ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ


А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

»Граф искренне стыдился и той сцены, свидетельницей которой оказалась молодая жена, и собственного поведения. За последние годы ему довелось совершить столько ужасных поступков, что просто удивительно, как чувство стыда нашло путь к уму и сердцу. Однако это все-таки произошло.Приглашение Маргарет на свадьбу казалось вполне естественным. Ведь брак выглядел скоропалительным, а клятвы – ничего не значащими. Филиппу церемония казалась лишь пышным празднованием по поводу окончания неприятного, угнетающего периода бедности. Следовательно, на ней непременно должны были присутствовать все друзья и знакомые. Маргарет находилась в их числе, причем давно.Что же касается постыдного свидания, то Филипп ни в малейшей степени его не планировал. Случилось так, что, выйдя из спальни Джейн, граф несколько часов провел в одиночестве, не в силах отогнать мучительные воспоминания о прелести и нежной привлекательности той, над которой только что так жестоко надругался. Картина вызвала тяжкое, почти болезненное возбуждение. Чтобы хоть как-то облегчить страдания, винить в которых следовало лишь самого себя, Филипп спустился вниз. А через несколько минут дверь открылась, и в комнату вошла Маргарет – казалось, она предвидела встречу и специально ее дожидалась. Красотка появилась весьма кстати, чтобы облегчить нестерпимое напряжение, Филипп согласился бы на свидание с первой попавшейся уличной девкой. Так что отказывать давней подруге он не стал.Однако невольной свидетельницей жаркой сцены оказалась молодая жена, и все сразу изменилось. Теперь уже ничто в жизни не могло остаться по-прежнему.Необходимо сейчас же подняться наверх и поговорить с Джейн. Прошло вполне достаточно времени, чтобы спокойно и разумно обсудить и то, что произошло, и ближайшее будущее. Уэссингтон встал с кресла, в недрах которого провел несколько часов, и вышел в холл, уверенный, что за дверью наткнется на целую толпу слуг. Однако поблизости никого не оказалось, и граф беспрепятственно поднялся по лестнице в комнату жены. Он открыл дверь и нашел Джейн в полном одиночестве. Странно, но она паковала чемоданы.– О, Джон, еще мне понадобится…Джейн обернулась, явно надеясь увидеть Грейвза, и от неожиданности застыла на полуслове. К удивлению Уэссингтона, она присела в глубоком поклоне и не поднималась до тех пор, пока у того не лопнуло терпение.– Ради Бога, Джейн, встань, пожалуйста.Джейн очень не хотелось проявлять кротость и смирение, однако если граф до сих пор не остыл от гнева, ей могла угрожать серьезная опасность. Она собиралась уехать и вовсе не хотела выяснять, что произойдет в том случае, если супруг запретит это сделать.– Что вам угодно, милорд? – Филипп взглянул на чемоданы.– Чем это ты здесь занимаешься?– Полагаю, это и так ясно, лорд Уэссингтон.– Черт возьми, а ты никак не можешь звать меня по имени и на ты?Судя по всему, Джейн не желала этого делать.– Складываю вещи, чтобы уехать.– Но я твой муж. Когда ты собиралась сообщить мне о принятом решении? Или отъезд должен был стать сюрпризом?– Как раз готовлюсь спуститься вниз.– Очень мило с твоей стороны подумать обо мне.Трудно было не заметить резкого, язвительного тона. Уэссингтон привык отдавать приказания и встречать полное и безоговорочное подчинение. Грейвз предупредил госпожу, что трудно будет убедить графа принять ее план. Подойдя к письменному столу, Джейн взяла толстую стопку приглашений и протянула супругу.– Что это?– Приглашения. Весь день их получаю. Похоже, я внезапно превратилась в городскую достопримечательность – положение не слишком приятное. Ведь я вовсе не похожа на тех женщин, с которыми вы привыкли общаться. Мне ужасно неловко, – щеки Джейн зарделись алым румянцем, – и отчаянно стыдно из-за того, что произошло сегодня рано утром. А потому я просто не в силах предстать перед всеми этими любопытными людьми. Боюсь, не вынесу сплетен и пересудов за спиной. Вы и сами прекрасно понимаете, что, стоит лишь остаться в Лондоне, разговорам не будет конца.Филипп хотел было возразить, однако знал, что Джейн права.– И куда же ты собираешься уехать? Насколько мне известно, домой, в Портсмут, тебе дорога заказана на целых полгода.– Хотелось бы отправиться в Роузвуд.– Но я вовсе не собираюсь покидать Лондон прямо сейчас.– Право, сэр, – Джейн скромно опустила глаза, – я не планировала ехать вместе с вами.– Прекрасно. Тем более что у меня нет ни малейшего желания это делать.– Я могла бы познакомиться с нашей дочерью и…– У меня нет никакой дочери! – резко оборвал Филипп.– О, до чего же я все-таки глупая! – Джейн намеревалась провести вежливую беседу, не разжигая гнева супруга, однако решительное отрицание отцовства не могло не вызвать сарказма. – Совсем забыла. Эмили – просто еще одно живое существо, до которого вам нет никакого дела. Печальная страница жизни, не правда ли?Нужно было чем-то занять руки и куда-то деть глаза, чтобы не смотреть на мужа, а потому Джейн подошла к кровати и начала складывать платье.– Так скажите же, сэр, есть ли на свете хоть что-то, что кажется вам важным и достойным внимания?– В общем-то, нет. – Уэссингтон равнодушно пожал плечами, словно отбрасывая в сторону мир, полный возможных дружеских отношений. – Ведь еще до свадьбы я говорил, что совсем не обладаю положительными качествами. И если тогда ты решила, что это шутка, то извини. Дело в том, что так оно и есть на самом деле. И говорил я вполне серьезно.Джейн через плечо взглянула на мужа. Изо всех сил пытаясь казаться бесчувственным и каменно-спокойным, он выглядел всего лишь неприкаянным и печальным.– Должно быть, просто ужасно коротать жизнь в таком одиночестве. Мне вас очень жаль. Надеюсь, все-таки найдется что-нибудь, что сможет принести вам счастье.Какая-то частичка сердца почти стремилась оказаться рядом и помочь. Почти. Джейн закрыла крышку последнего чемодана и повернулась к супругу.– Если я отпущу тебя… – Филипп пытался сделать вид, что до сих пор размышляет, согласиться или нет, однако он прекрасно понимал, что Джейн ни за что не послушается и все равно сделает по-своему. Граф одновременно и огорчился, и обрадовался: молодая жена бежит от него прочь, но зато теперь он сможет без помех жить так, как считает нужным.– Если я отпущу тебя, чем ты будешь заниматься в деревне, в Роузвуде?– О, дел так много! Например, я разработала план развития семейного бизнеса Фицсиммонсов, расширения его в сторону импорта и экспорта. Осталось продумать целый ряд важных деталей, а это займет немало времени.Филипп спросил себя, не намерена ли Джейн использовать свой план в качестве билета для возвращения в Портсмут.– Ты разработала этот план самостоятельно?– Не удивляйтесь, милорд. – Джейн обиженно надулась. – Можете не верить, но я действительно обладаю некоторой долей разума.– Вовсе не хотел тебя обидеть.– И, тем не менее, все-таки обидели. Над этим планом я упорно работала два последних года. А потому спокойствие и уединение лишь помогут его завершить. Кроме того, и Тамбертон и Грейвз говорили, что в поместье накопилась нескончаемая вереница дел. Все требует внимания и твердой руки. Так что я вполне могла бы заняться хозяйством.Неожиданно что-то изменилось, и в комнате воцарилось удивительное, безмятежное спокойствие. Оно витало, побуждая поймать момент, не упустить импульс. Вдруг появился шанс заключить мир. Шанс пойти навстречу друг другу. Шанс шагнуть вперед, гораздо дальше. Никто из двоих не знал, как воспользоваться внезапной возможностью. Филипп заговорил первым.– Мне очень стыдно за то, что произошло утром. Прошу трощения.– Стыдно за что? За сам поступок или за то, что он открылся?Филипп выглядел так, словно получил пощечину, и Джейн отвернулась, делая вид, что поправляет безукоризненно сложенные вещи.– Если вам и следует за что-то просить прощения, то лишь за прошлую ночь. За то, что так успешно разбили все мои ожидания и надежды.– Мне казалось, что следует поступить именно так.– Мотивы не имеют значения. По крайней мере, теперь я точно знаю, что не захочу повторить опыт.Стоя спиной к мужу, Джейн не могла утверждать наверняка, однако ей почудилось, что Филипп сделал шаг вперед. После всего, что натворил этот человек, мысль о прикосновении показалась отвратительной. Джейн выпрямилась и почувствовала, что граф остановился. Обращаясь к стене, она произнесла:– У меня нет денег на почтовую карету, но если вы дадите в долг несколько фунтов, я расплачусь, как только смогу.– Почтовая карета? Нет, ты поедешь в моем экипаже.– Не хочу навязываться.– Ты моя жена, так что это в порядке вещей. Не отказывайся.– Мег поедет со мной. Она необходима в качестве горничной и компаньонки.– Хорошо.– И Джон Грейвз. В поместье много работы, а потому мне требуется надежный помощник.– Нет, его я никак не могу отпустить.Грейвз и сам говорил, что граф его не отпустит. Но как же увезти Мег без Джона? Надо срочно искать выход.– Да, и еще одно немаловажное обстоятельство: если бы вы смогли пополнить какой-нибудь из счетов поместья Роузвуд, у меня появились бы средства, чтобы нанять слуг и купить то, что необходимо в первую очередь…– Непременно.– Постараюсь не проявлять расточительности.– Джейн, не беспокойся, все в порядке. Я вполне доверяю тебе в материальных вопросах.– Ну что же, тогда…– Ну, тогда…Джейн изумленно почувствовала, как глаза наполняются жгучей влагой. Откуда эти слезы? Она ведь сама захотела уехать, сама приняла решение. Бежать немедленно, как можно дальше, чтобы больше никогда не видеть мужа. Чтобы не смотреть ему в глаза, не разговаривать, не слышать его голоса. Так откуда же это внезапное одиночество? Наверное, дает себя знать напряжение двух последних недель.И правда, усталость едва не пригибала к земле. Пытаясь совладать с собой, Джейн с трудом проглотила застрявший в горле комок и прижала палец к переносице, пытаясь остановить непрошеные слезы.Преодолев себя, напоследок повернулась к мужу.– Надеюсь, у вас все сложится удачно, сэр. Искренне надеюсь.– Летом, если выдастся такая возможность, постараюсь на несколько дней остановиться в Роузвуде.– Хорошо. Только непременно сообщите о своем прибытии заранее.– Обязательно.Филипп внезапно ощутил острую потребность встать на колени и умолять Джейн не уезжать, не покидать его. Если она исчезнет, ниточка тут же оборвется. Шанса к примирению не останется. Он уже ни за что не увидит ее рядом как подругу и любовницу. И им никогда не доведется делиться секретами, смеяться или просто болтать.Но ведь все это лишнее. Графу Роузвуду вовсе не нужна жена, не нужна эта провинциальная девочка по имени Джейн. Он владеет ее огромными деньгами – всеми, вплоть до последнего пенни, и так крепко сжимает их в кулаке, что бедняжке нечем заплатить даже за поездку в деревню. Ничего, кроме денег, ему и не требуется. Только деньги. Собственная счастливая жизнь, полная красивых женщин, неумеренных возлияний, азартных игр и распутства, манит словно маяк. Он хочет наслаждаться днями и месяцами безмятежного счастья.Но почему же сейчас на душе так тяжело, так темно?– Если что-нибудь потребуется, сообщи.– От вас мне ничего не потребуется, – решительно ответила Джейн.«А если даже и потребуется, то все равно не попрошу», – добавила она про себя.– Понятно. – Филипп ощутил укол ущемленной гордости: Джейн считает его настолько ничтожным, что даже отказывается обратиться за помощью. Увы, слишком поздно. Он сам хотел таких отношений. Теперь он их получил.– Прощайте, сэр.– Называй меня по имени.Джейн молча покачала головой и вышла из комнаты. Глава 14 Эмили Уэссингтон, одетая в юбку, которая покроем больше напоминала брюки, кубарем слетела с парадного крыльца. Миссис Смайт, домоправительница, посвятившая имению Роузвуд всю свою сознательную жизнь, заметила девочку лишь тогда, когда та прошмыгнула мимо лестницы. Эмили прекрасно понимала, что сейчас ее заставят вернуться – и это в разгар одного из первых теплых весенних дней! Пришлось немного увеличить скорость. Перспектива провести предвечерние часы в заточении классной комнаты казалась невыносимой, убийственной.Миссис Смайт искренне переживала из-за отсутствия постоянной гувернантки: девочка росла, предоставленная сама себе. Но как ни переживай, а в сутках всего лишь двадцать четыре часа, и за это время приходится решать неимоверное количество жизненно важных вопросов, начиная со снабжения дома углем и заканчивая обеспечением его обитателей хлебом насущным.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48

загрузка...