ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Плюс, помноженная на наши бескрайние просторы и принцип «обуздания природы», предложенный современной наукой, все это приводит к катастрофическим последствиям. Такое отношение к окружающей нас природе необходимо менять, но об этом далее.
3. Нелюбовь к каторжному труду. Именно к каторжному труду, а не к труду вообще. Под каторжным трудом понимается европейская патология. Русский по своей натуре трудолюбивый человек, и это полнейший бред относить в целом русский этнос к когорте нахлебников и лентяев. Русский человек трудолюбив в той мере, которая необходима для поддержания комфортного уровня жизни в христианском, а не буржуазном понимании. Ведь история не знает ни одного государства размерами с Российскую империю, и сопоставимыми климатическими условиями. А империя эта была создана не огнем и мечом, как любая из европейских империй, а благодаря труду миллионов русских. И русскому человеку более присуща творческая энергия труда, чем труда каторжного. Творческий труд, в большей степени, как это не парадоксально, русским свойственен в государственных масштабах. В личностном плане русский человек трудолюбив в той мере которая необходима для материального достатка, но в общественном, государственном плане это трудолюбие переливается в творчество. Помимо создания государства, не бывшего когда-либо на Земле, можно привести пример из недалекого прошлого. Первый полет в космос, и отрыв от земной действительности был осуществлен отнюдь не трудоголиками американцами с их мощнейшей экономикой, а именно русскими, прошедшими страшнейшую из войн, с катастрофически разрушенной экономикой. Безделье присуще любой из наций, и связано оно отнюдь не с особенностями национального менталитета, а с особенностью социального развития. Современное общество, в результате открытий науки, и создания техники облегчающей человеческий труд, в состоянии кормить бездельников, живущих на пособия.
4. Неуважение к любым признанным авторитетам, к старшим, к роду. Очень точно формулирует данное положение поговорка: «Иван, родства не помнящий». Одна из основных целей христианства было вырывание личности из власти рода. Евангелие призывает оставить отца, мать, жену и даже возненавидеть их, если они мешают искать Царство Божье. Это положение определяется тем, что первобытное нравственное сознание человечества находилось в мистической власти рода. И человек принужден был вести героическую борьбу за освобождение от власти рода, от власти благословения и проклятия рода. Вся первобытная архаическая мораль человечества есть мораль социально-родовая, и следы ее не исчезли в человечестве современном. Различие между личностью и родом, личностью и социальным коллективом устанавливается человеком через величайшее духовное усилие. И христианство окончательно освобождает личность от власти природных сил, от власти рода, но этим самым христианство делает нравственную жизнь личности независимой от рода, от коллектива. Освобождение личности от власти происходило не только в России, но и на Западе, в отличие от Востока, где власть рода и власть старших является неприкосновенной. Но есть существенные отличия в этом освобождении. Романо-германская личность, в силу своего индивидуализма, выстроила совершенно другую иерархию личностного авторитета, основанную на социальной иерархии. По нисходящей, это выглядит так: знаменитый-богатый-образованный-обычный, и в каждой части еще делится на удачник-неудачник. Иерархия здесь не личностная, основанная на определенном авторитете той или иной личности, иерархия именно социальная, которая определяет принадлежность к той или иной ступени определенными вещами или символами. Знаменитый — слава, популярность, при этом часто заработанная экстравагантными выходками, например шоу-бизнес. Богатый — деньги, имущество, мода. Образованный — диплом, степень и т.д. Конечно, это не жесткие рамки, ступени перемешиваются, но суть ясна. В отличии от европейцев, иерархия русской личности именно индивидуально-личностная. И отношение к той или иной ступени человека, не определяет его авторитет. Фактически любому русскому, стоящему на разных ступенях социальной лестницы приходится бесконечно доказывать авторитет и признание своей личности. В качестве примера можно взять высших государственных деятелей. Сталин, Ельцин имели беспрекословный личностный авторитет, несмотря на различные оценки их деятельности с разных нравственных точек зрения. Нынешний президент личностного авторитета не имеет, имеет он только должностной авторитет в европейском понимании. В положении, о том, что для русских имеет значение только индивидуально-личностный авторитет, и кроется ответ на извечный русский вопрос: «Ты меня уважаешь?». Т.е. иначе сказать, ты признаешь во мне личность, ты считаешь меня равным? И хотя в нынешнем российском экономическом строе опять возник элемент родства, это связано только с капиталистической системой построения экономических отношений. Капиталист среднего пошиба, старается полагаться на родственников только по той причине, что этим пытается защитить себя от капиталистического принципа «человек человеку волк». И таким образом возвращается к понятию клана, рода в его традиционном понимании, тем самым хороня завоевания христианства.
5. Отрицание власти закона. Это основное в русской душе, и почему это происходило и происходит, было разобрано выше. Но стоит отметить, какие последствия может иметь давление закона на личность, и как следствие — неприятие государственного закона, в контексте разных времен русской истории. В принципе, русская нелюбовь к карательным органам власти заключается в том, что хотя грех и имеет неотвратимые последствия, а преступление влечет за собой кару, орудием обнаружения неотвратимых последствий греха и преступлений из него вытекающих, являются люди карающие за преступление, но совсем не являющиеся носителями высшего добра и сплошь и рядом сами являющиеся такими же грешными, злыми и преступными. По русской традиции носителями высшего добра являются сострадающие, помогающие, посещающие заключенных в тюрьмах, освобождающие от казней, совершающие чудеса. Эта русская традиция трансформировалась под тотальным давлением государственного советского закона в полнейшее отрицание закона, и вылилось в анархию 90-х годов XX в, перевернув все с ног на голову в понимании законопослушного европейца. Носителем закона стали уголовные «авторитеты», отрицавшие государственный закон, и выработавшие свои законы, поскольку человеческое общество не может жить без законов, которые хотя бы в чем-то понимаются и принимаются большинством. Фактически воровская «этика» стала вторым государственным законом еще по той причине, что советской тоталитарной системой в тюрьмах и лагерях был выпестован новый вид российского человека — человек сидевший. Для многих русских прошедших через тюрьмы, лагеря и ссылки, где данная «этика» была в законе, отрицание законнической государственной этики вылилось в принятие антигосударственной анархической воровской «этики». Воровская романтика очень тесно связана с фактором личной свободы, свободы личности от общественных и государственных законов, а разрастанию ее в масштабах страны в первую очередь способствовала идеология государственного атеизма. Но воровская свобода поэтому и является тупиковой, т.к. перерастает в понятия «человек человеку волк», «кто сильнее тот и прав». В совершенно противоположное явление выливается давление государственного законничества, когда личность имеет христианское мировозрение. С этого угла зрения будет рассмотрено интереснейшее явление — казачество. Зародилось казачество в эпоху становления Московского, а также Литовского (запорожские казаки) княжеств. В это время происходит централизация власти, становление и усиление государства, государственной власти. Примерно в это же время формируются первые предпосылки к закрепощению крестьян. В ответ на давление государственной власти крестьяне бегут на окраины княжеств, а в последующем и царств, образуя вольницы. Крестьянские вольницы со временем трансформируются в военизированные ополчения, выступающие форт-постами на окраинах государства. Но основанные на христианской вере они не становятся рассадниками анархии и беспредела. В последующем казаки являются первопроходцами в освоении Сибири, а также в русификации Северного Кавказа. И только таким образом могла ширится империя основанная на труде, а не огне и мече. Казачьи поселения в этих регионах занимались в первую очередь освоением новых земель, ведь не в последнюю очередь казаки являлись и крестьянами. Но, будучи военизированным ополчением, казачество способно было защищать себя само, без привлечения регулярных войск. Таким вот парадоксальным образом государство ширилось и крепло. Государственное давление на крестьян, а крестьяне находились в подавляющем большинстве, выливалось в бегство крестьян от власти закона, что способствовало расширению земель государства. И русское население, являясь колонизатором новых земель, врастало в него своими корнями, смешиваясь с коренным населением, несло новое христианское понимание жизни. Но не стоит полностью идеализировать этот процесс, хватало у нас и генералов Ермоловых, но это явление больше относится к имперской теории построения государства и будет разобрано дальше.
Необходимо остановится на факторах, которые мы отнесли к вторичным и третичным. Никто не отрицает, что эти факторы также вносят свою лепту в русскую душу. Противоречивость и сложность русской души так же связана с тем, что в России сталкиваются и приходят во взаимодействие два потока мировой истории — Восток и Запад. Россия как бы соединяет в себе два мира и являет собой “огромный Востоко-Запад”. Соответственно в русской душе борются два начала: восточное и западное. В основу формирования русской души легли два противоположных начала: природная языческая стихия и аскетически монашеское православие. Соответственно эти начала явились причиной появления совершенно противоположных свойств в русском народе, таких как жестокость и доброта, обрядоверие и искание правды, обостренное сознание личности и предельный коллективизм, национализм и универсализм. В отношении к государству в русском народе можно открыть как стремление к анархизму, неприятию государства, так и стремление к гипертрофии государства, к подавлению свободы. Географическая среда так же могла повлиять на формирование “духа народа” и являет собой зависимость между необъятностью, безграничностью русской земли и русской души, между географией физической и географией духовной.
Сделав лирическое отступление, возвращаемся к русской истории. В целом данный этап русской истории можно сформулировать одной фразой: «государство росло и крепло». Основной поворотной точкой явилось правление Петра I. Но до этой поворотной точки необходимо разобрать несколько исторических событий — закрепощение крестьян и православный раскол.
Крепостное право — совокупность юридических норм феодального государства, закреплявших наиболее полную и суровую форму крестьянской зависимости. Включало запрещение крестьянам уходить со своих земельных наделов (т.н. прикрепление крестьян к земле или «крепость» крестьян земле; беглые подлежали принудительному возврату), наследственное подчинение административной и судебной власти определённого феодала, лишение крестьян права отчуждать земельные наделы и приобретать недвижимость, иногда — возможность для феодала отчуждать крестьян без земли. Крайние формы крестьянской зависимости проходят волной от западного края Европы до восточного. Приход крепостного права соответствует определённому этапу развития общественно-политических отношений. Но поскольку развитие различных регионов Европы происходит с разной скоростью (в зависимости от климата, населённости, удобства торговых путей), то и крепостное право в одних европейских странах это лишь атрибут средневековой истории, в других доживает практически до новейшего времени. Понятие крепостного права появляется в Московском государстве на рубеже XV-XVI вв., когда оформилась поместная система. Государство передавало поместье служивому человеку, который был обязан за это воинской службой.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36

загрузка...