ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Лена-Лида постаралась взять себя в руки. Что она себя загодя хоронить взялась? Во-первых, никто ей еще не сказал, что Валерия, Андрей и Гундос с Грибом пахали на ту контору, что на Федоровской. Это она опять сама придумала и из пальца высосала. Точка в точку, как тогда, когда подумала, будто Гриб с Гундосом — опера, а Рекс — милицейская овчарка. Или насчет того, что с Андреем ночью по сотовому разговаривала… А уж каких фантазий насчет Валерии наворотила — это вообще смех сквозь слезы! Сперва ее извращенкой посчитала, а потом до небес вознесла — и оба раза, как оказалось, мимо денег.
Во-вторых, «Чероки» с таким свистом дернул вниз по Коммунистической, что Валерия и Андрей ее могли вовсе не заметить. Андрей, сидя за баранкой, наверняка только вперед глядел. Да и Валерия запросто могла не догадаться повернуть голову. Такие стервы обычно в себе не сомневаются. Тем более, что гадюка и впрямь умная. Ведь никаких сомнений у Лены не было! И то, что она забыла дождаться, пока Анатолий Олегович телефон проверит, — чистая случайность. Колготок и носков драных постеснялась… И жива осталась! Вот ведь игра случая, биомать! Олеговичу не повезло, а ей — самый смех, что она ведь тоже, в натуре, Олеговна по тому свидетельству о рождении, что в детдоме имела, — повезло! Нет, братом, конечно, ей этот мужик, царствие ему небесное, быть не мог. Сорок лет… Но все-таки какое-то родство в одинаковых отчествах чуется, а от этого его, совсем незнакомого, жалко становится. Хотя хрен его знает, может, за всей его интеллигентностью такое дерьмо скрывалось! Совсем хороший человек с такой стервой, как эта Валерия, дела иметь не будет…
Ладно, фиг с ним. Его не вернешь — это точно. Надо о своих делах размышлять. И мандражировать попусту не стоит, и успокаиваться сильно не надо. Могли все-таки с джипа заметить, как Лена из арки выбегает. Лучше считать, что Валерия все-таки ее заметила.
Но ведь и в этом случае то, что джип в сторону Лавровки попер, еще не означает, будто Андрей с Валерией такие хладнокровные, умные и дальновидные. Будь они действительно хладнокровные, то, увидев Лену, тормознули бы и грохнули ее. Или в джип затащили. Но они на полном газу усвистали. Потому что знали — лишняя минута, и они тут могут с ментами повстречаться. Опять же, Андрей из машины вылезал, цветы покупал. Эти самые шесть розочек, хоть и в обгорелом виде, могут найти, и упаковка фирменная, в которую они были завернуты, тоже могла сохраниться, хотя бы частично. А на ней — Лена это только сейчас припомнила — была надпись с реквизитами магазина. Сразу же наведаются, спросят у продавщицы. И она скажет, что за полчаса до взрыва заходил парень, рослый, не меньше метр девяносто, в светло-коричневой кожанке, утепленных джинсах и пыжиковой шапке. Золотые зубы тоже, почти наверняка, вспомнит и доложит, что парень купил шесть роз, будто на похороны. Она же, кстати, продавщица эта, через витрину могла видеть, как парень с букетом влез в черный «Гранд-Чероки», а потом с тем же букетом из джипа вышла девушка в черной кожанке с пояском, в черных джинсах, черной вязаной шапочке и так далее… «Гранд-Чероки» в этом облцентре, дай бог, чтоб два десятка набралось. Не Москва все-таки и даже не Питер. В два счета найдут, даже если никто номера не запомнил…
Тут Лена вдруг подумала: да, точно, «Гранд-Чероки» в городе немного, да и вообще крутых джипов наперечет. На хрена же этой умной змее, то есть Валерии, было свою шикарную тачку засвечивать? Да и Андрей, надо думать, не совсем дебил, чтоб до этого не допереть. Нормальные киллеры берут что-нибудь лажовенькое, типа «шестерок», «девяток» или даже «Москвичей», да и те угоняют у каких-нибудь лохов. Потом машинку эту бросают, пересаживаются и линяют уже на своей, нормальной.
Конечно, «Чероки» тоже могли угнать, хотя сделать это не так-то просто. Опять же Андрей, судя по тому, как он двери электронным ключом блокировал, машину не угонял. Ведь ключ-то был с кодировкой, значит, он и код должен был знать. Стало быть, это была все-таки его родная машина. Странно все это, очень странно…
Поразмышлять дальше Лене не удалось, потому что искореженный громкоговорителем голос водителя автобуса объявил:
— Приехали… Конечная, поселок Лавровка!
ФЕДОРОВСКАЯ, 47… И ДАЛЕЕ
Лена вылезла из автобуса самой последней, постаравшись в меру возможности поглядеть по сторонам через «дырки», протертые в заиндевелых стеклах. Нет, вроде «Чероки» нигде не маячил, да и вообще поблизости от остановки никаких подозрительных фигур не замечалось.
Остановка, как и предполагала Лена, была в Лавровке одна-единственная. Находилась она в самом центре поселка, где стояло штук десять-пятнадцать панельных домов постройки 70-х годов, несколько магазинов, кинотеатр и некое административное здание, прежде принадлежавшее, надо полагать, поселковому совету и комитету КПСС. Вокруг этого оазиса цивилизации, судя по всему, ни одного дома этажностью выше двух не имелось. Так что Лена, еще не прочитав название, уже догадалась, что находится на Федоровской улице, ибо дом 47, где, по идее, должна быть минимум 91 квартира, мог находится только тут, поблизости.
Дальше все пошло достаточно просто. Лена перешла на левую сторону улицы и добралась до десятиэтажной пятиподъездной бетонной «коробки», на которой действительно имелся номер 47. Потом Лена без проблем отыскала нужный подъезд, поднялась на лифте и очутилась перед дверью, на которой был привичен пластмассовый номерок с цифрами 91.
Лена трижды коротко нажала на кнопку звонка. Так было положено делать всюду, куда ее присылали. Если звонка не имелось, надо было трижды постучать.
Ждать пришлось недолго. Кто-то глянул в «глазок», а затем лязгнул замок, и дверь полуоткрылась. Появилась хмурая морда, поглядела на Лену сверху вниз и пробасила:
— Чего желаете, девушка? — Это были не простые слова, а условные. Если б спросили: «Вам кого?» или «Вы к кому?», надо было сказать: «Извините, я ошиблась!» — и как можно скорее сматывать удочки. Но пока все было правильно.
— Я от Оскара Гаврииловича, — Лена произнесла свою часть пароля. Кто такой этот Оскар и существует ли он в натуре, она не знала и знать не хотела. Скорее всего такое имя-отчество придумали, потому что оно редко встречается. Ведь какой-нибудь случайный гражданин мог без всяких задних мыслей Ивана Ивановича спросить или Петра Петровича. А тут уж не перепутаешь. Впрочем, и на этот маловероятный случай имелась подстраховка.
— А я думал, что он уже в Израиле! — Бугай, все еще не сняв цепочки, произнес еще одну условную фразу.
— Нет, на сегодня он еще в России.
После этого мордоворот открыл дверь окончательно и пропустил Лену в прихожую.
— Ноги вытри, — приказал он, и это уже не было условными словами.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133