ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Рейчел подумала немного и принялась переодевать куклу. Происшедшее ее нисколько не встревожило. Телевизор был игрушкой взрослых. Мама и Глория знают, как его оживить.
Но за одним любопытным фактом вскоре последовал другой.
Дремавший на ковре кот резко вскочил, выгнул спину, напрягся и зашипел на кого-то, кто стоял позади Рейчел.
— Рыжик, — позвала она ласково, — иди сюда.
Но кот не сдвинулся с места, на его изогнутой спине дыбом стояла шерсть. Рейчел обернулась, но никого не увидела.
— Рыжик, в чем дело? Иди сюда.
Однако ее любимец вел себя очень странно, таким его Рейчел еще не видела. Он начал фыркать, пятиться, а затем с громким мяуканьем вылетел из комнаты.
Девочка испуганно посмотрела по сторонам, собралась подняться, но передумала, успокоилась и продолжила переодевать куклу. Оглядываться Рейчел не стала, но если бы она это сделала, то увидела бы у стены незнакомую женщину.
Наверху Мэри разделась и вошла в ванную комнату, смежную со спальней, принять душ. Ее мысли были заняты делами на завтра. Внезапно она подняла голову и испуганно вскрикнула: у окна стояла женщина, стройная блондинка неопределенного возраста. Она нахально, с совершенно бесстрастным видом рассматривала Мэри.
— Кто вы? — выкрикнула Мэри, хватая халат, чтобы прикрыться. — Что вам здесь нужно?
Женщина не ответила, продолжая смотреть на нее не отрываясь. Мэри попятилась, проговорила сдавленным голосом:
— Немедленно уходите из моего дома. — Затем она развернулась, побежала к лестнице и позвала: — Глория! Поднимись, пожалуйста, сюда!
Через пару секунд горничная подбежала к лестнице, прижимая к груди пустую миску.
— Что случилось, миссис Стаффер?
— В спальне кто-то есть.
— Что вы сказали? — Глория поспешно поднялась к ней. Они вошли в спальню, затем в ванную, осмотрели другие комнаты. Никого.
— Она была здесь. Я ее видела более чем отчетливо.
— Кого?
— Женщину, — проговорила Мэри, ловя ртом воздух. — В красном вечернем платье. У окна. Она смотрела на меня.
Горничная была в замешательстве. Одно дело, когда в дом проникает грабитель, но… женщина… в вечернем платье. Они вернулись в ванную, все внимательно осмотрели. Окно было плотно закрыто.
— Давайте посмотрим внизу.
Мэри поспешно оделась, и они прошли по дому. Рейчел в гостиной застыла, прижав куклу к себе, она оцепенела от страха. Глория бросила на нее взгляд, но ничего не заметила.
— Неужели это мне просто привиделось? — проговорила Мэри с нервной улыбкой после того, как они обшарили весь дом. — Очень странно. Извини, Глория, что я тебя взбаламутила.
Горничная, очень любившая Мэри и ее дочку, замахала руками.
— Да что вы, миссис Стаффер!
— Я себя плохо чувствовала весь день, — добавила Мэри. — Возможно, это была игра света. Ведь других объяснений нет, верно?
Мэри поднялась наверх. До вечеринки у Флоренс оставался час. Она включила душ и пошла в спальню раздеваться. Мгновение спустя Мэри рванулась в ванную — ее тяжело вырвало.
— Невероятно, — воскликнул Бен, — но сегодня ты пришел пораньше!
Из кухни вышла Флоренс, расцеловала Пола.
— Привет. Рада тебя видеть. Позвони Мэри. Она не приедет, плохо себя чувствует. Ничего страшного, небольшое расстройство желудка.
Он позвонил домой. Трубку взяла Глория.
— Да, у миссис Стаффер расстройство желудка, невысокая температура. Она в постели. Спит. Я позвоню вам, когда она проснется.
Пол возвратился на кухню, где Флоренс сунула ему бокал с вином.
— Пойдемте, я познакомлю вас с гостями.
В просторной гостиной Пола по очереди подвели к семейному доктору и его жене, супругам — преподавателям английского из университета, — племяннику Флоренс и его подружке, директору современной художественной галереи и его дружку-мужчине. Со старым другом Бена, инженером-строителем, Пол был знаком. Вино лилось рекой, все бурно обсуждали последний скандал с сенатором-республиканцем.
— Стол накрыт, — скомандовала Флоренс, приглашая гостей в освещенную свечами столовую. И тут зазвонил дверной звонок.
— А! — воскликнул Бен. — Наш последний гость! Я открою.
Пол занял отведенное ему место рядом с женой доктора и
начал вежливый разговор. Флоренс ввела запоздавшую гостью.
— Профессор Хелен Джонс, еще один психиатр. Садитесь, дорогая, напротив Пола. Бен, налей вина.
Пол следил за Хелен краем глаза. Она поздоровалась с гостями, села и улыбнулась ему.
— Привет.
— Привет, — отозвался Пол, вынужденный продолжать разговор с женой доктора. «Значит, Хелен все же психиатр, загадки больше нет. Как же ей удалось тогда так быстро исчезнуть из тюрьмы? Позднее я поговорю с ней о Крамере», — решил он.
Вечер шел как по маслу. Как и все вечеринки у Флоренс. Гора еды, море вина, удачный подбор гостей, много шуток, смеха. Галерист затмил всех откровенными описаниями личной жизни своих клиентов, так называемых художников-постредукционистов, которые идут на все, чтобы пробить выставку.
— Моя дорогая, он не только соблазнит жену галериста и его дочь, но и сам ляжет с ним в постель. Это правда, абсолютная правда, клянусь. — Галерист подхватил на вилку кусочек паштета из гусиной печенки. — И все ради искусства.
Пол едва сумел перекинуться с Хелен парой слов — ее захватили с одной стороны доктор, а с другой — племянник Флоренс. Она выглядела очень красивой в платье с большим вырезом и черным шелковым шарфом вокруг шеи.
Бен постучал по бокалу.
— Хочу еще раз поздравить моего глубокоуважаемого коллегу и друга с великолепным докладом на открытии конференции.
Все оживились, начали поздравлять. Кто-то попросил рассказать о содержании доклада. Бен коротко изложил.
— Так вы утверждаете, что время религиозных верований прошло и надо идти с вопросами не к священникам, а к ученым? — спросил доктор.
— Если в двух словах, то да, — ответил Пол. — Естественно, моя специальность — криминальная психиатрия, но я склонен рассматривать вопрос много шире.
— Выходит, Бога нет? — подала голос Хелен.
— Нет, — ответил Пол, погружая вилку в десерт. — Всему, что происходит вокруг, есть рациональное объяснение — каждому заболеванию, каждому событию. Вплоть до происхождения самой Вселенной. Это одно из величайших достижений современного общества.
— Понятно, — проговорила Хелен. — Но если вы не верите в Бога, то, наверное, и в дьявола тоже?
Пол улыбнулся.
— Разумеется. Бог, дьявол… В течение многих столетий церковь использовала эти понятия, чтобы манипулировать людьми, держать их в подчинении. Узурпировав право указывать, что хорошо, а что плохо, церковь заставляла массы делать то, что ей было нужно. На самом же деле нет ни Бога, ни дьявола.
— А я встречал столько нехороших людей, — проговорил галерист. — Откуда же у них это, как не от дьявола?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70