ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Веронику охватило странное беспокойство, совсем не похожее на то, которое она испытывала раньше. Что-то было не так. Девушка поняла это даже раньше, чем почувствовала какое-то движение.
Она открыла глаза и увидела, как простыня медленно сползает с ее тела, обнажая ноги. Затем поднялся край футболки и скользнул вверх, открывая ее шелковые белые трусики, потом показалось несколько дюймов белой кожи, пупок, снова кожа, низ грудей. Соски девушки набухли, и материя зацепилась за эти затвердевшие бутоны.
У Вероники перехватило дыхание, грудь подалась вверх, и ткань плотно обтянула ее чувствительные вершинки. Девушка испытывала непередаваемое и тревожное ощущение — эротическое и запретное.
Но это просто невозможно!
Не веря своим глазам, она наблюдала, как ткань поползла выше по ее груди, обнажая розовые бутоны. Край футболки медленно понимался вверх, словно его тонкую ткань тянули чьи-то невидимые пальцы…
Вероника закрыла глаза.
Пицца!
Мамочка всегда говорила Веронике, что эта неполноценная пища дурно влияет на мозги и сторонники семейных традиций должны придерживаться хорошей, полезной домашней кухни. И вот это случилось. Она свихнулась, Простыня, как и ее футболка, не могли двигаться сами по себе. Ни в коем случае!
Вероника еще раз посмотрела вниз и замерла от ужаса. Ее футболка больше не двигалась по воле невидимых пальцев. Это были вполне реальные пальцы — длинные, тонкие и загорелые…
Невозможно!
Вероника снова зажмурилась. Этого не могло случиться. Мужчина не мог попасть к ней в кровать! Она заперла входную дверь и закрыла на задвижку двери балкона, а в ее маленькой комнате просто не было места, где бы можно было спрятаться. Разве только под кроватью, но девушка уже проверила там — по старой привычке, которую она выработала с тех пор, как стала жить одна. Вероника была в комнате совершенно, абсолютно и бесспорно одна.
Одна!
После такой долгой ободряющей мысленной проповеди девушка, конечно, поверила бы своим словам, но… Вероника все еще чувствовала легкое давление над левой грудью, а ткань ползла все выше и выше, увлекаемая сильной мужской рукой, которую она мельком увидела секунду назад.
За исключением легких прикосновений, Вероника не ощутила больше никаких признаков присутствия другого человека. Ведь кровать непременно должна была прогнуться под его весом! Более того, если бы кто-то лежал рядом, то девушка почувствовала бы тепло его тела, услышала бы дыхание, биение сердца — что-нибудь все равно бы выдало чужое присутствие.
— Невозможно, — прошептала она, и движение ее футболки тут же прекратилось.
Вероника резко открыла глаза.
Ничего. Она увидела только свою быстро поднимающуюся и опускающуюся грудь, валяющуюся рядом чистую простыню и темные тени по углам комнаты. Никого не было с ней в кровати, и никто не пытался укрыться. Вероника обязательно бы это заметила. Не слышно было скрипа пружин кровати и шелеста покрывал. Рядом с ней не было никаких следов и свидетельств присутствия постороннего. Ничего.
Никого.
И все же…
Соблазнительный аромат проник к ней в ноздри и дразнил ее чувства. В сочном и мускусном запахе чувствовался слабый привкус яблок. Девушке захотелось еще раз глубоко вдохнуть.
Ошиблась, решила Вероника, почувствовав на этот раз только запах сыра и томатного соуса. Не было никакого странного аромата. Просто галлюцинация. Она может свихнуться, если не начнет питаться правильно.
«Больше не буду есть эту ужасную пиццу», — пообещала себе Вероника, опустив вниз футболку и натянув на себя простыню. Галлюцинация. Ей просто снился сон, вызванный плохой пищей.
Довольно приятный сон, решила девушка через несколько минут, — ее тело все еще покалывало от ощущения скользящей ткани, движений рук, твердеющих бутонов груди.
Значит, в том, что говорят о неполноценной пище, съеденной на ночь, что-то есть. Неудивительно, что мамочка предупреждала Веронику о вреде такой еды…
Вероника глубоко вздохнула и поразилась своим ощущениям. Девушке никогда раньше не снились такие «приятные» сны. Предметом ее ночных фантазий обычно был компьютер с мощной программой обработки электронных таблиц, способной вычислять налоги в мгновение ока.
Иногда Веронике снился сон, в котором она видела себя главой собственной крупной фирмы. Девушка сидела в роскошном офисе, на ней был сшитый по заказу деловой костюм, а под рукой находился мощный компьютер. В снах Вероники никогда не было мужчины с загорелыми руками и сильными ладонями, с которым она занималась бы запретными вещами. Мужчины отвлекали ее. У девушки не было времени на секс, а тем более на любовь, все ее мысли были сосредоточены только на занятиях и на работе. Обычно. До сегодняшнего дня.
Во всем виновата неполноценная пища, заверила себя Вероника.
И задание Гайдри.
И конечно, эта кровать.
Вот три вещи, которые совратили Веронику, и неудивительно, что ее сны изменились к худшему. Или к лучшему?
Девушка улыбнулась, отгоняя прочь свои страхи. Она была уже взрослой женщиной, а это были просто сны. Ведь на следующее утро Вероника не столкнется с мужчиной из своего сна, и ей не надо будет тратить свои драгоценные часы, беспокоясь по поводу их отношений или по поводу «залета», который неизбежно приковал бы ее к ребенку и к мужу, перечеркнув мечту о карьере.
В конце концов, она столько работала, что заслужила эти безобидные фантазии.
Вероника должна сделать пиццу своей обязательной едой на ночь, пока будет заниматься на курсе Гайдри. Кроме того, ей нужно купить несколько упаковок газированной воды, если для этих снов требуется быстро увеличить количество сахара в организме. И конечно, она должна есть и заниматься, на кровати.
Итак, пицца и кола. Подумать только, что может сделать пинта «Хеген-Даз»!
С этой мыслью Вероника крепко заснула… Простыня снова заскользила вниз, а футболка медленно поползла вверх… Тело девушки отвечало, выгибаясь навстречу ищущим рукам и напрягаясь под влажной теплотой настойчивых губ.
Это совсем другое дело, подумал Валентин, почувствовав, что женщина отвечает на ласки его опытных рук. «Боже мой, какая она горячая!» Он провел пламенным языком вверх по ее животу, по груди, и, наконец, его губы сомкнулись вокруг одного из двух бутонов.
Она была необычайно сладкой и теплой, твердый цветок ее груди жадно искал его язык. Валентин долго и страстно ласкал этот бутон, изучая тело женщины и наслаждаясь ее ответной реакцией. Прошло очень много времени, слишком много.
Внезапный стон эхом отозвался в теле Валентина, заставляя его с большей настойчивостью стремиться в блаженное тепло ее тела. Женщина была кульминацией его бесконечных ночей безнадежных мечтаний, и вот теперь она воплотилась в реальности.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39