ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Тем не менее свое дело он сделал – смыл с меня корку пропахшей табачным дымом и пивным перегаром грязи. Я был чист: благодаря лимонному мылу Джерарда противный зуд сменился приятным покалыванием во всем теле; грейпфрутовый шампунь, когда-то забытый Лидией, привел в порядок мои волосы и успокоил душу.
Где-то мне даже не хотелось, чтобы похмелье проходило. Оно возвышало меня, будто усталость после тяжкого, но важного испытания. Головная боль, порванный пиджак, противный запах пива, рубашка в пятнах – все это были трофеи большой ночной охоты, вмятины на доспехах, подтверждение того, что дракон моих страхов повержен. Главное, от меня все еще исходил аромат Элис – головокружительная смесь ее духов и сигарет «Силк Кат» с привкусом губной помады и вина.
Пес, как всегда, торчал в ванной и смотрел, как я принимаю душ. Джерард так и не объявился, и я решил, что за ночь псина изголодалась по общению, а может, просто изголодалась. Даже после того, как я его покормил, он продолжал требовать внимания настойчивее, чем обычно. Вылезая из ванны, я погладил его по голове, сказал:
– Для тебя, Фриц, война окончена. Гуляй.
Затем представил себе на собачьей шее голову Джерарда и отослал животное восвояси.
Я часто побеждал: в спорте, в словесных поединках, даже выигрывал в лотерею. Но всегда только в мечтах. Я точно знал, как отреагирую на победу, как с непроницаемым лицом пройду сквозь ликующий строй товарищей по команде, забив решающий гол в финальной игре; как один уйду домой, вместо того чтобы пить с остальными игроками, с огромным отрывом обойдя их в игре интеллектуальной; как возьму чек, молча кивну и исчезну в ночи. Я на вершине и своим торжеством делиться ни с кем не захочу. В действительности получилось именно так, как я и ожидал: никаких воплей и прыжков, размахивания руками и биения себя в грудь, а лишь спокойная вера в себя, в то, что я способен на все, что мое прикосновение наделено странной властью исцелять или разрушать, что мои движения быстрее и точнее, чем у тех, из стада.
Лучше могло быть только одно: если б я взял ее в эту же ночь. Не ради впечатлений, ощущений, вкуса и вида; в отложенном наслаждении есть особая прелесть. Чувствовать рядом ее тело, целовать ее, как будто мне снова пятнадцать лет, я невинен и не знаю большего счастья. Да, так оно и было. Ее поцелуи не обжигали, а оживляли губы, наполняли тело энергией, но скорее не сексуальной, а духовной. Нет, я искал не сильных ощущений, а твердых гарантий. Хотя она дала мне хороший задаток, проспав всю ночь подле меня, мне было бы спокойнее, если б она заплатила по счету полностью и увела меня из магазина.
Я понял, что у нас все получится, когда по дороге домой «на чашку кофе» она толкнула меня в кусты. То была кульминация вечера здорового юмора, начатого с нашей шуточной драки в ресторане, продолженного моей стандартной шуткой «только после вас» при посадке в такси (когда девушка делает шаг к машине, чтобы сесть, я тоже выступаю вперед и делаю вид, будто сгоняю ее с места – в общем, чтобы понять, это надо видеть) и ее попытками дать мне сдачи по дороге к дому. Когда я наконец поймал ее за обе руки, она толкнула меня спиной в кусты. Ощущение было как после победного рывка через финишную прямую, несмотря на то что пиджак я порвал и вдобавок сильно стукнулся головой.
Сейчас, в ярко освещенной, белой ванной комнате я нащупал шишку на затылке. Да, это был не сон.
Я внимательно оглядел себя в зеркале – опять толстею. Доходя до определенной степени свинства, я перестаю быть похож на мужика, – по крайней мере, на лицо. Превращение не из приятных. Я не напоминаю ни дородную уличную женщину викторианской эпохи, ни здоровую, кровь с молоком, деревенскую деваху. При весе в сто кило я становлюсь какой-то рыхлый и рассыпчатый, похожий на слегка нарумяненную матрону, недогримированную комическую старуху, приличную даму с дряблым подбородком и мужем-подкаблучником, который ходит за покупками, надев ее лицо; даму, наперечет знающую всех соседей на своей улице и мечтающую пойти на курсы икебаны, как только приведет в порядок нервы. В общем, я не очень себе нравлюсь.
Я инстинктивно поднял руку, прижав предплечье к груди, чтобы подчеркнуть бицепс, и резко повернул голову вправо, отчего кожа на лице натянулась туже. Так у меня проступает некое сходство с Керком Дугласом в молодости.
Нацеловавшись вдосталь, мы легли в кровать. Странно, на самом деле мне даже не хотелось спать с Элис. В детстве за обедом я всегда съедал сначала горошек, потом тушеные коренья, картофельное пюре, а жареную картошку оставлял напоследок. Затем ел мясо, приберегая самое вкусное – хрящики – под конец. Вот так я теперь хотел сближаться с Элис – наслаждаться горошком, предвкушая восхитительное мясо. Заранее прошу прощения у возмущенных феминисток и просто порядочных людей, но что было, то было.
И хорошо, потому что она сразу же ясно дала мне понять, что спать со мной намерена только в буквальном смысле слова, а не вести активный образ жизни до рассвета. Вообще-то к женщине, отказавшейся от секса на первом свидании, я особого уважения не испытываю: либо ее система ценностей несовместима с моими принципами, либо своим отказом она рассчитывает распалить меня. Подобное не по мне.
Что же касается Элис, то, думаю, она хотела просто побыть рядом со мною, чего, как ни странно, хотел от нее и я: заснуть, вдыхая ее аромат, и проснуться в ее тепле. Начать роман с дружбы казалось так свежо и ново; будто мы знаем, что нравимся друг другу, а постельный вопрос можно решить и потом. Почти все мои предыдущие романы развивались в строго обратном направлении: вечер, выпивка, мой выпендреж, затем постель и от трех до шести месяцев на размышления, в результате чего мы понимаем, что совершенно друг другу не подходим.
В объятиях Элис мне казалось, что мы – компоненты страшной взрывчатки, смешивающиеся медленно и осторожно, чтобы не взлететь на воздух от слияния.
В половине второго ночи я предъявил ей билеты в Венецию, выдав заранее подготовленную версию о победе в конкурсе «Ивнинг стандард». Не думаю, чтобы она поверила, но ее искренний восторг меня удивил. Она сказала, что с радостью побывает там еще раз, что можно поехать на островки и там спрятаться от туристских орд. Я-то против туристских орд ничего не имею: если люди едут, значит, место того стоит. Вслух сказал, что надо непременно посетить площадь Святого Марка, ибо понимал: там в «Макдоналдсе» продают пиво, и следует проверить, такое же оно дерьмовое, как все остальное, или нет.
Элис ответила, что непременно надо пойти на футбол, посмотреть «Венецию», потому что они выиграли серию «В» итальянской лиги. Я обалдел – на дворе июнь, какой футбол, – но пришел в восторг от предложения.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113