея для русского народа,   пассионарно-этническое описание русских и других народов мира и  закон пассионарности и закон завоевания этноса
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Так она смотрела на него в тот вечер, перед тем как сказать: «Подари мне эту ночь». «Неужели она, наконец, поняла, что мы расстаемся навсегда, что мы все-таки друзья и что меня больше не будет в ее жизни, — подумал он. — Не поздно ли? Она наверняка знала, что я буду ждать ее, но не пришла. Она мне нарочно сделала больно. Почему сейчас я должен поддаваться ее настроению?»
— Как видишь, неплохо, — сказал он нарочно сухо и, повернувшись к знакомой, произнес: — Нам пора.
Они уходили, и он чувствовал спиной ее взгляд. «Вот мы с ней и попрощались. Как все глупо».
— Пошли к нам, — сказал он своей спутнице, — мне осточертела эта прогулка.
Та посмотрела на него изучающим взглядом, но молча пошла за ним.
— Почему ты свет не включаешь? — спросила она, когда они вошли в его комнату.
— Зачем? — произнес он и прижал ее к себе. Она не сопротивлялась. Он погладил ее грудь, потом рука скользнула ниже. Она не сопротивлялась. Он снял с нее юбку. Женщина стояла и молча смотрела в сторону.
— Извини, — сказал он ей, отшвырнул юбку, которую почему-то еще держал в руке, и убежал из комнаты.
Когда он вернулся на костровую площадку, костер еще догорал. Ветер усилился. В воздухе кружились сухие листья. Музыка больше не играла. Фонари были погашены. Праздник кончился. Вокруг костра еще стояли молодые люди, но ее среди них не было.
Через полчаса погода начала резко портиться.
Хлынул теплый летний ливень. Он стоял у костра, пока полностью не промок. Остальные уже давно рассеялись по корпусам.
Стало холодно и неуютно. Оставшуюся часть ночи он не сомкнул глаз и, лежа в одежде на постели, думал…
Часов в десять утра он встал и вышел из комнаты. Автобусы уже стояли перед пансионатом. Минут через тридцать они двинутся к городу и… Он пошел в ее корпус, поднялся на ее этаж и постучал в дверь.
— Да, — услышал он чужой голос.
Он вошел и увидел ее. Но она была не одна. В комнате находилась ее напарница.
— Я тебя очень прошу, выйди на пять минут, — сказал он последней.
Та с гримасой полного презрения вышла.
Он стоял, не зная, что говорить. Она сидела на кровати, опустив лицо, глаза у нее была опухшие и красные.
— Я не хочу с тобой прощаться вот так, как будто мы чужие люди, — сказал он, сам удивляясь, насколько четко он произнес эти слова.
— А мы разве не чужие? — спросила она подавленно и отвернулась к окну.
Он сделал то, чего она, должно быть, давно от него ждала, — подошел, сел рядом и крепко ее обнял.
— Прости, — сказал он, — ты считала, что я умный, сильный, что я все понимаю и все знаю. А я ничего не знаю. Ничего! Ты не представляешь, какой я глупый.
Она заплакала, и он почувствовал себя последней сволочью, жалким эгоистом, который так и не смог разгадать, что она, эта самая хорошая в мире девушка, так долго от него хотела, но так и не получила. Сейчас она выглядела взрослой, усталой и некрасивой. Она плакала, а он стоял, будто на собственных похоронах, и не знал, что сказать, что сделать и вообще — как дальше жить.
В дверь постучали, и вошла напарница:
— Нас уже зовут, пора уезжать.
— Ты действительно глупый, — сказала она сквозь слезы и освободилась от его объятий. — Все! Пора уезжать.
— Ты уже взяла билет на самолет? — спросил он, стараясь подавить чувство ярости, а может быть, отчаяния, которое внезапно охватило его из-за унижения перед той, которой он так хотел нравиться.
— Да. Через два дня уезжаю, — сказала она уже спокойным, ровным и чужим тоном.
— А сегодня… сегодня ты…
— Я еду к маме.
— Хочешь, я могу проводить тебя…
— Зачем? — Она посмотрела куда-то в сторону.
В тот день погода менялась каждые два часа. В большом городе их ждал жаркий солнечный день. Был выходной. На улицах было очень шумно. Снова все куда-то спешили, куда-то бежали… Он зашел в небольшой парк и сел на скамейку. Рядом бесконечным потоком шли люди. В душе было пусто, как после ядерной войны. Он знал, что в большом доме его ждут не дождутся отец и сын. Но он туда идти не хотел, не мог. Он вообще ничего не хотел. Он презирал себя, ее, весь этот шумный, странный, непонятный мир. Люди продолжали идти большими потоками, рядом с ним кипела и бурлила чужая жизнь. Но сегодня он был один в этом большом, сумасшедшем городе, в этой огромной, беспредельной вселенной.
Он сидел так несколько часов, потом допоздна бродил по городу. Снова начался дождь, переходящий в ливень. В большой дом он пришел уже поздней ночью. Дверь его комнаты, как обычно, была открыта. Он вошел и увидел, что отец и сын спят.
Он сел на стул и уставился на огни спящего города, мерцающего в большом окне комнаты. Так он сидел час, а может быть, больше, когда сильный холодный ночной ветер раскрыл окно и заполнил комнату. Он машинально повернулся к сыну и увидел, что тот спит совершенно раскрытый. Так же машинально он подошел и накрыл его одеялом. Малыш что-то пробормотал во сне и повернулся в кровати. Тогда, после больницы, он еще долго был слабым и часто болел. В том году зима стояла холодная, ветреная. Часто ночью он вскакивал и проверял, не съехало ли одеяло с малыша, не мерзнет ли он, не простудился ли.
Он машинально погладил мальчика по голове. В это мгновение его как будто ударило током. К нему внезапно вернулось ошеломляющее, неописуемое чувство беспредельной любви к этому маленькому, беззащитному человеку. И эта любовь окрылила его, он почувствовал, что горы может свернуть ради сына. Сила и уверенность в себе вновь вернулись к нему. Он сел рядом и вновь прикоснулся к волосам ребенка.
Почувствовав его присутствие, сын открыл глаза.
— Па, ты вернулся? — спросил он своим звонким детским голоском.
Он хотел ответить, но не смог, только снова погладил мальчика по волосам, что означало «Да». Несколько минут они молчали.
— Папа, я хочу спросить.
— Что, мой хороший? — откликнулся он, в темноте вытирая слезы.
— А правда, что все люди когда-то умирают?
— Да, — сказал он, — все умирают.
— И ты тоже умрешь?
— Да, — сказал он без какой-либо жалости в голосе, — умру.
— Я тоже?
Он обнял его крепко-крепко:
— Нет! Ты у меня будешь жить всегда.
Он закрыл окно, лег рядом с сыном и сказал:
— Давай спать.
— А завтра ты не уедешь?
— Нет, теперь уже никуда не уйду. Теперь уже все позади. Давай спать. Завтра начнется Новый День.
Он закрыл глаза, он знал, что уснуть ему в эту ночь не суждено. Он попытался вспомнить ее лицо, ее глаза. И вдруг отчетливо услышал ее низкий, грудной голос и песню, которую она пела в тот первый вечер.
Клянусь, что это
Любовь была.
Посмотри, ведь это -
Ее дела.
Но знаешь,
Хоть Бога к себе призови,
Разве можно понять что-нибудь
В любви?
СКАЗКА ДЛЯ ДЕВЯТИКЛАССНИЦЫ
— А чем ты, вообще, занимаешься? — спросила меня симпатичная, кареглазая Юлия, о которой я знал лишь то, что она ученица девятого класса.
— Пишу сказки, — соврал я.
— Расскажи мне свою сказку, — в ее голосе был тот неподдельный восторг, перед которым ни один взрослый не может устоять.
— Ладно, — сказал я, — слушай…
Жил-был маленький мальчик. Так получилось, что он оказался в большом и незнакомом городе один, если не считать бабушку. Все было для него необычным: огромные многоэтажные дома, колючий северный ветер, безлюдные дворы. Мальчик гулял по этим дворам и вспоминал свой, уже такой далекий, но еще такой родной город, где под лучами южного солнца ватага мальчишек с утра до позднего вечера носилась по двору, заглушая своим визгом все остальные звуки. Он вспоминал шумные мальчишеские игры, в которые они играли с таким восторгом, вспоминал лица своих друзей, которых было так много и которые так его любили. От этих воспоминаний и от холодного ветра мальчик становился еще грустнее и возвращался домой подавленный и печальный. На шестом этаже огромного и невзрачного дома его ждала бабушка, которая умела очень вкусно готовить, но не могла примирить мальчика с этим большим и чужим для него городом.
Так проходил день, а вечером (а вечер здесь наступал довольно рано) мальчик садился на кухне у большого окна и устремлял взгляд в темноту. Ближайший дом был не близко — на другой стороне школьного стадиона, и разглядеть в его окнах ничего было нельзя. Но это было совсем не обязательно. Светящиеся окна были разного цвета, и дом был похож на большой океанский лайнер, величаво плывущий куда-то далеко-далеко сквозь холодный ветер и мерзкий мелкий дождь.
Что интересного находил мальчик в этих светящихся картинках: следы веселой жизни, которую он искал в холодных пустынных дворах чужого города, или эти разноцветные огоньки заменяли ему звездное небо далекой родины, — трудно сказать. Но когда почти все огни уже гасли и строгий взгляд бабушки подсказывал, что пора спать, мальчик уходил в свою маленькую комнату, где его ждала холодная постель и то непонятное, необъяснимое, иногда страшное, что имеет одинаково сильное влияние и на детей, и на взрослых, что отнимает каждый вечер нашу жизнь и каждое утро возвращает ее обратно, и что люди называют сном. Он лежал долго с открытыми глазами, и ему было страшно одиноко. Но он не плакал, потому что знал, что он уже большой, а большие мальчики не плачут.
Но в один обычный, ничем не примечательный день произошло такое, из-за чего все круто изменилось. На безлюдном дворе огромного, невзрачного дома, рядом с песочницей мальчик нашел большую и очень красивую куклу. Он сразу понял, что это необыкновенная кукла. У нее были блестящие золотистые кудри и длинное изящное платье, маленькие и нежные, как у всех девчонок, ручки и синие, как море, глаза. Но самое главное — она умела улыбаться своими большими синими глазами. Это была такая необычная, такая захватывающая улыбка, что от нее сразу становилось тепло на душе, а окружающий мир казался уже не таким страшным, как секундой раньше.
Мальчик уже был большим и знал, что с куклами играют только девчонки. Но кукла была необычная. По крайней мере, он так думал. Мальчик был уверен, что она умеет не только улыбаться, но и слушать. И поэтому с ней можно было дружить.
Мальчик крепко обнял куклу и посмотрел по сторонам. Двор был пуст. Лишь деревья шумели под осенним ветром. Мальчик повернулся и тихо, очень тихо пошел к дому. Никто его не догонял и не отнимал куклу. Перед дверью мальчик не выдержал и обернулся. Двор был по-прежнему пуст. К холодному ветру прибавился и легкий моросящий дождь. Наступали сумерки. Мальчик помчался наверх, ощущая, как бешено бьется сердце. Успокоиться он смог, только когда закрыл за собой тяжелую дверь квартиры. Бабушки дома не было. Мальчик посмотрел в глаза куклы, и она улыбнулась. И внезапно мальчик полюбил этот большой и суровый город, эти пустынные дворы, холодный колючий ветер. Он понял, что именно благодаря всему этому есть Она, такая красивая, близкая и неповторимая.
Можно даже не говорить, что с этого дня жизнь мальчика круто изменилась. Он был уже не одинок, и поэтому ему больше не было скучно. Он гулял по холодным дворам большого города, нежно обнимая свою куклу, и о чем-то тихо с ней разговаривал, не замечая, как быстро летит время, пока не сгущались сумерки и бабушка не звала его домой.
Так прошел целый месяц. Месяц интересной, можно сказать, счастливой жизни. На улицах стало еще холоднее, а солнце лишь несколько часов своими тусклыми лучами освещало землю.
Приближалась зима, и стало понятно — должно случиться что-то серьезное и неприятное. Что именно и как — мальчик не знал. Но как и многие маленькие существа, которые не могут повлиять на свою судьбу, он стал жить в ожидании НЕИЗБЕЖНОГО, и оно, в конце концов, свершилось, ибо все хорошее — лето, дружба, любовь, жизнь — в конце концов, неизбежно кончается.
Тот день тоже ничем не отличался от других. Может быть, было чуть-чуть теплее — и только. Мальчик гулял с куклой и оказался у песочницы, где месяц назад так удачно нашел ее.
— Эй, иди сюда! — раздался сзади голос, заставивший мальчика вздрогнуть.
Он повернулся и увидел мальчишку на два-три года старше себя. Его вид ничего хорошего не предвещал.
— Кому говорю! — На этот раз голос незнакомца звучал с явной угрозой.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31
Загрузка...

научные статьи:   теория происхождения росов-русов,   закон о последствиях любой катастрофы и  расчет возраста выхода на пенсию в России
загрузка...