ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Она спускалась по холодной обшарпанной лестнице, обуреваемая самыми противоречивыми чувствами. У нее теперь есть возлюбленный, о котором она так давно мечтала. Он боготворит ее, ноги готов целовать от восторга, он красив, необычен, он нравится ей. Он подарил ей огромную радость, заставил смотреть на мир вокруг нее совсем другими глазами. Все так, но зачем тогда все эти ухищрения, зачем что-то нюхать, пить, забываться, если любовь сама по себе забытье, естественное и прекрасное?!
Промозглый холод прервал ход ее мыслей. Она почувствовала, что продрогла до костей, и только тут вспомнила, что оставила вчера свое пальто в квартире Стаса. Марго в нерешительности остановилась перед его дверью. Ей не хотелось сейчас никого видеть, особенно Стаса, но не возвращаться же домой без пальто. Она тихо постучала. Никто не ответил.
Не раздумывая больше, Марго толкнула оказавшуюся незапертой дверь и вошла. Комната тонула в клубах папиросного дыма. Марго остановилась на пороге, силясь хоть что-то разглядеть.
— За пальто пришли? — раздался откуда-то из угла голос Стаса. — Оно вон там, у окна, на стуле.
Стае лежал плашмя на кровати и курил. Массивная стеклянная пепельница была переполнена, все вокруг было завалено окурками. Похоже, он курил, не переставая, всю ночь и весь день. Омерзительный запах дешевого табака пропитал все вокруг. Марго сморщила носик и распахнула окно.
— Вы тут отравитесь, — сказала она, чихнув.
— Все мы чем-то травимся, — философски изрек Стае, погрузив окурок в пепельницу. — А я уже отчаялся вас увидеть. Думал, вы останетесь там навсегда.
Марго вспыхнула до корней волос, как морковка. Такой бесцеремонности она не ожидала. Стае лениво протянул руку к гитаре и, поудобнее устроившись на подушках, тронул струны.
— Что ж ты плачешь, моя одинокая глупая деточка, — пропел он надтреснутым голосом.
— Кокаином распятая в мокрых бульварах Москвы… Вашу детскую шейку едва прикрывает горжеточка, облысевшая, мокрая вся и смешная, как вы… Почему вы, Марго, почему именно вы?
— Не понимаю, о чем вы, Стае.
— М-м-м-м-м-м… — продолжал напевать он. — Как там дальше? И когда вы умрете на этой скамейке, кошмарная, ваш сиреневый трупик окутает саваном тьма…
Марго крепко обхватила себя руками, пытаясь унять охватившую ее дрожь. Происходящее напоминало липкий, тягучий кошмар. Серый дым, навязчивый удушливый запах табака, этот измученный голос, слова, которые он пел. Кошмар!
— Зачем вы это делаете, Стае?
— Делаю? В том-то и пакость, что ничего не делаю. Пою вам песенку Вертинского, а должен бы… Э-эх!
Он ударил по струнам и отбросил гитару. Она грохнулась на пол, жалобно звякнув.
— Вот и подружку свою обидел. Слышите, как жалуется. И все из-за вас. Зачем вы это сделали, Марго?
Марго молчала. Слова как застряли в горле. Что она могла сказать ему?
— Нелепость! Вы, такая светлая, чистая, искрящаяся. Моя мечта, ангел с небес. И он, кокаинист и параноик. Господи, какая чудовищная нелепость!
— Раньше надо было предупреждать, — сказала Марго холодно.
— Но кто же мог предположить, кто? Вы же его полная противоположность, у вас нет и быть не может ничего общего.
— Противоположности притягиваются.
— Философствуете. Конечно, что вам! Это же я вас люблю, а не вы меня. Вам легко, вы никого еще не любите, даже его.
Марго вспомнила все страстные слова, которые еще недавно шептала на ухо Вадиму, и вдруг усомнилась в их искренности. Но если это не любовь, тогда что же?
— Вы ошибаетесь, я люблю его, — сказала она, как могла, твердо.
— Я тоже. Он мой самый близкий друг, ближе не было и, наверное, не будет. Именно поэтому и предупреждаю вас — берегитесь.
Он поднял с пола гитару и снова забренчал. Марго поняла, что продолжения не будет, сдернула со стула пальто и пошла к двери.
— Так не плачьте, не стоит, моя одинокая деточка, кокаином распятая в мокрых бульварах Москвы, — понеслось ей вслед. — Лучше синюю шейку свою затяните потуже горжеточкой и ступайте туда, где никто вас не спросит, кто вы!
Их роман развивался бурно, несмотря на все апокалиптические предупреждения Стаса. Марго, столько лет прожившая одна и привыкшая к полной самостоятельности, инстинктивно искала зависимости от мужчины. Ей хотелось, чтобы ее снова лелеяли, пестовали, решали за нее все жизненные проблемы, как это было в детстве. Казалось, Вадим хотел того же. Собственник, как и все мужчины, он стремился владеть не только ее телом, но и всеми мыслями и чувствами.
Она получила то, что хотела. Но так ли это было? Добровольно став его собственностью, Марго тут же начала тяготиться этим. Свободолюбивая натура ее восставала против безобразных сцен ревности, спровоцировать которые могла любая мимолетная улыбка, любое невпопад сказанное слово. Она ловила себя на том, что боится бывать с ним на людях, контролирует каждое слово, каждый жест. Она все время чувствовала себя как на вулкане.
Наедине он был внимателен и мил, целовал руки, читал стихи, и свои, и чужие. Она чувствовала себя богиней, центром его мироздания. Они гуляли ночи напролет, держась за руки, как гимназисты, особенно с наступлением белых ночей. И не было минут счастливее. Город, еще недавно враждебный и чужой, открывался им во всей своей неземной красе. Город-призрак, город-сон. Они скользили по нему, как тени, плоть от плоти его, и жемчужный свет неба сливался с серебристым блеском воды и бархатной матовостью камня. Их поцелуи отдавали туманом, и не было им конца.
В обществе же Вадим преображался неузнаваемо. Он становился тираном, язвительным и изничтожающим. Все бабы — дуры, кричали его сузившиеся глаза. И ты такая же, как все. Не смей думать, что ты особенная. Ваши куриные мозги не способны родить ни одной мало-мальски стоящей мыслишки, так что лучше молчать. Женщины созданы лишь для того, чтобы украшать жизнь мужчины, больше они ни для чего не годны.
До поры до времени все их разногласия благополучно разрешались в постели. Тут они были на равных, партнеры, исступленные страстью любовники. Он не боролся за лидерство, позволяя ей доминировать над ним, если ей заблагорассудится, охотно подчиняясь всем ее желаниям и капризам. Но и здесь была своя темная сторона. Кокаин. Без него он не мог обходиться, бесился, если под рукой вдруг не оказывалось заветной серебряной коробочки. Пытаясь лучше понять его, Марго еще один-единственный раз попробовала и зареклась навсегда. На этот раз она была куда более осторожна и вдохнула совсем чуть-чуть.
Сначала комната расцветилась разноцветными огнями, словно в ней заиграло вдруг полярное сияние. Огоньки плясали, мерцали вокруг, как свечки на рождественской елке, преображая убогую комнату в сказочный хрустальный дворец. Марго охватил какой-то неестественный бурный восторг, будто ее накачали веселящим газом.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77