ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Сердито вспыхнув, Зои настойчиво повторила:
— Не спорь. Уходи!
— Сначала я хочу услышать ответ. Ты ведь хотела этого, не так ли?
К черту осторожность!
Гордо вздернув подбородок, она вызывающе ответила:
— Я передумала!
Он иронически усмехнулся.
— Хорошо, что ты, по крайней мере, признала это. Ты говорила, что склонна менять свое мнение о мужчинах, но я и представить себе не мог, насколько быстро. Минуту назад ты горела, как в огне. И вдруг превратилась в дикую кошку. Почему, Зои? Что изменилось? Что заставило тебя передумать?
Поколебавшись, она решилась на откровенность.
— Ты слишком спешишь. Я едва тебя знаю. И никогда не сплю с мужчинами, с которыми только что познакомилась. Я слала лишь с очень немногими из своих мужчин, а их было немало в моей жизни. Не хочу подцепить СПИД или еще что-нибудь в этом роде, так что предпочитаю сначала узнать человека, а потом уже предаваться с ним радостям жизни.
Он наблюдал за ней, и его лицо оставалось абсолютно непроницаемым. Но она слышала его тяжелое дыхание и знала, как трудно ему сейчас сдерживать себя.
— Ну что ж! Я тебя понял. Ты права. В конце концов, я никуда не тороплюсь.
— Но ты только что собирался переспать со мной! Как я могу тебе верить, если ты говоришь одно, а делаешь другое?
Гримаса исказила лицо Коннела.
— И тут ты права. Это безрассудно и глупо с моей стороны. — Его голос понизился, стал глубже и мягче, но дышал он еще тяжело. — Ты свела меня с ума, Зои. Я перестал владеть собой. Ты не представляешь, как сексуальна ты была, когда мы целовались… Как будто отдавалась мне душой и телом. Ты такая страстная, такая горячая… Ты завела меня!
Зои снова вспыхнула. Она дрожала как в лихорадке от стыда и унижения.
— Заткнись! — выкрикнула она. — Заткнись! Слышишь?.. Я не хочу больше говорить об этом. Убирайся из моего дома и оставь меня в покое! — Она схватила с тумбочки мобильник. — Я вызываю полицию. У тебя десять секунд, чтобы убраться. — Она принялась набирать номер.
В течение секунды Зои думала, что Коннел попытается продолжить спор, но он только смерил ее долгим, тяжелым взглядом, повернулся и стал спускаться вниз, не произнеся ни слова.
Она слышала, как хлопнула дверь, потом раздался шум мотора. Зои подошла к окну как раз в тот момент, когда машина Коннела исчезла за поворотом.
Она неудержимо разрыдалась. Коннел чуть было не перешел роковую черту в их отношениях. И если бы это произошло, то произошло бы с ее согласия. Она хотела его так страстно, так мучительно!..
Теперь она ощущала нестерпимую боль потери…
Но она сама остановила его. Так почему же сейчас она чувствует себя виноватой? Почему стоит, как потерянная, а слезы льются и льются по ее лицу?
Что же значит для нее Коннел Хиллиер? Зои чувствовала, что ей не удастся больше уходить от ответа на этот вопрос.
Глава 8
На следующее утро Зои встала еще позднее, чем обычно, наслаждаясь возможностью поваляться в кровати. Позавтракав овсянкой и тостами, она отправилась за покупками.
Был ясный холодный день. Зои сидела в маленьком деревенском кафе и пила кофе с булочками. Деревья за окном стояли уже почти голые, но кое-где еще цвели осенние желтые хризантемы и поздние белые розы, темно-зеленый остролист радовал взор яркими красными ягодами. Говорили, что он предвестник надвигающейся суровой зимы. Природа словно заботится, чтобы у птиц был корм.
Эти мирные картины природы немного подняли Зои настроение, которое пришло в полный упадок, когда утром она вспомнила, что произошло накануне.
Ее депрессия была вызвана вовсе не Коннелом. Мужчины всегда поступали так. Она привыкла справляться с ними с небрежной легкостью, не обижаясь. В каком-то смысле ей даже льстили подобные случаи.
Вчера вечером она совсем не боялась Коннела.
Ее беспокойство вызывала она сама. Она хотела его, даже тогда, когда говорила «нет». Впервые в жизни она действительно хотела мужчину. Так сильно, что ей стоило большой внутренней борьбы остановить его. И она не понимала, что это означало.
Она была перепугана, смущена, изумлена, сбита с толку. Ей было трудно думать о чем-либо, кроме Коннела Хиллиера. С затаенной радостью она вспоминала его губы, его руки, его густые черные волосы…
Неужели она влюбилась?
Ну вот еще!
Просто смешно!
Но Зои даже не улыбнулась. Почему-то ей было совсем не смешно.
Вернувшись домой, она начала распаковывать продукты, одновременно прослушивая автоответчик.
— Привет, Зои. — При звуке голоса Коннела она вздрогнула и выронила коробку с яйцами.
— Черт! — пробормотала Зои, глядя на слизистую лужу. Теперь придется мыть пол!
— Извини за вчерашнее. Мы можем начать все сначала? У меня сегодня праздник. Марк и Санча приедут. Приезжай и ты с ними, хорошо? Пожалуйста, Зои!
Автоответчик отключился, а Зои все стояла, глядя в пространство.
Праздник?
Ни в коем случае! Нужно быть круглой дурой, чтобы после всего, что было, снова встречаться с ним. Слишком большой риск. Она не может себе это позволить.
Взглянув на свое отражение в зеркале и убедившись, что кровь все же прихлынула к лицу, Зои сказала себе:
— Кого ты хочешь провести? Тебя, видно, здорово зацепило. Ты за все сокровища в мире не откажешься от возможности увидеться с ним, как это ни грустно.
И это она, та, что всегда презирала женщин, которые позволяли себе оказаться в зависимости от мужчины? Что ж, теперь она могла презирать самое себя.
Четверть часа спустя, когда Зои ела бутерброды с сыром и салат, позвонила Санча.
— Ты приедешь сегодня вечером?
— Полагаю, что да, — нехотя ответила Зои.
— Знаешь, ты абсолютно несносна! Это же вечеринка, а не визит к дантисту! Могла бы хоть сделать вид, что собираешься на нее с удовольствием.
Зои кротко вздохнула.
— Извини, я сейчас ем и думаю о работе…
— Действительно, о чем еще ты можешь думать? — сразу вскинулась Санча.
Если бы ты знала правду, ты бы осталась довольна, подумала Зои, но вслух только спросила:
— И что я должна надеть?
— Марк велел мне надеть что-нибудь понаряднее. Джинсы — ни в коем случае. Там будут клиенты, на которых Коннел хотел бы произвести впечатление. В основном очень богатые люди. Они будут разодеты в пух и прах, так что, ради Марка, я прошу тебя, надень лучшее, что у тебя есть, Зои!
— Значит, платье, а не джинсы? — Экая скука! Богатые бизнесмены никогда не вызывали у нее симпатии. Она просто не знала, о чем говорить с ними. У них такая нудная жизнь.
— Конечно, я же сказала, никаких джинсов. Мы заедем за тобой в семь пятнадцать. Хорошо?
Санча отключилась, а Зои долго еще пила сок, представляя себе дом Коннела, его образ жизни и… его самого.
В шесть она начала собираться. Надев черные трусики и черный лифчик, Зои задумалась. В ее гардеробе было много красивых, нарядных вещей, но сегодня ей хотелось чего-нибудь особенного. Она выбрала короткое алое платье без рукавов, с низким декольте и открытой спиной. Полностью облегающее, оно едва доходило до колен.
Посмотрев на себя в зеркало, Зои заколебалась: не слишком ли вызывающе? Платье было куплено для церемонии вручения наград, когда необходимо быть замеченной журналистами. Оно предназначалось для того, чтобы ослеплять мужчин, привлекать внимание, заставлять оглядываться на нее не один раз. К тому же оно очень шло ей.
Зои надевала это платье один или два раза и знала, что на мужчин оно действует безотказно. Особенно если, забывшись, она наклонялась чуточку вперед, так что становилась видна грудь.
Может, лучше надеть что-нибудь поскромнее? Взглянув на часы, она застонала. Слишком поздно. Вот-вот приедут Санча с Марком, а ей еще надо подкраситься. Кинувшись к зеркалу, Зои принялась наносить на кожу крем-пудру.
Сестра и зять действительно не заставили себя ждать. Услышав шуршание шин по гравию, Зои сбежала вниз, захватив черный бархатный плащ и сумочку.
Когда она открыла дверь, Марк присвистнул, а Санча несколько минут не могла прийти в себя от изумления.
— Я никогда не видела у тебя это платье. Ты купила его специально для сегодняшнего вечера? Коннел будет поражен.
— И падет к твоим ногам, — сухо добавил Марк.
— Я не одеваюсь специально для Коннела Хиллиера, — огрызнулась Зои. — И платье совсем не новое. Я купила его весной, когда нам хотели дать премию за лучший игровой фильм, но в конце концов ее дали…
— Помню, помню, — воскликнула Санча. — Мы смотрели церемонию по телевизору.
— Нас не показали! Мы ведь не получили этого приза, — с горечью сказала Зои.
— Когда объявляли кандидатов, я видела тебя и всех твоих в зале. Но ты сидела, поэтому тогда я не заметила, что платье настолько… — Санча замолкла.
— Настолько что? — Зои заранее ощетинилась.
— Неважно, — сказал Марк, лукаво посмеиваясь. — Ты восхитительно выглядишь. Просто замечательно!
— Может, мне тоже купить что-нибудь в этом роде? — спросила Санча ледяным голосом, — Тебе? Ни в коем случае. — Он нахмурился. — Ты моя жена, уважаемая замужняя женщина. Я не хочу, чтобы другие мужчины пялились на тебя.
Санча посмотрела на Зои:
— Видишь?
— Я вижу, твой муж считает, что его жене не позволено то, с чем он мирится, когда дело касается остальных женщин. На твоем месте я бы этого не потерпела. Если только у тебя не гаремный менталитет, — резко ответила Зои. — И вообще, мы идем или нет?
— Ну и характер, — рассмеялся Марк.
— «Гаремный менталитет»? Что ты имеешь в виду? — начала злиться Санча.
Не отвечая, Зои выключила свет в холле, закрыла дверь и, гордо подняв голову, направилась к машине.
— Я понимаю, что Марк имеет в виду, — сказала Санча, идя следом за Зои. — Я бы тоже не хотела, чтобы другие женщины смотрели на него.
— Ревность — это ребячество, — ответила Зои, садясь в автомобиль.
— О, конечно, ты бы не стала ревновать, если бы увидела своего парня с кем-нибудь еще!
— Нет, я бы просто бросила его, и все.
— Ты всегда так делаешь!
— Если вы сейчас же не прекратите препираться, вы испортите себе праздник, — садясь за руль, заметил Марк.
Через некоторое время они въехали в ворота, за которыми виднелись очертания громадного здания с множеством светящихся окон.
— Это его дом? — Санча задохнулась от удивления. — Такой огромный.
— Ну, не такой уж он и большой, — улыбнулся Марк. — Всего шесть спален. Санча завистливо вздохнула:
— Хотела бы я жить в таком доме!
— И я тоже, — сухо отозвался Марк. — Но, боюсь, для этого тебе придется развестись со мной и выйти замуж за Коннела.
— Я подумаю насчет этого, — хихикнула Санча. — Чтобы содержать такой дом, нужно быть очень богатым.
— Очень, — отозвался Марк. — А ты что молчишь, Зои? Не ожидала увидеть такое?
— Я думаю, сколько хлопот с таким домом, — холодно отозвалась Зои. — Чтобы поддерживать в нем порядок, нужна уйма времени!
— У Коннела есть экономка, несколько горничных и садовник. Сад очень красивый, я не говорил тебе?
Дом был действительно великолепен: изящный, с красной черепичной крышей и колоннадой при входе.
Но Зои презрительно сказала:
— Его жене придется тратить кучу времени на то, чтобы управляться с прислугой! Марк иронически поднял брови:
— Стараешься скрыть восторг, а, Зои? Ответить она не успела, потому что в эту самую минуту Марк остановился возле дюжины других автомобилей.
Судя по количеству машин на стоянке, это был очень большой прием.
— Волнуешься? — спросила Санча, когда они подходили к дому.
— В смысле?
— Ну, по поводу того, что снова увидишь Коннела?
— Конечно, нет! — Зои раздраженно фыркнула, но в глубине души она знала, что ее сестра близка к истине.
Марк догнал их уже в белокаменном портике у входной двери. Вечер выдался теплый, но все же Зои дрожала в своем бархатном плаще. Один взгляд на это архитектурное чудо сильно изменил ее отношение к Коннелу.
Она думала о нем, как о тех людях, с которыми работала, людях, с которыми можно поговорить, которым можно довериться.
Он готовил ей еду, убирал кухню, стирал одежду, заботился о ней, а у него, оказывается, громадный дом и целый штат прислуги! У самого Коннела не было никакой необходимости готовить себе и убираться.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19