ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

С перекладины свисала мужская фигура со сломанной шеей, покачиваясь в петле.
Глава 4
Женщина из «Пещеры Аладдина»
— Нечего шум поднимать, — сказал Банколен. — Просто игрушечная виселица. — И указал на освещенный стол в центре комнаты. — Видите? Кто-то вытащил модель из шкафа и поставил на стол. Огонь в камине…
Сэр Джон щелкнул выключателем у дверей, включил свет; мы подошли к столу.
— Игрушка висит на веревке, — заметил англичанин. — Боже! Смотрите! Деревянный человечек!
На столе стояла игрушечная виселица, которую мы разглядывали нынче днем. Только теперь в крученой петле висела черная фигурка, на мой взгляд, та самая, которую я видел на ладони аль-Мулька, после того как кто-то бросил ее на письменный стол в его апартаментах. Я сообщил об этом сэру Джону.
— Здесь какой-то сумасшедший разгуливает, — равнодушно заключил он.
— И то и другое совершенно верно, — кивнул Банколен. — Определенно сумасшедший, если я прав в своих ненавистных вам интуитивных суждениях. И определенно здесь. В данный момент безумец, бесспорно, находится в клубе.
— У вас есть теория?
— Да. Но только в основных чертах. Аль-Мулька хитроумно и незаметно преследовал… видимо… Ну, оставим пока под вопросом. Он схвачен. Хорошо бы позвать сюда Виктора.
Впрочем, Виктор нам не помог. Он явился взволнованный и обессилевший после беседы с инспектором Толботом. Подобающим образом ужаснувшись картиной, заявил, что в последний раз находился в гостиной в половине восьмого. Весь вечер просидел в привратницкой за вестибюлем. Положительно убежден, что в гостиную никто не входил, по крайней мере с половины восьмого до двенадцати. Когда в полночь принесли тело, он вышел из привратницкой и не может сказать, был тут кто-нибудь или нет.
— Сейчас в клубе много народу? — спросил Банколен.
— Нет, сэр. Только полковник Мордейл за письмами заходил. Заглянул в бар, в гостиную, и сразу ушел.
— Кто такой полковник Мордейл?
— Тут все в полном порядке, — вставил сэр Джон. — Семьдесят лет, глух как пень, окончательно разбит подагрой. Я его знаю. Можно исключить.
— Очень хорошо. Похоже, фигурку повесили после двенадцати, когда доставили тело и поднялась суета. Никто ничего не заметил…
Француз поднял глаза:
— Виктор, сколько человек живет сейчас в клубе? Не считая, конечно, прислуги.
— Да, сэр. Вы трое, естественно. Господин аль-Мульк. Слуга господина аль-Мулька, француз Жуайе, и его секретарь мистер Грэффин. Доктор Пилгрим. Всего семеро, сэр.
Банколен сел в глубокое кресло, взъерошил волосы.
— М-м-м… — промычал он. — А кто тот высокий джентльмен в халате, который спускался по лестнице, когда мы были в вестибюле?
— Мистер Грэффин, сэр, секретарь господина аль-Мулька.
— Он выходил нынче вечером?
— Вы имеете в виду, из клуба? Нет, сэр. Весь день не выходил. Обед ему подавали наверх.
— А слуга Жуайе сейчас здесь?
Виктор презрительно скривил губы.
— Нет, сэр. По-моему, он уехал на выходные в Париж.
— И наконец, последний… как его?
— Доктор Пилгрим? Очень тихий джентльмен, сэр, — пылко заверил Виктор. — Ушел около девяти, сэр. Больше я его не видел.
— Все, Виктор, спасибо.
В янтарном свете, сплошь заливавшем огромную комнату на все двадцать пять футов до лепного потолка, четко виднелась причудливая резьба. Гаргульи, змеи, витые колонки, летучие мыши, совы, безобразные головы торчали со стен, удваиваясь в граненых оконных стеклах. Тощие фигуры таращились с высоко висевших портретов. Банколен неподвижно сидел в глубоком кожаном кресле возле камина, высокого, словно каменные ворота. Сэр Джордж Фолконер сардонически глядел на него.
— Вы знаете кого-либо из этих людей? — спросил наконец детектив. Сэр Джон, склонившись над виселицей на столе, оглянулся:
— Кого? Постояльцев? Пилгрима немного знаю.
— Доктора?
— Да, он, по-моему, врач. Только не думаю, что практикующий. Известный знаток старины, автор нескольких великолепных трудов о старом Лондоне. Мне лично не очень-то нравятся нынешние писаки, — проворчал сэр Джон. — Постоянно играют словами; нынче знаменитость, завтра никто им не интересуется, и тогда себя спрашиваешь, что в нем вообще можно было найти. А этот настоящий. Интересный человек.
— Ну, пока его оставим. Положение таково: у меня есть несколько теорий — может быть, правильных, может быть, нет. Я уверен, что происшествие с мистером Доллингсом связано с этим делом…
Доллингс, дремавший в кресле напротив, вытаращил бычьи глаза.
— …и был бы весьма признателен, если бы он все подробненько нам рассказал.
— Но, боже мой! — вскричал Доллингс. — Это же просто…
— Да-да, разумеется, шутка. Понятно. И все-таки расскажите. Я слышал о вашем случайном знакомстве с некой таинственной… француженкой. Скажите, это женщина высокого роста, с темно-рыжими волосами? Глаза карие, довольно широко расставленные?
Доллингс резко выпрямился в кресле:
— Откуда вы знаете?
— Есть у меня одна старая добрая знакомая. Осмелюсь предположить, она вам не представилась? Да. Ее зовут Колетт Лаверн.
— Вы ее знаете?! — воскликнул сэр Джон.
— Немного. Знаменитая, восхитительная, единственная в своем роде Колетт! Думаю, мы с ней встретимся раньше или позже…
— Знаменитая? — переспросил Доллингс с каким-то пустым взглядом на страдальческом пухлом красивом лице.
— Ну расскажите же о приключении.
Доллингс нерешительно колебался.
— Я обязан рассказывать?
— Полагаю, полиции не обязаны. Но нам расскажите, пожалуйста, о победе, отбросив естественную для джентльмена стыдливость.
— О победе? — ошеломленно повторил Доллингс. — Оу, нет! — И еще больше смутился.
— Ну конечно, — успокоил его Банколен. — Просто расскажите.
— Все?
— Все.
— Но я буду выглядеть полным ослом, — смущенно признался Доллингс, подозрительно глядя на детектива. — И не понимаю, какое вы имеете право… — Тут он мрачно задумался, расправляя галстук. — Хорошо! Я вам все расскажу. Было это… с неделю назад. Я собрался в театр с одной своей подругой, а она в последний момент передумала. Пошел один, хорошо пообедал с шампанским, оно мне, наверно, ударило в голову. Во время спектакля, — прищурившись, объяснял он, — без конца гаснет свет, и актеры визжат. Но забавно. Ну, сижу, несколько навеселе, хочу закурить сигарету, чертовски славно развлекаюсь. Впрочем, представление слегка действовало на нервы. Один тип все время тыкал в людей ножами…
Он вопросительно взглянул на кивнувшего Банколена:
— Ну вот, свет погас, кругом стало темно, и вдруг кто-то сунул мне прямо под нос зажигалку… понимаете, к сигарете. Боже мой! Я опешил… Разглядел в пламени лицо мужчины, сидевшего позади меня в ложе, раньше я на него внимания не обращал. По-моему, тот самый египтянин, аль-Мульк.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50