ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


— Это показывает лишь, как мы настроены друг на друга. — Пролетая в танце мимо него, она приняла бокал из его руки. — Вот видите, Саймон? Я же говорю, что мы общаемся…
— …на высших уровнях, — заключил он за нее. — Да, дорогая моя. Я достаточно часто слышу это от вас. — Он приподнял рюмку, приветствуя ее. — За вас, мадам жена. Вы сегодня имели потрясающий успех.
— Спасибо леди Мерриуэдер. — Эмили со смехом провальсировала в дальний конец комнаты. — И леди Норткот. Она была очень добра ко мне. Они с Селестой представили меня буквально каждому, и я танцевала почти все танцы, Саймон. И целых два вальса!
— Араминта сказала мне, что первый вы танцевали с Эшбруком.
Вальсируя мимо одной из огромных атласных подушек, Эмили метнула в него быстрый взгляд. Знает ли Саймон, что именно с Эшбруком она и сбежала пять лет назад. А если знает, станет ли ревновать? Черта с два! Саймон слишком хорошо владеет собой и слишком в себе уверен, чтобы ревновать. И потом, он знает, что ее сердце принадлежит ему…
— Да. Эшбрук пригласил меня на первый вальс. Саймон, я хочу кое-что рассказать вам о нем…
— И что же именно? — Саймон внимательно смотрел на нее поверх бокала.
Эмили остановилась перед изящной китайской картиной, изображавшей могучих лошадей и необычно одетых воинов, и принялась пристально изучать ее в свои очки…
— Ричард и есть тот человек, которого я, как мне тогда казалось, любила пять лет назад… тот, с которым я тогда сбежала.
— Но вы ведь ни с кем никогда не сбегали пять лет назад, — спокойно заявил Саймон. — По-моему, я вам уже объяснял, что никакого несчастного происшествия в вашей жизни нет и никогда не было.
Эмили в изумлении повернулась к нему.
— Но, Саймон… А, понимаю, — проговорила она, внезапно осознав и одобрив его игру. — Это и есть ваш план по успешному представлению меня в свете? Мы нашли дерзкое решение проблемы скандала. Мы просто будем отрицать, что он вообще был когда-нибудь!
— Совершенно верно.
— Блестящий подход. — Она задумчиво нахмурилась. — А если Ричард что-нибудь расскажет сам?
— Не думаю, чтобы он пошел на это. Эмили, чуть поразмыслив, кивнула:
— Пожалуй, вы правы. Я полагаю, это было бы несколько неловко для него.
Уголки губ Саймона мрачно искривились, золотые глаза вспыхнули.
— Даже больше чем неловко. Скорее очень опасно.
— Да, ему же надо беспокоиться и о своей собственной репутации.
— Помимо всего прочего.
Эмили снова кивнула и возобновила кружение. Она еще раз скользнула по Саймону испытующим взглядом:
— Надеюсь, вы не ревнуете к Эшбруку, нет?
— По поводу несуществующего несчастного происшествия или потому что он танцевал сегодня с вами вальс?
— И то, и это… — с надеждой произнесла Эмили. От подобной возможности у нее екнуло сердце.
— А мне следует ревновать? — Голос Саймона был совершенно бесстрастен.
— Нет, ни на одну секунду, — великодушно заверила его Эмили. — Пять лет назад я совершила глупейшую ошибку. Честно говоря, как только мы покинули Литл-Диппингтон, я почти сразу же поняла, что на самом деле вовсе не хочу выходить замуж за Ричарда. Просто было так чудесно лететь самым романтическим образом к границе, слушая, как Ричард читает свои самые красивые стихи. Но мне скоро пришлось себе признаться, что я не люблю его. Я просто не могла тогда выйти за него замуж.
— А сегодняшний вальс? Вы, случайно, не обнаружили в себе каких-нибудь новых чувств, когда он держал вас в объятиях?
— Нет. — Эмили откинула голову, размышляя о своих ощущениях во время первого вальса… — Нет. Совсем другое. Это больше походило на встречу со старым знакомым, с которым давно не виделись.
Она тут же решила, что не расскажет Саймону о великодушном предложении Эшбрука посмотреть ее рукопись. Во всяком случае, пока. В конце концов, еще ничего не решено. Эшбрук может признать, что «Таинственная леди» совершенно не годится для публикации. Тогда хватит с нее и того, что о ее поэтическом крахе будет знать Эшбрук.
— Понятно. Встреча со старым знакомым…
— Да-да. Вот именно. — Эмили промурлыкала еще несколько так-тов вальса. — Ах, Саймон, странно, но я никак не могу сегодня успокоиться. Я все еще чувствую в себе необыкновенный подъем!
— А должны бы изнемогать от усталости. — Саймон прислонился к черному лакированному столу. Он уже снял фрак и развязал галстук. Длинные концы белого шелка свободно свисали с его шеи.
— Вы правы, но я совсем не устала. — Эмили отпила глоточек бренди. Ее взгляд упал на одну из больших богато украшенных кистями подушек. — Скажите, Саймон, вы стащили эти подушки из какого-нибудь турецкого гарема?
— Нет. Я заказал их здесь, в Лондоне. — Он отхлебнул бренди. — Они вам нравятся?
— Просто чудесные. — Эмили поставила свой бокал и во весь рост растянулась на ближайшей атласно-золотистой подушке. Она откинулась в чувственно-небрежной, как она считала, позе, которую, по ее мнению, могла бы выбрать прекрасная обитательница гарема. — Как я смотрюсь? Из меня получится знойная восточная куртизанка?
Взгляд Саймона медленно прошелся от самых кончиков ее изумрудно-зеленых атласных туфелек, расшитых драконами, до каскада рыжих кудрей бальной прически.
— Возможно, — признал он наконец.
— Что-то в вашем голосе не слышно особой убежденности. Может, очки портят впечатление? Сейчас посмотрим! — Она сняла их и положила на лакированный столик поблизости. Потом вновь томно откинулась на золотой подушке и пустила из-под ресниц убийственный взгляд. Саймон теперь казался ей большим темным пятном в другом конце комнаты. — Так лучше?
— По-моему, уже несколько ближе.
Грациозным движением Эмили повернулась на бок. Ее пышные юбки чуть завернулись, приоткрыв ножку в чулке. Она надула губки, пытаясь подражать обитательнице гарема:
— Ну вот. А как теперь?
— Эмили, уж не заигрываете ли вы со мной? — тихо спросил Саймон.
— Ну, я даже не знаю… — Как же помогает то, что она его почти совсем не видит. Тщательно обдумывая ответ, Эмили почувствовала, как кровь прилила к ее щекам. — Пожалуй, да. — Она затаила дыхание, ожидая, что он ей скажет.
— У вас сегодня странное настроение, не правда ли?
— Я счастлива, Саймон! — воскликнула она, взмахом руки желая охватить целый мир. — Мне кажется, что я плыву. У меня сегодня самый чудесный, самый восхитительный вечер за всю мою жизнь.
— И теперь вы хотите, чтобы он завершился моей любовью?
Эмили вздохнула и опять опрокинулась на спину, закинув вытянутые руки за голову и уставившись в ночные очертания потолка:
— Я же говорила вам, Саймон, что я женщина с большой пылкостью чувств. Возможно, я слишком возбуждена впечатлениями сегодняшнего вечера…
— Вполне вероятно.
— Саймон?
— Да, Эмили?
Она глубоко вздохнула.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88