ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Кстати, у нее тогда родилось двое детей — ты и мальчик. Твой брат.
Катриона сердито замотала головой, не желая больше слушать герцога.
— Нет. Это неправда, — заговорила она. — Нет у меня никакого брата! Есть лишь единственная сестра Мерид. А ты… ты лжешь!
— Катриона, ты должна меня выслушать, — покачал головой Роберт. — Твоя мать не из Макбрайанов. По крайней мере по крови. Женщину, подарившую тебе жизнь, звали леди Кэтрин Данстрон. Она была женой хозяина Крэннока, но не того, которого ты видела, а предыдущего. Нынешний лишь унаследовал титул. Муж леди Кэтрин, твой отец, сэр Чарлз Данстрон, умер за несколько недель до твоего рождения. Сэр Деймон — его племянник. Его будущее зависело от того, кто появится на свет у леди Кэтрин. Мэри помогала леди Кэтрин при родах и приняла у нее сына. Но сэр Деймон в ту же ночь забрал мальчика. И этого ребенка больше никто никогда не видел. Однако сэр Деймон не знал, что леди Кэтрин в ту же ночь разрешилась от бремени и вторым ребенком. Дочерью. — Его голос чуть дрогнул. — Тобой.
Слезы градом катились из глаз девушки, она ничего не видела вокруг, лишь голова ее качалась из стороны в сторону. Она не верила этому, этого не могло быть! Это невозможно, неправдоподобно! Господи, когда же она пробудится от этого ужасного кошмара?
— Я не верю тебе, — глухо проговорила она. Роберт сел рядом с ней.
— Катриона, — обратился он к девушке, — я понимаю, что все это звучит неправдоподобно, но тебе придется поверить, что все сказанное мной — правда. У меня нет сомнений в рассказе Мэри. А я клянусь, что в точности передаю тебе ее слова. Когда ты родилась, леди Кэтрин попросила Мэри унести тебя из Крэннока и скрыть от сэра Деймона, что детей было двое. Твоя мать опасалась за твою жизнь. Попросив Мэри позаботиться о тебе, леди Кэтрин в мучениях умерла. И за эти мучения тоже во многом ответственен сэр Деймон.
Вдруг Мерид едва не вскочила с места.
— Но почему же мама ни о чем нам не рассказывала? — вскричала она. — С чего это вдруг она поведала правду только вам? Причем первому?
— Ваша матушка никогда не говорила правды о рождении Катрионы, потому что опасалась, что слова ее каким-нибудь образом дойдут до сэра Деймона. Но так уж получилось, что именно вчера он увидел Катриону, вот она и попросила меня позаботиться о ней и защитить от негодяя. Поразмыслив, мы оба пришли к выводу, что сэр Деймон непременно станет разыскивать тебя. Поэтому я и направился на твои поиски, дорогая. Я должен был первым тебя найти. Мне и в голову не пришло, что он может напасть на Мэри, иначе бы я настоял, чтобы она немедленно перебралась в Россмори, хоть Мэри и хотела остаться дома, поджидая вас и Энгуса, — договорил он, глядя на Мерид.
Катриона хмуро молчала. Она была подозрительно тиха. Роберт взял девушку за руку и протянул ей золотую цепочку с медальоном, которую Мэри отдала ему перед смертью.
— Катриона, эта цепочка принадлежала твоей матери, леди Кэтрин. Она попросила Мэри передать ее тебе, когда настанет время сообщить правду о твоем происхождении, — проговорил герцог Девонбрук.
Девушка бережно взяла круглый и плоский медальон. На обратной стороне были выгравированы инициалы «КТ»и дата — 1789. Дрожащими руками Катриона нажала на замок. Крышка легко открылась, и девушка увидела две крохотные миниатюры с изображением мужчины и молодой женщины. Несмотря на то что волосы женщины были уложены в затейливую старомодную прическу, какие носили десятилетия назад, сходство Катрионы с ней было очевидно.
Только теперь Катрионе стали понятны некоторые вещи. Ее всегда интересовало, почему она так не похожа на своих родителей и Мерид. Она была невысокой, голубоглазой, а не кареглазой, как все Макбрайаны. Девушка не раз спрашивала себя, почему это Мэри отправила ее на несколько лет к тете Лиззи, когда она была совсем маленькой девочкой. А ей так хотелось остаться в Шотландии! Да, многое стало понятным… Мэри отослала ее в Англию, чтобы скрыть правду, чтобы защитить от сэра Деймона, чтобы спасти ей жизнь.
— Ты уже велел арестовать сэра Деймона? — вдруг спросила она, глядя на Роберта.
— Нет, Катриона, я этого не сделал, — отрицательно покачал головой герцог.
— Как же так? Неужто ему удастся избежать наказания? Он же убийца, Роберт! — возмутилась девушка.
— Я понимаю это, Катриона. Причем он убивал не один раз и, без сомнения, решится на другие убийства, если только у него появится возможность, — заметил Роберт. — Я всю ночь раздумывал над этим и, кажется, принял правильное решение. Как только мы покончим здесь с делами, то переедем в Лондон. Все.
— В Лондон? — переспросила девушка. — Но ведь сэр Деймон здесь!
— Именно по этой причине я и хочу уехать. Мэри сказала мне, что леди Кэтрин была англичанкой. Можно не сомневаться, что она благородного происхождения, возможно, даже из высшей знати. Не исключено, что в Лондоне живут твои родные, Катриона. Мы поедем в столицу и постараемся разыскать кого-нибудь, кто знал леди Кэтрин Данстрон в девичестве.
Стоя у окна, Роберт наблюдал за тем, как берега острова Скай постепенно скрываются в темноте.
Теперь, когда он вновь стал видеть, ему стало понятно, почему его отец купил этот замок. Впрочем, даже еще не видя его, Роберт полюбил Россмори всей душой. Древние стены замка, увитые плющом, девственная природа, его здешние владения — все это не могло оставить человека равнодушным.
Что-то волшебное было в этом месте. Казалось, все здесь хранит тайну, все творит чудеса; да разве возвращение зрения слепому человеку — не чудо? Роберт подумал о чистой наивности Катрионы, о ее детской вере в то, что засушенные цветки белого вереска излечат его. «Что ж, — мелькнуло в голове у герцога, — может, в этом что-то кроется. Все здесь такое таинственное, что волшебство не кажется таким уж невероятным».
К тому же Россмори не только вернул ему зрение. Здесь он обрел Катриону, а вместе с ней к Роберту вернулась та часть жизни, которую он считал навсегда для себя утраченной.
Прозрев, Роберт все никак не переставал удивляться, узнавая окружающие вещи. Но больше всего он был поражен, заметив это полотно. Оно висело в столовой — это было одно из первых приобретений Роберта на аукционе. Тогда даже имя живописца еще не было ему знакомо, но что-то в манере письма привлекло молодого человека, и он до сих пор помнил, с какой силой охватило его чувство восторга, когда картина стала его собственностью.
И еще он увидел другие полотна — их было очень много. По сути, все картины, приобретенные им за последние годы, Роберт покупал, потому что они принадлежали кисти известных авторов, нравились ему или по той причине, что он сразу определял их ценность. А он-то полагал, что все полотна уничтожены огнем — у его отца даже не оказалось каталога великолепных работ, поэтому никто толком не знал, сколько их и где они хранятся.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81