ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Сердце кричит «да!», а разум остерегает. Она всегда больше слушала свое сердце и потому никогда не была по-настоящему независима.
– Ты ведь любишь меня, верно? – спросил Нил.
– Ты же знаешь, что люблю. – Она говорила едва слышно. – Но все не так просто. Есть люди, с которыми нужно считаться.
Нил казался напряженным.
– Твои родители были со мной очень приветливы, но я-то знаю, что на самом деле они взволнованны, – продолжала она. – Я девочка для твоего деда, но не для них. Скорее всего, они догадались, что я старше тебя.
– Мама еще до знакомства с тобой спросила, сколько тебе лет и как ты выглядишь.
– И как она отреагировала на мой возраст?
– А ты как думаешь?
– Если бы Мэтью увлекся сорокалетней женщиной, я изо всех сил пыталась бы его отговорить.
– Да, но Мэтью еще не пожил самостоятельно. А я – да. Это очень важно. Моя мать доверяет моему мнению. Было бы неплохо, если бы и ты доверяла, – сухо добавил он.
– Это нечестно. Ты знаешь, что я полностью тебе доверяю. Иначе не поехала бы с тобой в Нагар-кот. Но доводы влюбленных неубедительны.
– Надеюсь, я буду влюблен в тебя до конца своих дней. – Он протянул руку, чтобы успокоить ее пальцы, которые беспрестанно теребили ножку изящного бокала с недопитым вином. – Мои родители до сих пор счастливы друг с другом. Почему у нас должно быть иначе?
– Твоя мама сказала моей, что они познакомились, когда обоим было по двадцать. – Быстро, без всякой логики, Сара добавила:
– Ты был очень мил с моей мамой, но принимать ее несколько раз в году не одно и то же, что иметь тещу у себя на содержании.
Нил все еще держал ее за руку.
– Может случиться, что и моим родителям понадобится уход. Это окажется проблемой?
– Нет, конечно.
– Ну вот. Сейчас главное, хочешь ты быть со мной или нет. Это ты должна решить. Все остальное уже лишнее.
– Мэтью не лишний. Он был для меня всем с тех пор, как родился. Только он побуждал меня двигаться вперед, когда я была готова опустить руки.
– Лишнее – не совсем верное слово, – уступил Нил. – Конечно, он и твоя мать важны для тебя, не спорю. Но мы говорим о твоей жизни, о твоем будущем. О нашем. Я так долго искал тебя и теперь не хочу медлить. Мне нужно, чтобы мы были вместе всегда, а не урывками.
– Ты все слишком упрощаешь. Я не могу бросить работу. Я же не жду, что ты уйдешь из «Джорнал».
– Я не хочу, чтобы ты что-либо бросала, Сара. Мы можем выбрать место, которое понравится нам обоим, и работать там.
– Нил, не торопи меня. Мне нужно время. До сегодняшнего дня я даже не знала наверняка, все ли у нас серьезно, или это просто очередная интрижка.
– Это никогда не было просто интрижкой, но я знал: ты что-то скрываешь от меня. Сейчас секретов больше нет, зачем нам ждать?
– Я думаю, тебе нужно познакомиться с моим сыном, и Мэтью это тоже нужно. Приехать через год домой и увидеть меня в качестве чьей-то невесты… это будет настоящий шок для него, он может отдалиться от меня.
Нил сжал губы, но не промолвил ни слова. Нетрудно было догадаться, что реакция Мэтью не так уж и важна для него.
– Ну что ж, будь по-твоему, – сказал он и слегка пожал плечами. – Когда он должен приехать?
– Я точно не знаю. Вероятно, к Рождеству.
– И как ты собираешься провести Рождество? С Наоми?
– Она проводит Рождество с дочерью. Тихо и спокойно, дома. А ты?
– У нас большая семья, и Рождество всегда проходит весело и очень шумно. Почему бы вам троим не присоединиться к нам? Правда, приедут сестры со своими семьями и в доме не будет свободных комнат, но неподалеку есть маленький отель, где вам будет вполне комфортно. Если ты выйдешь за меня – при условии, что Мэтью даст свое согласие, – это будет хороший шанс поближе узнать будущую родню.
– Дело не в условии. – Саре тяжело давалось каждое слово. – Как бы ты себя чувствовал на его месте? Приезжаешь издалека, а тут все вверх дном и рядом с матерью – незнакомый мужчина. Дети, выросшие с одним из родителей, большие собственники, чем те, у которых есть и отец и мать, да еще сестры или братья. Это неизбежно. Мэтью не знал мужского влияния.
– Теперь все будет по-другому. Он мужчина, а не мальчик. Его жизнь – это его дело, не мое. Мы будем разговаривать на равных, а не как будущий отчим и пасынок. – Нил взглянул на часы. – Если ты закончила, то нам пора. Пойдем? – Он подозвал официанта.
Пока он оплачивал счет, Сара ясно поняла, что, не сказав твердого «да», она сильно ранила его.
Они вышли из ресторана в теплую, спокойную ночь. Сара надеялась, что они пройдутся пешком, но Нил поднял руку, и через минуту около них остановилось такси.
Весь путь они просидели молча. Это была не ссора, но между ними внезапно возникла пропасть, и Сара не знала, как это исправить.
Такси остановилось перед домом. Нил вышел первым и подал Саре руку. Рыцарское поведение по отношению к женщине было для него естественным. Так же, впрочем, как для его отца и деда.
– Спасибо за прекрасный ужин. Все было очень вкусно. Прости, что…
Он не дал ей договорить.
– Мы же все обсудили. Поживем – увидим.
По пути домой миссис Андерсон болтала без умолку. Поначалу Сара поддерживала разговор. Но усталость и стук колес отвлекли ее от речей матери, и она погрузилась в собственные мысли.
Нил поцеловал ее на прощание, но только в щеку. По пути на станцию он снова заговорил об их приезде в Лондон на празднование Рождества, и миссис Андерсон эта идея очень воодушевила. Тем не менее, он не только не пришел к Саре прошлой ночью, но и ничего не сказал об их будущей встрече. Было так ужасно с ним прощаться, чувствуя разверзшуюся между ними бездну… Вся надежда на Рождество – может быть, оно станет их спасательным кругом.
Как странно: ее мать, подолгу обсуждавшая каждый момент визита, ни словом не обмолвилась о том, что она думает о Ниле. Неужели она не догадалась, что они не просто друзья?
В этот момент их мысли странным образом пересеклись, и миссис Андерсон перевела разговор на другую тему:
– Знаешь, а Нил очень тебя любит. Это видно невооруженным глазом.
– И как ты к этому относишься?
– Главное – чего ты сама хочешь. Я скучаю, когда тебя нет, но наш образ жизни – не совсем то, что нужно женщине твоего возраста. Тебе нужен мужчина, добрый и любящий. Твой Нил обладает и привлекательной внешностью, и хорошим характером.
– Он не мой Нил, мам. Скажи, его мать говорила тебе что-нибудь о нас?
– Ничего конкретного, но я могу с уверенностью утверждать, что ты ей понравилась. Еще бы. Ты же золотая девочка, я говорю так не потому, что ты моя дочь. Многие молодые женщины, оказавшись на твоем месте, бросили бы ребенка на мать, а сами бы пустились во все тяжкие. Ты заслужила свое счастье.
– Как ты полагаешь, Нил понравится Мэтью? Мать обдумывала вопрос, не торопясь с ответом.
– Сначала он, верно, будет ревновать. И это понятно. Он всегда был единственным мужчиной в твоей жизни. Но со временем привыкнет, что появился еще один.
– Интересно, он изменился? – Сара уже думала совсем о другом. – Надеюсь, вырос, ведь уезжал совсем мальчишкой.
Вечером Нил позвонил, чтобы проверить, как они доехали.
– От Мэтью есть новости?
– Пока нет. Я сейчас пишу письмо с благодарностью твоим родителям.
– Ладно, я позвоню тебе завтра. Спокойной ночи.
– Спокойной ночи, – машинально повторила Сара, огорченная краткостью разговора.
Конечно, Нил, мягко говоря, обиделся. Еще бы, ведь он получил полный сомнений ответ вместо безоговорочного «да».
– Нил, что случилось? – спросила миссис Кеннеди своего сына, как только они остались одни. -Я пыталась не вмешиваться в твою жизнь со дня твоего совершеннолетия. Но, может быть, поинтересуйся я проблемами Криса, вместо того чтобы придерживаться политики невмешательства… она не смогла закончить фразу.
Уже много лет Нил не посвящал родителей в свои проблемы и на этот раз был уверен, что справится сам, но почему бы не выслушать мнение матери? После продолжительного молчания Лиз Кеннеди заговорила первой:
– Знаешь, Сара понравилась мне при первом же знакомстве, поэтому мое мнение не вызвано личной неприязнью к ней. Но я все же думаю, что, люби она тебя по-настоящему, ей не пришло бы в голову отстаивать свои интересы. Если ты женишься на ней, то вряд ли будешь иметь детей. Не то чтобы точно, но вряд ли.
– Это неважно.
– Может быть, для тебя, но не для нее. Женщине всегда хочется иметь детей от любимого мужчины.
– У Сары есть ребенок от того, кого она полюбила впервые. Надеюсь, я последний ее возлюбленный, независимо от того, будут ли у нас дети или нет.
– В таком случае единственное препятствие к вашему счастью – это существующий ребенок. Скорее всего, узы, их связывающие, очень крепки, может, даже слишком. Для матерей-одиночек трудно бывает держаться на расстоянии от своего даже взрослого ребенка. Если родителей двое, то, когда дети уходят, они могут посвятить себя друг другу. И если брак настоящий, это уже неплохо.
Нил улыбнулся.
– Отцу крупно повезло.
– Нам обоим. И я хочу, чтобы тебе тоже повезло. Брак Криса имел все шансы быть удачным, но ничего путного так и не вышло. Со стороны может показаться, что Сара не совсем то, что тебе нужно, но я так не думаю.
Помолчав, она продолжила:
– И какие бы трудности ни возникли у тебя с ее сыном, я уверена, в конце концов ты с ним поладишь.
– Может быть, их вообще не возникнет.
– Думаю, не стоит на это надеяться.
Прошло три недели, а от Мэтью по-прежнему не было вестей. Нил звонил почти каждый вечер, по-прежнему не уславливаясь с ней о встрече. Мэтью не звонил и не посылал писем по электронной почте. С ним могло случиться все что угодно.
– Он просто негодяй, что заставляет так волноваться тебя и твою мать, – сердито говорила Наоми. – Путешествие, конечно, может захватить, но не настолько же. А что касается Нила, почему ты не признаешься, что ужасно хочешь его видеть?
– По той же причине, по какой ты не говоришь Ройсу, что совсем не против стать миссис Беринг, парировала Сара. – Мы, конечно, можем быть феминистками, но в некоторых вещах инициатива все же должна принадлежать мужчине. Тем более и Нил, и Ройс не робкого десятка. И если они не действуют, логично предположить, что просто не хотят.
– Насчет Ройса не знаю, но, если Нил по-прежнему звонит тебе чуть ли не каждый день, он не остыл, – резюмировала Наоми.
И вот вечером, в то время, когда обычно звонил Нил, раздался звонок в дверь. Была пятница, ее сердце подпрыгнуло в надежде, что это Нил приехал провести вместе выходные.
Она слетела по ступенькам и распахнула дверь. Минуту она не могла вздохнуть – за дверями стоял не Нил, а мужчина, которого она не узнала бы, увидев на улице. У ног его лежал огромный походный рюкзак.
Темные волнистые волосы стянуты на затылке в хвост, опрятная одежда, морской загар, похудевшее лицо… Мэтью!
– Привет, мам. – Он перешагнул порог и заключил мать в крепкие объятия.
Слезы радости и облегчения хлынули у нее из глаз. И тут зазвонил телефон.
– Не хочешь ответить? – Улыбаясь, сын отпустил ее.
Моргая, она достала из кармана носовой платок и побежала на кухню, чтобы взять трубку.
– Алло, – сипло ответила она.
– Это Нил. Что-то случилось? Ее приятно удивило, что он почувствовал интонацию с первого же слова.
– Нет, все отлично. Я только что открыла дверь и увидела Мэтью на пороге. Можно тебе перезвонить?
– Конечно. Завтра, когда вернешься, позвони. Пока. – Он повесил трубку.
– Это Наоми? Как она поживает? – спросил Мэтью. Он уже втащил в дом свой неподъемный рюкзак и прислонил его к стене.
– Отлично. Иди поздоровайся с бабушкой. Мы так волновались!
– Женщины! Вы всегда волнуетесь. – Весело, не принимая их волнения всерьез, он распахнул дверь в гостиную.
– Привет, ба. Все смотришь свои сериалы? На минутку-то сможешь оторваться?
Пожилая женщина охнула и, повернувшись к внуку, раскрыла ему свои объятия.
Следующим вечером, когда Мэтью ушел на встречу с друзьями, Сара позвонила Нилу.
После нескольких минут разговора он спросил:
– Ты рассказала ему о нас?
– Пока нет. Не было подходящего момента.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19